Полина Ветер – Прости, малышка... (страница 14)
Я переодеваюсь, кое-как укладываю волосы, и мы выезжаем в офис на машине с водителем. Прямо идиллия, черт её подери.
Но все это время, начиная с момента пробуждения меня не оставляет какое-то неприятное чувство, и я никак не могу понять его причину. Может потому, что «Корлеоне», несмотря на непривычную нежность и внимание ко мне, на самом деле какой-то отрешенный, будто весь в своих мыслях. А мне не дано понять, о чем он думает, и от этого на душе паршиво.
А еще, наверное, потому, что я нужна ему для достижения желаемого, и Босс носится со мной, вылавливает на улице, терпит мою «дурь», только для того, чтобы я сделала свою работу. А потрахаться со мной – типа приятный бонус. Я же не знаю, какие у них отношения с Олесей. Может ему надоело однообразие или он от природы полигамный.
Об этом думаю всю дорогу до офиса. Когда прохожу в «свой» кабинет, расположенный через стенку от кабинета Максима, настроение падает до состояния «отвратительного», когда на своем столе нахожу красиво завернутый сверток с бантиком и открытку, в которой послание:
«Милая, прекрасная Настенька! Очень надеюсь хотя бы еще на одну встречу. Не томите ожиданием, позвоните мне. Обещаю, что не пожалеете. Антон.»
Разворачиваю сверток и обнаруживаю в нем книгу с многообещающим названием «Тело как искусство…». Пролистываю немного. О, тут даже картинки имеются. Все очень натурально так, живописно. Чувствую, как заливаюсь краской. Несколько минут тупо рассматриваю изображения, даже не пытаясь вникнуть в суть содержания. Мускулистые мужские тела в различных расположениях, абсолютно обнаженные - на фото, картинах и в виде скульптур. Скорее всего, это намек на нашу первую встречу. Что ж… Ему удалось заинтересовать меня. Хотя, что это я… Я ведь всего лишь должна играть роль. Большего от меня не требуется.
Пора возвращаться из воздушных замков в реальность, которой в данный момент для меня является Антон Лиманский с его похотливыми глазками и улыбкой самодовольного кота. Наверное, я должна позвонить ему, но предпринимать что-либо без ведома «Корлеоне» мне строго-настрого запрещено.
В любом случае, нужно сообщить Боссу о подарке. Пусть порадуется.
Глава 13
Максим
***
Утро на моей кухне было чем-то напоминающим рекламу диванов из IKEA.
Я проснулся раньше Аси минут на сорок. Долго лежал, рассматривая её спящую, пытаясь разобраться, чем она меня зацепила. Худенькая, лицо детское, кудряшки в разные стороны торчат. Но, прикасаясь к ней, проводя пальцами по прозрачной коже, получаю разряд тока, будто наэлектризованный. Хочу её, как никого никогда не хотел. Вчера, когда наказывал её ремнем, думал свихнусь от нахлынувшего желания обладать ей полностью. Хотелось подчинить и привязать к себе, но, в то же время, оградить от всего. От самого себя в первую очередь.
Не знаю почему, но чувствую, что причиню этой девочке боль. Не только физическую. Наверное, поэтому и показал ей, каким могу быть, чтобы не обольщалась и знала не только мои хорошие стороны. Я никогда не делал такого с Олесей. А с ней хотел и делал, и много еще чего могу. Наверное, это чувство превосходства и разница в возрасте окончательно вскружили мне голову, но утром, проснувшись с ней в одной постели, я вдруг испугался самого себя. Я ведь ни с кем не ночевал, кроме Олеси. Трахался – да. Иногда по несколько раз за ночь. Иногда даже с разными. Но спал я всегда только с ней или один. Какого черта тогда происходит? Почему же спящая малышка так идеально вписывается в мою постель? Так гармонично пускает слюнки по моей подушке, разбросав по ней кудряшки цвета солнца? Я что, свихнулся вовсе? Что подтолкнуло меня поступиться своими принципами? Внезапно нахлынувшая нежность? Или банальное чувство вины?
Она молча вытерпела удары ремнем, плакала, но не сказала ничего, что думала и чувствовала. Это меня поразило. Девочка сильнее, чем я думал. Или просто… Черт. Мне хотелось заснуть рядом с ней. Прижимая хрупкое тело к груди. Зарыться в волосах и вдыхать неповторимый запах.
Утром осознание тяжести всей ситуации вновь накрыло грозовой тучей. Боже, что я делаю? В который раз говорил себе, что это просто увлечение, только страсть по телу и ничего больше. Даже убедил себя почти, что нужно всё прекратить, но когда нашел её в душе, снова, будто потерял голову.
