Полина Ветрова – Говорящие Со Зверями (СИ) (страница 19)
Старший Готвинг был в самом деле очень серьезно встревожен. Вот и поспешил заручиться верностью Квестина. Почему-то лорд, хотя и взял в дорогу телохранителя, внезапно проникся верой в таланты отставного префекта. С другой стороны, был ли у него выбор? Не было. Все слуги и тайная стража Вулкана остались по другую сторону моря.
Но зато теперь понятно, откуда в нем столько сочувствия. Хитрый старик рассчитывал на верность, основанную не только на деньгах.
— Генерал обещал нам местечко в обозе, — пробормотала Дженни.
— К Весперу обоз, вы будете в моей свите, — отрезал Готвинг.
Глава 5. Весперово Колено
Бывалые путешественники на жарком Гранделине предпочитают отправляться в дорогу ночью. Поэтому Реми явился к Дженни и Квестину поздним вечером.
— Прошу вас, — пробубнил он, глядя в пол, — занять места в фургоне его милости.
— Похоже, ты не рад, что мы отправляемся на войну? — подколола старого приятеля Дженни. — Да еще в таком чудесном обществе.
— Война не так уж страшна, — еще тише ответил господин секретарь второго ранга. — А вот твое общество…
Смысл его слов Дженни поняла чуть позже, когда пассажиры стали размещаться в фургоне, выделенном Повелителю Огня. Это было длинное сооружение с бортами из толстых досок и с узкими окнами. Из таких удобно отстреливаться из арбалетов, если в пути попадешься в засаду. Уж в подобных вещах у Дженни был богатый опыт. Фургонов она перевидала на ярмарках немало, а в одном так даже провела большую часть жизни.
Место возницы занял молчаливый широкоплечий тип, слуга и, вероятно, телохранитель лорда Готвинга. А внутри фургон был разделен перегородкой на две части. Впереди были сидения, на которых расположились Повелители Огня и Квестин. Свободное пространство заняли вещи лордов.
Задняя часть предназначалась для багажа — такие фургоны, как объяснил Реми, в мирное время совершали регулярные рейсы между городками на побережье и в ближайшей округе. Их довольно мало, потому что у моря больше пользовались каботажными судами. Ну а сейчас все повозки в Абадохе конфискованы генералом Истригсом для нужд армии. Этот фургон достался Готвингам, потому что остальной транспорт еще хуже.
Так вот, теперь задний отсек предназначался для менее важных пассажиров — то есть Реми и Дженни. Ночь наедине! Этого-то и опасался господин второй секретарь.
— Не бойся, — заверила его Дженни, — нас ждет романтичное путешествие. Ты его на всю жизнь запомнишь!
— Я был бы весьма признателен, если бы ты воздержалась от своих обычных шуточек, — вдохнул толстяк, — я собираюсь использовать эту ночь для работы. У меня с собой кое-какие документы, хочу их почитать.
— Обычных шуток не будет! Я придумаю что-нибудь уникальное, — пообещала спутница. — И к утру ты будешь готов яростно броситься на Погонщиков Ветра, лишь бы оказаться подальше от меня.
Когда все разместились в повозке, она со скрипом тронулась с места. В узких оконцах проплывали серые слепые стены глиняных домов Абадоха, шуршала пыль под колесами, скрипели ступицы, фыркали лошади…
За городом их фургон оказался в длинной-предлинной веренице упряжек, на каждой повозке горел фонарь, и нескончаемая огненная река текла по пустыне. В стороне огоньки отмечали путь продвижения колонн пехоты, иногда фургон обгоняли отряды всадников. Генерал говорил о десяти тысячах эверонских солдат в Абадохе, к такому войску прилагался огромный обоз, а теперь вся эта масса людей и животных устремилась в путь.
Реми подвесил к потолку масляную лампу, вытащил пачку исписанных листов и погрузился в чтение. Дженни попыталась подсесть ближе и бесцеремонно заглянуть в его записи, но Реми не позволил:
— Это дипломатическая документация, так что держись, пожалуйста, подальше.
— Вот еще! На дипломатических депешах всегда стоят печали! А у тебя просто какие-то записочки. Любовные, небось? Вот я расскажу Эльсбетиноре.
Реми не ответил. Похоже, угроза его не впечатлила:
— Это секретные циркуляры, поэтому без печатей. Дженни, почему бы тебе не поспать?
— Эту возможность я оставляю на крайний случай, если не удастся придумать ничего более захватывающего. Но, похоже, общение с тобой не так увлекательно, как сон. Пожалуй, займусь и я делом.
Дженни достала свой блокнот, в котором все страницы пока что были чистыми, за исключением двух, изрисованных сердитыми рожицами. Она стала чиркать грифелем, старательно пытаясь попасть в такт дорожной тряске. И при этом бубнила себе под нос. Сперва что-то откровенно неразборчивое, потом закончила более отчетливо:
— …Под видом секретных дипломатических документов. Хотя нет сомнений, что на самом деле он шпион Погонщиков Ветра и составляет донесение для принца Сакхлиха о тайных планах нашего штаба. Точка.
Наконец-то Реми не выдержал. Он прекратил чтение и, хлопая глазами, уставился на Дженни:
— Ты что там шепчешь?
— Я пишу донос. Нашла шпиона в наших рядах. Нужно как следует проверить документы, которые он таскает с собой.
Хотя даже слепому было видно, что это шутка, Реми всполошился:
— Ты кого имеешь в виду? Кто шпион? Какой еще шпион? Зачем проверять документы?!!
— Шпион Погонщиков Ветра, — обстоятельно объяснила Дженни. — Они всегда ближе, чем кажется. И могут принять любое обличье, чтобы втереться в доверие. Сейчас, на марше, наша армия особенно уязвима. И вот шпион сообщает об этом Сакхлиху, принц посылает летучие отряды, чтобы напасть на нас в походе…
Ее перебил шум, проникший снаружи сквозь узкие окна. В степи что-то происходило — кричали люди, ржали лошади.
— А вот и они! Легкая кавалерия Погонщиков! — удовлетворенно отметила Дженни.
Но это, разумеется, не было нападением неприятеля. Река из огоньков, в русле которой оказался фургон лорда Готвинга, встретилась с другой такой же бесконечно длинной рекой — еще одна колонна присоединилась к шествию. Вдалеке проревел тролль, и Дженни поняла, что войско, исполняя план генерала Истригса, соединяется для общего удара всеми силами.
И тут же, словно напоминание о том, что планы строит не только лорд Сертиас-младший, над головой Дженни отчетливо каркнула ворона. Загадки и тайны, преследующие Дженни ниоткуда, следовали той же дорогой, что и планы генерала. А кстати! Тайны и загадки! Дженни бросила быстрый взгляд на бумагу, которую так и не выпустил прильнувший к окну Реми. Пока он подслеповато моргал, вглядываясь в мельтешение огоньков, кое-что удалось разглядеть. Во всяком случае, одно имя, но и это многое объясняло!
А господин второй секретарь еще некоторое время любовался движением в ночной степи, потом отодвинулся от окна и внимательно посмотрел на Дженни.
— Не подействовало! — заявил он.
— Что не подействовало?
— Вот эти подколки. Если заглянуть в твой блокнот, там не найдется никаких доносов.
— А если заглянуть в твои бумажонки, там не найдется никакой тайной дипломатии, а только описание приключений Готвинга Мореплавателя на Фирийских островах.
Реми с опаской поглядел на Дженни, перекатывая в голове какие-то мысли.
— Ну да, — наконец решился он признать очевидное. — Это копии писем, отрывки из воспоминаний и все такое. В общем, разрозненная информация о его войне с Пожирателями, все, что Эльсбетиноре удалось тайком найти для меня в закрытом фонде библиотеки. Ее накажут, если узнают, понимаешь?
Реми с тревогой вгляделся в лицо спутницы — прониклась ли она серьезностью признания? Дженни поспешила успокоить:
— Реми, ты хороший друг и можешь не волноваться: этот секрет в надежных руках. Я вас не выдам, обещаю. Просто ехать скучно, и, если бы ты читал вслух, это могло бы скрасить скучное путешествие.
— Да зачем тебе какие-то острова? — Реми захлопал глазами. — Вот мне эти записки сослужили отличную службу, я получил назначение! Потому что, когда искали сопровождающего для его милости лорда Готвинга, оказалось, что я знаю о Фирийских островах больше всех.
Вообще-то, Реми был прав: Дженни острова ни к чему. Но ведь никогда заранее не знаешь, какая именно информация может понадобиться. И потом, чем скучнее чтение, тем легче заснуть!
— Жалко тебе, что ли… Ведь там нет дипломатических секретов, а мне так интересно!
Тогда Реми сдался и начал читать вслух. Он читал о прекрасных зеленых островах среди голубого моря, о ярких цветах, о пестрых птицах, перелетающих с одного цветка на другой и кричащих почти по-человечески. О мирных добрых жителях, вожди которых умеют говорить со зверями, а потому эти люди всегда пребывают в гармонии с окружающим их миром. Они чувствуют себя частью мира — частью сообщества зверей и птиц, населяющих поросшие лесом горы, частью этого леса и частью этих гор… Безглазые змеи, обитающие в недрах гор, приносили Говорящим Со Зверями дивные самоцветы, которыми эти славные люди украшали себя. Готвинг Мореплаватель очень много говорил об этих драгоценностях, они его очень заинтересовали. Но еще больше он говорил о красоте принцессы Говорящих.
Это было так благостно, что Дженни уже почти уснула, но тут Реми добрался до рассказа о Пожирателях. Эти страшные существа не были другим племенем — скорее сектой, частью народа Говорящих Со Зверями. Женщины Пожирателей не упоминались ни разу, речь всегда шла о молодых мужчинах. Они приходили ночью.
Ничто не могло остановить Пожирателей, они были ужасно сильны и двигались так быстро, что опережали полет стрелы и удар копья. Они убивали, кого хотели, забирали добычу и растворялись в ночи. И всегда вырезали сердца у своих жертв. Никто, конечно, не видел, чтобы они пожирали сердца, но все были уверены, что это часть их мерзкого ритуала.