Полина Ром – Последний шанс (страница 41)

Лицо у существа внутри было совершенно обычное, человеческое, и при этом – женское! Вслед за этим существом ту же операцию проделали и другие серебряные фигуры, а затем одна из них сделала несколько шагов вперёд и громко, так, что слышно было каждому, стоящему на площади, произнесла:

– Мы прибыли сюда по воле Великого Предка…

Глава 51

ПРОШЛО ДВА С ПОЛОВИНОЙ ГОДА

-- Генерал, я говорил вам, что вы слишком торопитесь! – Костя стоял у большой карты и недовольно глядел на собеседника. – Вот...Смотрите… Стойбища диких сдвигаются вот сюда… --он двинул пальцем по карте. – А ваши войска, получается, идут им навстречу. Они может и дикари, но разведку всегда высылают. Вы понимаете, что рискуете жизнями своих солдат?

-- Мои воины не боятся смерти! – напыжился генерал Гарбо.

Костя злился, Татьяна, тихо сидящая в углу его кабинета, отчётливо это видела. Впрочем, за последние годы муж её весьма успешно научился скрывать свои эмоции в разговоре со ставленниками его величества Сантоса. Далеко не все, кого король присылала, был такими напыщенными идиотами. Но придворная политика – дело сложное, иногда к власти добираются не самые умные и порядочные люди.

-- Генерал Гарбо, вы ведь воин?

Коротышка-генерал даже побагровел от злости, сочтя такой вопрос унизительным. Костя же, прекрасно видя недовольство военного советника, встал со стула и,нависая над гостем во весь свой рост,мягко улыбнулся:

-- Если пожелаете, сегодня ночью я доставлю вас к вашим войскам, и вы сможете возглавить стычку с дикими лично. Заодно--покажете пример своим солдатам.

Татьяне стало скучно слушать этот бессмысленный спор, и она тихонько пробормотав: «Извините…», выскользнула из дверей кабинета. Прошла по широкому коридору штабного домика и вышла на крыльцо. Там была достаточно удобная и широкая лавка, на которой она и устроилась, предпочитая понаблюдать за закатом.

Это был не первый масштабный рейд за дикими, потому она точно знала, что никаких отклонений от разработанной схемы Костя не допустит. Всё было спланировано максимально удобным образом: некоторая группа войск выходила к местам стойбищ, но не приближалась к диким. Ночью командирская шлюпка облучала стойбище, а солдаты после этого сортировали жителей и выводили их в империю.

Детей раздавали по семьям, а иногда оставляли и с матерями. Женщин пристраивали на работу, чаще всего – в качестве домашней прислуги в богатые дома, но если кто-то из них пытался построить другое будущее – то получал небольшую помощь государства. Правда, среди выросших в стойбищах женщин и девочек таких судеб было немного.

На несколько тысяч уже влившихся в обычную жизнь городов и сёл только семнадцать женщин рискнули заняться чем-то своим. Например – одна устроила мини-пекарню, продавая как экзотику сухие лепёшки с острыми мясными начинками, такие, как пекла в стойбище. Большая же часть предпочитала тихо работать на своём месте, куда поставили и только через год-два некоторые выходили замуж.

С мужчинами было сильно сложнее, но и оставлять за спиной неторопливо растущего государства такую язву казалось решительно немыслимо! Часть мужчин отправлялась на работы: каменоломни и рудники. Часть – забиралась в войска. Но тут распределительная комиссия внимательно следила, чтобы все эти стрелки попали в разные воинские соединения, находящиеся как можно дальше друг от друга. Стопроцентной веры им всё же не было, однако за пару лет каких-то серьёзных проблем пока не обнаружилось.

Главное, о чём были предупреждены и Великие герцоги, и мэры маленьких городков – не позволять этим людям заводить контакты с другими дикими, не позволять сбиваться в крупные стаи. А в остальном их жизнь и инициативу практически не регламентировали.

Одна из самых тяжёлых проблем, которая возник в связи с этими военными операциями – рабы-кастраты. Тут бессильна была даже волшебная аптечка колонистов и, по настоянию Кости и Игоря, для решения их судеб в королевском совете сидела Алёна. Бывшая медсестра детского отделения обладала жалостливым сердцем и к каждому из этих десятков покалеченных людей пыталась найти свой подход, устраивая их в максимально удобные места: учениками к портным;сиделками к себе, в детскую поликлинику, впервые созданную в столице;помощниками и учениками поваров в хорошие и большие харчевни, а грамотных – секретарямии чтецами в богатые дома.

К сожалению, среди кастратов оказалось достаточно много именно грамотных людей, так как дикие,в первую очередь,вылавливали одиноких мелких торговцев, тех самых, что держали небольшой семейный бизнес, а в помощь себе брали сыновей или племянников, с ними же и разъезжая из города в город. Именно эти молодые ребята и были самой большой болью. Далеко не все из них смогли нормально устроиться в жизни.

