Полина Верховцева – Ловушка для ведьмы (страница 3)

Переходы через портал всегда были моей слабой стороной. Казалось, что тебя проталкивают через узкую трубочку и попутно болтают в ведре с ледяной водой. Так же холодно, тесно и нечем дышать.

В учебниках обычно советовали расслабиться, представить место, в которое хотелось попасть, и не сопротивляться. У меня не получалось, вся моя ведьмовская сущность протестовала против такого надругательства над личностью. Наверное, именно поэтому все проходили через порталы нормально, я же вываливалась из него, как куль с мукой. В этот раз – плашмя и на дорогу.

– Это что там за бродяга валяется? – донеся до меня хриплый голос стражника, – гляньте. Вроде помер кто-то.

– Сам ты помер, – проворчала я, приподнимаясь на дрожащих руках и отплевываясь от пыли, набившейся в рот.

Передо мной высились распахнутые тяжелые, обитые металлическими пластинами ворота, за которыми маячили широкая, мощенная булыжником дорога и одинаковые домики. Сначала двухэтажные, а потом повыше, а в самом отдалении блестел шпилями дворец.

Дрейкмор. Такой, каким я видела его на картинках.

Не сказать, что этот факт меня обрадовал, но делать было нечего. Мне предстояло найти Верховного Магистра, вручить ему письмо от моей матушки Верховной Ведьмы и вернуться обратно в Шаэру. На все про все мне дали три дня, в противном случае придется возвращаться домой пешком. А это о-о-очень долго. Поэтому я намеревалась разобраться с заданием прямо сегодня, а завтра немного прогуляться по драконьему городу, купить гостинцев подружкам и подготовиться к обратному переходу.

План был короток и прекрасен, но судьба, как обычно, внесла свои поправки.

Во-первых, меня задержали на входе для досмотра.

– Стой! Кто такая? Откуда путь держишь? Цель прибытия в Дрейкмор? – стражник размером с гору преградил путь и принялся закидывать вопросами, на ходу прощупывая наглым взглядом. Взгляд непростой. Я сразу почувствовала, как цепляются магические крючки в попытках найти сокрытое, поэтому стояла спокойно и не сопротивлялась. Мне прятать нечего, намерения мои чисты и прозрачны, пусть проверяет.

– У меня послание от Верховной Ведьмы Шаэры, – сообщила, не без удовольствия наблюдая за тем, как удивленно подскочили брови стражника.

– Ничего себе заявочки.

Я достала из кармана письмо, запечатанное сургучом, и показала отметку Кеоны.

– Надо же. – Он потянул к нему свои лапы, и я сочла своим долгом предупредить:

– Я бы не советовала трогать.

Но разве станет большой грозный дядька слушать какую-то сопливую девчонку, которая ему до плеча едва достает? Вот и он не стал – схватился за конверт и тут же отлетел на пяток метров, со всего маху впечатавшись в стену. А потом, тихо хрюкая, грузно сполз на землю.

Что ни говори, а матушка умела оберегать свои послания. Даже если я попытаюсь его открыть, вот так же улечу.

Второй стражник оказался более разумным, поэтому письмо трогать не стал. Вместо этого, подозрительно нахмурившись, поинтересовался:

– Кому оно предназначено?

– Верховному Магистру Хардиану.

Это имя произвело поистине волшебное действие. Стражник вытянулся по струнке и указал рукой на маячивший на другом конце города замок:

– Вам туда.

– Спасибо, добрый человек, – я искренне поблагодарила и ступила на мощеную дорогу

Дрейкмор совсем не походил на мою родную Шаэру. Если последняя напоминала паутину из узких улочек, увитых густой зеленью, в центре которой высилась Академия Ведьм, то здесь повсюду были камень и металл. Привычной женской магии ощущалось мало, зато грубой мужской силы было с избытком.

Драконы…

Их отпечаток был на всем. Мощный, сокрушающе привлекательный и острый, как лезвие бритвы. Неожиданно для меня самой моя ведьмовская сущность радостно расправила крылья и забилась в экстазе. Ей было вкусно. Я выхватывала обрывки силы из воздуха, слизывала пальцами с холодных парапетов, залпом пила из маленьких уличных фонтанчиков, чувствуя, как с каждым глотком хмелею все больше. Город драконов поражал и дурманил своей энергией. Пожалуй, я даже не против время от времени сюда наведываться для подзарядки.

На главном проспекте со всех сторон пестрели вывески магазинчиков, всячески завлекая к себе покупателей, и даже я, равнодушная до всех этих рюшечек и бантиков, не могла удержаться и по несколько минут зависала возле каждой витрины.

Зря я ругалась на медлительную Белинду. Чтобы добраться до внутренней стены, отгораживающей замок от остального города, мне потребовалась пара часов. Невозможно было удержаться и не крутить головой, восторженно вылавливая детали, невозможно не зайти в маленькую умопомрачительно ароматную булочную, невозможно пройти мимо лавки магических артефактов, ведь там столько интересного и совсем не похожего на то, что можно найти в Шаэре. Как не посидеть на главной площади, щурясь от брызг, летящих от фонтана в виде дракона, расправившего крылья?