Пока мы завтракали, я думал, что нас объединяет? Улётный секс и не совсем стандартная работа, которую она выполняет для меня. Когда все закончится, мы просто разойдемся? Как будто ничего и не было. Я поймал себя на мысли, что не хочу её отпускать. Это было бы не так фигово, если бы чувствовал, что люблю её. Тогда поговорил бы с Олесей, признался Асе в чувствах и… и мы бы жили долго и счастливо. Но дело в том, что я сам не знал, что у меня к этой девочке. Страсть, животное желание, похоть… Хочу её так, что ломит яйца. Но любовь…
Нет, это ведь совсем другое…
В офис мы ехали молча. Ася всю дорогу смотрела в окно. Я листал отчеты в айпаде. Идиллия, мать твою. Настроение почему-то опустилось ниже нуля, когда очутился в своем кабинете. Безжалостно пытался занять себя работой. Написал сообщение Олесе, пообещал свозить на какой-то там показ, который она хотела. Знал, что это подействует. Это всегда действует. Она обижается, я что-то обещаю, и конфликт исчерпан. Даже отвлекся ненадолго, пока в дверь нагло не постучали без предупреждения секретарши.
Ася вошла грациозно, будто лань, но когда приблизилась к моему столу, заметил, что руки дрожат.
- Извини, что отвлекаю, но мне тут посылка пришла.
- Очень интересно. Ты всегда теперь будешь врываться без предупреждения?
Она проигнорировала мой вопрос.
- Антон прислал мне книгу и записку.
Ася протягивает мне свернутую напополам карточку с неровным почерком брата.
Читаю. Смотрю на неё. Потом на книгу в руках девушки.
- Что там?
Она не сразу понимает.
- А? А… Вот. – Кладет передо мной произведение искусства.
И это правда произведение, ведь каждая страница содержит в себе не то, что намек на секс, а открытый призыв. Сам не замечаю, как сжимаю кулаки. Отчего-то злюсь на Асю. Может потому что сейчас она спокойно стоит и ждет моей реакции. А она не заставит себя ждать.
- Иди-ка сюда.
Девочка наивно хлопает глазами. Даже строгий костюм не скрывает её неопытность. Черт. Хочу освободить её от этих тряпок и трахнуть что есть сил прямо у себя на столе, чтобы стереть эту невинную маску с её лица. Но вместо этого беру себя в руки кое-как, и усаживаю Асю у себя на коленях.
- Думаю, мы на верном пути... – Веду ладонью по худенькой ножке от колена вверх, ловлю её рваный вдох.
– Позвонишь ему и договоришься о встрече… – Шепчу ей в ухо.
- Но сама не настаивай, пусть предложит он… Тогда соглашайся, но не сразу… – Прикусываю нежную кожу шеи.
– Поломайся немного для вида… – Она замирает, чувствуя мои пальцы у себя между ног.
– Встретишься с ним еще раз... Никакого интима. – Резко вхожу в неё пальцами. Вскрикивает.
– Еще рано. Сначала выясни, где он прячет флешку. – Двигаю пальцами внутри её влажной плоти и чувствую боль в яйцах, которые распирает не на шутку, будто последний секс был не несколько часов назад, а в прошлом веке.
Ася молчит, и я не уверен, что она вообще услышала то, что я говорил только что.
Больше не в силах терпеть, резко поднимаю её, укладываю на стол и задираю юбку до пояса, срываю бельё. Потом расстегиваю брюки одной рукой, другой держу малышку за шею. Сдавливаю пальцы и вхожу в неё резко. Еще раз. Ещё грубее. Вдалбливаюсь в неё как отбойный молоток без капли нежности. Она всхлипывает, но молчит, чем подстегивает меня ещё больше, и я уже абсолютно себя не контролирую. Когда по позвоночнику пробегает разряд тока и толкает меня с силой в неё, разрывая мои мышцы на миллионы осколков, я просто наваливаюсь на хрупкое тело девушки и встречаю её глаза, в которых не вижу ничего кроме пустоты. Я выливаюсь в неё сильнейшим оргазмом, будто умалишенный, и в тот момент понимаю, что это сильнее меня. И взгляд малышки - как приговор психиатра:
Вы неизлечимы.
Вы помешались.
Вам нужна помощь…
Вы – псих, Гаврилов.
Я просто отхожу от неё, хватаясь за голову руками. А она сползает со стола, стянув юбку обратно до колен, и семенящими шагами покидает мой кабинет, не проронив ни звука и не смотря в мою сторону.
Падаю в кресло с расстегнутыми штанами. Что я только что сделал, мать твою? Что вообще со мной происходит? Если не прекратить это сейчас, кажется, свихнусь. Или уже свихнулся. Застегиваю брюки трясущимися руками, и достаю из бара бутылку вискаря. Наливаю и закидываю одним глотком.
Замечаю на полу растерзанную тряпочку Асиных трусиков и поднимаю, сминаю в руке. Зачем-то засовываю их в карман и смотрю на часы. Время – десять утра. Отлично. Забью на работу один раз в жизни и поеду к человеку, который мне действительно дорог.
Беру пиджак и вызываю водителя.
Ася
***
Позвонить Антону получается только к вечеру. Не потому что я сильно занята – «Корлеоне» уехал и не выдал никаких поручений. Об этом мне поведала его смазливая секретарша. Я не звонила, потому что весь день не могла собрать себя в единое целое. Мой мозг с некоторых пор существует отдельно от меня. Он не видит и не слышит, что происходит вокруг, с моим телом, с моей жизнью.