Но и особого выбора у колонистов не было: все прекрасно помнили, к чему приводит религиозные розни и религиозные же войны. Поэтому,общее с королевским советом решение об интеграции дикихв обществопроводилось медленно, неторопливо, но методично.

Общее количество стойбищ оценивали в тысячу с небольшим. Среди этих стойбищ были как малые семьи, где даже вместе с рабами набиралось не больше пятнадцати-двадцати человек, так и крупные, где ставилось несколько десятков шатров и жило более сотни людей. На данный момент по стране было расселено чуть более двухсот стойбищ и двадцать из них – самые крупные. Так что окончательное смешение оседлых жителей Резарда с дикими должно было завершиться достаточно скоро. Костя говорил Татьяне, что понадобится ещё буквально ещёлет пять-семь, а потом нужно будет только изредка проводить рейды и смотреть с воздуха, не появились ли новые дикие.

Очень удачно «явление»потомков Великого Предка случилось с точки зрения светской власти. Во-первых, храмовники просто не успели организоваться и переварить эту информацию, чтобы выработать какой-то единый план действий.

Во-вторых, колонисты отчётливо давали понять столичным жителям, что они и есть те самые потомки Великого Предка, а потому поклонение в храмах и церковную десятину нужно сокращать. Разумеется, не обошлось без попыток бунта, когда окраинные герцогства вдруг столкнулись с тем, что храмовники начали объявлять гостей ложными детьми Великого Предка, слугами тёмных сил и так далее.

Но против этого нашлось прекрасное средство – наглядная демонстрация силы. По согласованию с королём колонисты облетели все более-менее крупные города и дали возможность зевакам насладиться и видом сверкающей и льющей музыку аварийной капсулы,и блестящими скафандрами, и прочими чудесами. На это ушло почти три первых месяца и,хотя основную часть команды можно было легко менять, так как люди не знали в лицо гостей, вести шлюпку каждый раз приходилось Косте.

Почему Сирин упрямилась и не хотела подчиняться, не имея его на борту – толком так никто и не понял, а сама она объяснила это тем, что командир выбирается по заложенным в алгоритм параметрам, и Константин оказался самой удачной кандидатурой. Потому первые месяцы с Татьяной они виделись довольно редко: иногда за день ему доводилось устраивать «явление Потомков Великого Предка» в четырёх, а иногда и в пяти соседствующих городах.

***

Над темнеющей вдалеке полосой леса осталась последняя оранжево-бордовая полоска заходящего солнца, когда Константин распахнул дверь штаба и улыбнулся, увидев ожидающую его Татьяну.

-- Ну что, справился с этим болваном? – Таня говорила на русском, потому не слишком выбирала выражения.

-- Справился. Жаль, что отозвали генерала Мельта. Вполне вменяемый был мужик, и работать с ним – одно удовольствие. А у этого товарища столько понтов и ни крупицы здравого смысла, – Костя со вздохом присел рядом и обхватив Татьяну за плечо прижал к себе. Нежно поцеловал в лоб и тихо спросил:

-- Солнце, а пожрать у нас дома что-нибудь найдётся?

Татьяна засмеялась, так её развеселил этот извечный мужской вопрос:

-- Улира сегодня с утра пироги затевала, так что думаю, голодными не останемся.

-- Да?! – оживился Костя, и встав со скамейки потянул за руку Татьяну, торопливо объясняя: -- Пойдём быстрее, мне скоро вылетать, хочу еще пару часов сна перехватить успеть…

Глава 52

-- Солнце, а пожрать у нас дома что-нибудь найдётся?

Татьяна засмеялась, так её развеселил этот извечный мужской вопрос:

-- Улира сегодня с утра пироги затевала, так что думаю, голодными не останемся.

-- Да?! – оживился Костя, и встав со скамейки потянул за руку Татьяну, торопливо объясняя: -- Пойдём быстрее, мне скоро вылетать, хочу ещё пару часов сна перехватить успеть…

***

Улира, отличная повариха и прекрасная домохозяйка, работающая у них уже больше года, встретила супругов ворчанием:

-- Нет бы, как добрые люди, днём зайти и покушать нормально! Нет! Всё где-то бегают, аки собаки бездомные… – она торопливо засовывала в печную духовку большой румяный пирог на тяжёлой чугунной сковороде, чтобы разогрелся быстрее. – Умываться ступайте, а то скоро на стол подам, а вы эвон какие… – Улира неодобрительно глянула на смущённо мнущихся в прихожей хозяев, и вновь скрылась на кухне.

Когда грозная домоправительница повернулась к ним обширной спиной, колыхнув юбкой, Татьяна одними губами, глядя в смеющееся лицо Константина, прошептала: