Полина Ром – Венец безбрачия (страница 11)

Дав схлынуть всей этой дурацкой накипи, я решила серьёзно заняться собственным состоянием. В конце концов, я прекрасно понимала, что мне необыкновенно повезло с этим попаданством. Я очнулась не на улице, не в крестьянской избе, не в сиротском приюте. Я дворянка, у меня есть не только крыша над головой, но и определённые удобства, и даже собственный город.

Я только искренне не понимала, зачем на трёх женщин нужно такое количество прислуги и охраны. Матильда утверждала, что войны нет.

- Конечно, госпожа Софи, бывает ить, что на дорогах шалят, бывает... Только ить и не обязательно вовсе ездить-то по гостям! Только деньги мотать на одёжу новую, да на подарки и покупки разные тратиться! - Матильда спокойно отнеслась к моим расспросам. - А ить всё и здеся можно прикупить, даже ещё и дешевше.

Вот именно городом я и решила заняться, попросив мэтра Маттео помочь мне разобраться во всем. В первую очередь меня интересовало состояние торговли. Что производят в городе? Куда и за сколько продают это? Что привозят в город и почему такой товар нельзя получить здесь? Ну и хотелось разобраться в местной системе налогообложения, понять, какие именно у нас долги перед государством, возможно ли их быстро погасить.

Пользуясь холодным отчуждением в семье я встречалась с мэтром Маттео в трапезной почти ежедневно, и вещи, которые я узнавала, нравились мне все меньше и меньше.

Начать экономию безусловно мне следовало со своего собственного дома. На данный момент за мой счёт ежедневно питались не только сестра и мать с их личными горничными, но ещё и псарь, четверо конюхов, шесть лакеев, несколько горничных, повариха и двое подсобников, а так же четыре прачки. Но даже это показалось мне мелочью по сравнению с тем, что матушка содержала вооружённый отряд охраны, состоящий из капитана, двух капралов и тридцати восьми солдат. И обе эти армии, и штатская, и военизированная ели и пили за счёт доходов, получаемых с города, а ещё одевались и жгли в каминах дрова на те же деньги.

- Мэтр Маттео, а зачем нам нужен такой огромный отряд? Замок окружен достаточно прочной стеной, на ночь можно запирать ворота… А если я ничего не путаю... То ведь даже войны сейчас нет?

- Так шесть лет назад война закончилась, госпожа Софи. Тогда, вестимо дело, охрана при замке нужна была. Ну, может и поменьше, но все ж таки требовалась. Опять же, батюшка ваш, когда по делам в Вольтенберг уезжал – завсегда его десять-двенадцать человек сопровождали, а баронесса боялась без охраны оставаться. А как война закончилась, тут батюшка-то ваш болеть начал и не до того ему было, а как помер – баронесса и вовсе отказалась количество охраны сокращать. Мол, неприлично будет, ежли её, баронессу вдовствующую, без охраны оставить. Дескать в этом чести нет, а при любом замке должна быть своя армия. А что армия эта – чистое разорение, так об этом она и думать не хочет. Положено мол так – значит, так и будет!

- Получается, что плачу этой армии я.

- Так и есть, госпожа Софи, так и есть... – часто закивал мэтр Маттео.

- Что ж, значит пришло время поговорить с капитаном охраны.

Мне показалось, что мои слова смутили управляющего, и я уточнила:

- Что-то не так, мэтр Маттео?

- Так оно все так, госпожа Софи, а только деньги-то капитан получал из рук баронессы лично. И она, признаться, в дела капитана вовсе не суётся…

- И что?

Мэтр мялся все сильнее и я, нахмурившись, потребовала:

- Поясните нормально, мэтр Маттео!

Глава 16

- Оно, вроде как неловко, госпожа Софи… Да и я толком не знаю ничего, может просто сплетни, да и все…

- Говорите.

- Да как же я такое скажу… Вы ещё барышня незамужняя, не надобно вам и знать этакого!

- Говорите! – от раздражения я даже прихлопнула ладошкой по столу, благо, что скатерть слегка смягчила удар.

Явно растерянный мэтр Маттео забормотал:

- Так вроде бы как бы, госпожа Софи, капитан-то солдатам сущую малось платит… прямо гроши, честно-то говоря.

- Он ворует? – уточнила я.

- Да как бы и не ворует, госпожа Софи, а только сильно в городе сплетничают, что матушка ваша господину капитану слишком благоволит… - тут мэтр окончательно сконфузился и стал помидорного цвета, а затем натужно закашлялся, давая мне время сообразить.

В отличие от мягкой и действительно невинной и наивной Софи догадалась я быстро. До сих пор капитана замковой охраны я видела всего пару раз мельком: среднего роста, крепкий мужичок, с пижонски подкрученными усиками. Лет ему, на вскидку, было тридцать-тридцать два. За столом он с нами не сидел, каких-то особых прав в замке кажется не имел…

Получается, что или в городе просто сплетничают, и баронесса чиста и невинна как слеза младенца… или же она действительно содержит любовника на мои деньги, каждый месяц выдавая ему неподконтрольно весьма существенную сумму.