В общем, ко вторым воротам я подошла, когда уже начинало смеркаться, и наткнулась на очередных бдительных стражей с магическим досмотром.

– Кто? Куда? Зачем?

– Послание для Верховного Магистра. Велено передать лично в руки. – Я заранее достала конверт и небрежно помахала им перед мужчинами в надежде, что кто-нибудь опять схватит. К сожалению, эти стражники оказались более сознательными и знали, что не следует из ведьминых рук брать что попало.

– Его нет в замке, – монотонно сообщил тот, кто постарше.

Вот тебе раз. Разочарованная внезапной задержкой, я скупо поинтересовалась:

– И когда же он появится?

– Магистр в академии, вернется не раньше завтрашнего вечера. Можете попробовать поискать его там.

Вот уж, пожалуй, не стоит. Ведьмино чутье подсказывало, что в эту несчастную академию лучше вообще не соваться.

– Могу я подождать его внутри?

– Посторонних пускать не положено. Приходите завтра. Магистр примет вас – если будет время.

Блеск. Могла бы просто гулять и отдыхать, а теперь придется ждать этого Хардиана, будь он неладен.

Ворчи не ворчи – все равно ничего не изменится, поэтому, распрощавшись со стражниками и многозначительно пообещав им, что еще вернусь, я поплелась на поиски ночлега.

К счастью, долго бродить не пришлось и буквально через пару улиц я наткнулась на две стоящие друг напротив друга таверны. У одной на темной облупленной вывеске было написано «Черная Карта», у второй радужно-розовым с завитушками выведено «Веселый Генри».

Естественно, как и любая уважающая себя ведьма, я выбрала Черную карту. Прости, Генри, но веселиться тебе придется без меня.

Внутри было сумрачно, где-то за закрытыми дверями в глубине здания гудела музыка и звенели чужие голоса. При входе за маленькой стойкой восседала грузная женщина неопределенного возраста и монотонно постукивала длинными яркими ногтями по выщербленной поверхности. Мое появление она встретила без лишнего восторга. Выпрямилась, громко шлепнула по столу тяжелой, засаленной по краям тетрадью и грозно посмотрела на меня.

– Комнату? – голос у нее был низкий и раскатистый.

– Комнату.

– Побольше?

– Поменьше.

– С большим окном?

– С маленьким.

– Полный набор мебели? – не сдавалась она.

– Кровати достаточно, – бодро ответила я, за что была награждена убийственно тяжелым взглядом, – но с ужином.

Ведьмы – народ неприхотливый и жадный, поэтому после коротких, но продуктивных переговоров я взяла самую маленькую бедную комнатенку, заплатив за нее всего пять монет.

Хозяйка таверны долго крутила их в руках, рассматривая под светом тусклой лампы, под конец даже на зуб попробовала.

– Давно я не видела денег из Шаэры, – наконец произнесла она и посмотрела на меня уже совсем по-другому, – надолго к нам?

– Пара дней, и домой. Скучно у вас тут.

– Ну-ну, – усмехнулась женщина, пряча деньги под прилавком. Потом сняла с гвоздя ключ с деревянным довеском в виде игральной карты и протянула его мне. – Добро пожаловать, ведьма.

Если честно, то, получив отказ у стражников, я намеревалась найти ночлег и завалиться пораньше спать, но сейчас, поднимаясь на второй этаж по узкой крутой лестнице и прислушиваясь к музыке и разухабистому смеху в основном зале, я чувствовала, как сон уходит. Народ отдыхал и веселился, и я решила, что мне тоже надо. Когда еще доведется провести вечер в Дрейкморе?

Но сначала надо кое-что сделать.

Хозяйка не обманула и действительно подсунула мне самую маленькую и самую убогую комнату из всех возможных. Она была узкая, как нора, и такая же темная. Возле мутного крошечного окна во всю ширину помещения, от стены до стены, стояла кривая кровать с прелым матрасом, вонь от которого ощущалась даже на расстоянии. Возле входа с одной стороны пристроился стул, с другой – ветхий столик, на котором стояли кувшин и тазик с оббитым краем, а чуть повыше висело оплавленное по краям старое зеркало.

Насколько комната была тесной, я поняла, когда небрежно скинула с плеча походную сумку. Ремешком зацепила стул, уронила его набок, запуталась в ножках, едва не своротила столик и в итоге неуклюже повалилась на кровать, которая подо мной жалобно скрипнула и прогнулась до самого пола. В воздух тут же взметнулись клубы пыли.

– Зато пять монет, – хохотнула я и, громко чихнув, выбралась из нагромождения застиранных до дыр одеял.

Дальше я была аккуратнее. Стараясь не слишком размахивать локтями, умылась над тазом из кувшина, причесалась и, покрутившись перед маленьким зеркалом, осталась довольна своим видом.