Полина Ветер – Как ты меня бесишь! (страница 24)
Стойко переносит мои капризы, постоянно оказывает внимание и… не домогается.
Только целует, так, что у меня коленки трясутся от возбуждения, а этот… «нехороший человек», с наглой непробиваемой физиономией прощается и неизменно уезжает домой.
Чёртов эгоист.
У него-то жена под боком, наверняка, в любое время дня и ночи по первому звонку примчит…
А я мучаюсь бессонницей.
От того, что беременность развлекает изжогой и отёками.
От того, что один мудак драконит и не доводит дело до конца…
Вот и сейчас, он смотрит на меня с такой нежностью… Прям, «белая овечка»…
А меня бесит.
Потому, что хочу его.
Снять эту безукоризненно отглаженную зелёную рубашку, расстегнуть брюки, перелезть к нему на колени и трахать, трахать, трахать, пока силы не кончатся…
Твою ж дивизию, Вострикова…
Как тебя прижало…
- Я не волнуюсь. Просто не уверена, что понравлюсь им.
Дима бросает на меня такой взгляд, будто я сморозила самую страшную в жизни глупость.
Мне уже начинает казаться, что между нами какое-то тонкое чутьё. По крайней мере, у него ко мне точно.
- Просто улыбайся. Это у тебя отлично получается. – Пытается подбодрить меня.
Точно. Можно просто изображать из себя имбицилку. Какая разница, что они там себе подумают?
Дом у Вершининых красивый. Два этажа, огромный гараж, ухоженный двор. Сразу видно – люди не бедствуют.
Хозяева этого особняка встречают нас на крыльце.
- Мама, папа… Познакомьтесь: это Света. Моя невеста.
- Очень приятно, Света! – Тут же подхватывается его мама. Пока я испепеляю Диму взглядом, ошарашенная его заявлением. – Меня тоже так зовут. Если будет удобнее, можешь звать Светланой Юрьевной.
- Сергей Александрович. – Протягивает мне руку мужчина, сосредоточенно переводя взгляд с моего лица на живот и обратно.
Я пожимаю протянутую ладонь и тут же оказываюсь в кольце рук хозяйки дома. Она берёт меня за плечи и проводит в дом.
Мы усаживаемся за большим круглым столом, накрытым очень по-праздничному.
Становится ещё волнительнее от понимания того, как эти люди готовились ко встрече со мной.
А мы с Вершининым только вино привезли к столу и цветы его маме.
Чувствую себя какой-то ущербной.
- Расскажите о себе, Светочка. – Просит Светлана Юрьевна, после того, как мы пробуем закуски. Мне кусок в горло не лезет от пристального взгляда хозяина дома. Тот отмалчивается. – Как вы с Димой познакомились? Чем живёте, интересуетесь?
- Я же рассказывал вам уже… - Пытается заступиться за меня Дима.
- Ну и что? – Пресекает эти жалкие попытки женщина. – Я хочу услышать версию твоей невесты.
Она переводит на меня ожидающий взгляд.
У меня ощущение, будто я на допросе. А ещё, будто упускаю что-то важное, а что, никак не могу уловить…
- Мы познакомились банально. На работе. – Осторожно начинаю я.
Да уж… Банальней некуда – переспать с коллегой на корпоративе…
- Я работаю в отделе продаж около четырёх лет. Мы «подружились» на общем корпоративе. Так вышло, что наше общение привело вот к этому, - указываю на свой живот.
- Света хочет сказать… – Сжимает мою руку под столом Дима. – То, что мы не расписаны – дело времени. Мы не торопимся.
- Да уж… Я вижу. – Заключает мама. – Разве не все девушки мечтают о свадьбе?
Я аж теряюсь.
Будто бы меня в чём-то обвиняют.
Я вообще впервые слышу, что мы помолвлены!
Сжимаю руку Вершинина в ответ довольно сильно, намекая, что от разговора ему не уйти.
Эта скотина только улыбается широкой улыбкой, ничем себя не выдавая.
- Мама. Мы живём в двадцать первом веке. Большой пьянкой на пятьсот гостей уже никого не удивишь.
Полагаю, это намёк на торжество Веры и Выхина. Там «пьянка» предстоит с размахом. Глеб Анатольевич полгорода, кажется, пригласил.
Я неопределённо улыбаюсь в ответ, вспомнив про совет Димы перед приездом, и пожимаю плечами, как бы соглашаясь.
- Ты ей, как и Ирочке мозги промыл? – Закатывает глаза Светлана Юрьевна.
Вершинин тут же меняется в лице.
Сергей Александрович громко прокашливается, что я воспринимаю, как намёк жене, что тема эта «опасная».
- Ирина сама не хотела свадьбу. Я тут абсолютно не причём. – Металлическим голосом произносит Дима.
У меня перехватывает дыхание. Не хочу вспоминать про его бывшую с привилегией «стать настоящим», но от этого никуда не деться.
- Не подумайте, Света, что я что-то имею против вас. – Прямо говорит Димина мать. – Просто это неожиданно для нас. После их развода и года не прошло.
- Света, угомонись! – Привычная мне, фраза слетает с языка отца семейства. Мы даже оборачиваемся одновременно.
- Я просто не могу поверить, что у Димы, наконец, будет нормальная семья. – Выдыхает Вершинина, сдерживая слёзы. – Думаю, за столько лет поисков он заслужил это.
- Мама, прекрати. – Выпрямляется наш юрист. – Ты смущаешь Свету.
- Я думаю, вы правы, Светлана Юрьевна. – Произношу, кое-как проглотив ком в горле.
Ощущение гадкое.
Мы врём его родителям о помолвке. Нас и друзьями-то вряд ли можно назвать, что уж говорить о «семье».
- Ваши родители чем занимаются? – Неожиданно вставляет свои «пять копеек» Сергей Александрович.
- Мой папа – полковник в отставке. Мама ушла, когда я была маленькой. Я не видела её очень давно.
- Отец воспитывал вас один? – Снова мама.
- Да.
- Ничего себе. Вам тоже досталось…
- Всё хорошо, не переживайте. Мой папа – чудесный человек, хоть и строгий. Я благодарна ему за всё, что у меня есть.
- Мы ещё не успели с ним познакомиться. – Вклинивается Дима.