Мы с мэтром молчали, а я пыталась быстро сообразить, что для меня предпочтительнее. Хорошо уже то, что она не дала любовнику внешней власти в замке. Плохо то, что содержит альфонса. А конкретно для меня очень плохо то, что солдаты подчиняются не мне и даже не муттер, а этому самому предполагаемому любовнику. Если попытаться его так сказать «уволить», то неизвестно, как этот процесс пройдёт и чем для меня обернётся. Но прежде всего стоило выяснить, правду ли говорят про их роман.

Мэтра Маттео я отпустила: пусть отдышится и отойдёт от столь «ужасного» разговора. Ничего, со временем он привыкнет, что со мной можно говорить даже на такие темы. А мне, прежде чем что-либо решать, нужно сперва узнать правду. Потому что правда эта может оказаться той самой подводной частью айсберга и преподнести весьма неприятные сюрпризы.

Со времени отъезда гостей прошло около двух недель. На улице было уже достаточно тепло, вовсю лезла первая зелень. Я тратила довольно много времени на знакомство с хозяйством замка. Ходила на кухню, смотрела как работают повариха и её помощники, как хранятся продукты и какие именно необходимы для выживания зимой.

Побывала в прачечной, но не ночью, как первый раз, а белым днём, чтобы посмотреть, как работают прачки. Обнаружила не слишком приятную вещь: дрова и для прачечной, и для замка по очереди кололи солдаты. И почти такое количество дров уходило на отопление казармы и отдельного домика где жил тот самый капитан замковой охраны Лукас Вейгель.

Дом капитана, пристроенный изнутри к крепостной стене окружавшей замок, выглядел не таким уж и маленьким. Кроме капитана в домике проживала солидных размеров кухарка и его личный денщик, который по повадкам больше напоминало лакея, а вовсе не военного. Внутрь я разумеется не заходила, но судя по размерам, в доме было не меньше четырёх больших комнат и такого же количества маленьких. А главное – я совершенно не могла понять, почему бы капитану охраны не занять комнату в замке? На крыше этого домика было целых четыре трубы, которые дымили каждый вечер и каждое утро: ночи всё ещё были прохладными.

К допросу Матильды я приступила очень аккуратно, но легко выяснила, что этот самый милый домик был построен ещё при моем родном дедушке, для его овдовевшей сестры. Сестра деда была баронессой и не поладила с бабушкой. Именно поэтому дед и выстроил для неё тихие и удобные покои, где она коротала свои дни в обществе компаньонки, маленького пажа двух горничных и кухарки.

В общем и целом, ситуация была более, чем непонятная, но пока я размышляла, как именно узнать правду, произошло и вовсе нечто необычное. Однажды в ворота замка сильно постучали. Время уже шло к полуночи, но во дворе поднялся такой переполох, что я сбросила дрёму и вышла на лестницу, глянуть в окно.

***

Солдаты торопливо собирались к воротам. Из дома вышел капитан, небрежно запахивая на себе плащ и, открыв крошечное смотровое оконце, о чем-то переговаривался со стоящими за воротами. Затем на двух невысоких приворотных башенках зажгли факелы, освещая то, что находится снаружи, за крепостной стеной. И только потом капитан дал команду и солдаты, вынув несколько здоровенных балок в воротах, распахнули маленькую и узкую калитку.

Первым зашёл высокий здоровяк, ведя в поводу коня с каким-то непонятным грузом. Ему пришлось потянуть за уздечку вниз, чтобы конь пригнул голову и смог войти в калитку. На коня был навален груз, и здоровяк, сунув поводья одному из солдат, вернулся за крепостную стену. Он ввёл второго коня, уже не гружёного, а затем, бросив животное без присмотра, торопливо принялся отвязывать кучу тряпья с первой лошади.

Несколько факелов в руках солдат, собравшихся вокруг приехавшего, осветили интересную картину: здоровяк снимал вовсе не тюк тряпья, а какого-то мужчину, лежавшего поперек седла. Он достаточно аккуратно перекинул безвольное тело через плечо, и сопровождаемый капитаном Лукасом направился ко входу в замок.

Я оторвалась от стекла, только сейчас обратив внимание, что в замке уже шумят слуги. Слабо понимая, что именно произошло, я отправилась в трапезную.

Как выяснилось, баронессу-мать тоже разбудили и она, несколько небрежно одетая, встречала гостей.

- Госпожа, прошу прощения за доставленные хлопоты, но молю вас о помощи и милосердии, – голос гостя был густой, басовитый и громкий, вполне подходящий такому великану.

- Кто вы, и что случилось?