Полина Ром – Огненная леди Туманных холмов (страница 6)
– Похоже, я попала в настоящую сказку… – совершенно серьезно ответила девушка. Только вот энтузиазма и радости в ее голосе не наблюдалось.
Глава 7
Лекарь, мэтр Лантье только что ушел.
Агния задумчиво смотрела в окно на совершенно обычный заснеженный кустарник и стоящие ближе к забору два мохнатых деревца, похожие… вообще ни на что не похожие! Их опушенные голубоватой хвоей ветви широко раскинулись в стороны, не давая толком разглядеть даже ограду дома. А свисающая с этих веток длинная редкая бахрома шевелилась на зимнем ветерке, как какие-то мерзкие щупальца чудовища из фильма ужасов. Голос за спиной раздался так внезапно, что она от неожиданности подскочила.
– Любуетесь белой резенсторией? Мне, признаться, тоже нравится на нее смотреть. Особенно весной, в период гона! – герцог, а по совместительству ее собственный муж, вошел в комнату незаметно и неслышно.
Каждое из произнесенных им слов по отдельности было более-менее понятно. «Любуетесь резенсторией», похоже, он говорит о тех самых жутковатых деревьях, хотя слово «любуетесь» и показалось Агнии слишком уж неподходящим. «Период гона» - это вроде бы тоже понятно. Гон – время, когда какие-нибудь животные спариваются и образуют пары. Но «период гона» применительно к растению?!
– Оно что… вот это вот, – Агния некультурно потыкала пальцем в стекло, указывая на предмет разговора, – оно животное?
Роджер несколько недоуменно пожал плечами и пояснил:
– Не совсем. Это просто растение, но обладающее некоторыми инстинктами. Простите, Агния, я на мгновение забыл, что вы дитя другого мира. Когда-то резенстория была сорняковым кустарником. Но в древности маги позволяли себе иметь различные увлечения, не связанные напрямую с их основным родом деятельности. Был такой маг Эльстер Воинственный, большой специалист по разного рода оружию. И хотя изготовленные им мечи и луки отличались потрясающими характеристиками, сам он ими пользоваться толком не мог: был очень хрупкого телосложения и здоровья. А по легенде и вообще горбун. Вот как раз у него и было такое забавное увлечение: наделять растения нужными ему свойствами. Как вы понимаете, Агния, вложив кучу сил, можно вырастить что угодно. А вот сделать так, чтобы это «что угодно» росло, давало плоды и семена, из которых потом можно вырастить точную копию… О-о-о! – герцог взмахнул рукой: – Это уже великое искусство! Резестория обладает уникальными свойствами: это и некий полог невидимости, пусть и слабенький, и охрана границ участка.
– У нее что, есть сознание?! – Агния оторопело смотрела на мужа, рассуждающего о совершенно немыслимых вещах.
– Конечно, нет. Когда берут росток резенстории, ей скармливают каплю крови будущего хозяина. И растение запоминает, что это часть его жизни. Погибнет хозяин, вскоре погибнет и растение. Поэтому резенсторию часто сажают как первый круг охраны, например, вокруг лаборатории. В общем, там, где присутствие чужаков крайне нежелательно.
– Но ведь это, – Агния неуверенно обвела рукой стены комнаты, – обыкновенный дом?
– Да, это самый обычный дом в одном из мастеровых районов столицы, – подтвердил Роджер, с любопытством наблюдая за тем, как девушка пытается уложить в голове совершенно необыкновенные для нее факты и реалии нового мира.
“Она явно неглупа. Это, к сожалению, не так и хорошо. Обязательно будет задавать множество вопросов и докапываться до ответов. Нужно будет поискать в Теневой службе хорошую компаньонку для нее. Для её же собственной безопасности. Кто там из дам у нас собирается на покой?”.
– Раз дом обычный, не лаборатория, тогда зачем здесь вот это? – Агния вновь указала на змеящиеся за окном плети.
– По сути, – ухмыльнулся герцог, – здесь они исключительно для объяснения окружающим, что в доме живут маги. Несколько безумное и слишком демонстративное расточение сил, – чуть раздраженно пожал он плечами. – Зато каждый проходящий мимо понимает, что дом принадлежит не простолюдинам. Конечно, чтобы растение выглядело достойно, какие-то крохи магии ему приходится скармливать. Если учесть, что дочь миледи Ламмерс была слабосилком, то даже два этих дерева – расточительство.
– Похоже, мать моей предшественницы не слишком волновало благополучие дочери, – вскользь заметила Агния.
– Так и есть. В дороге у нас будет время на беседы, и я отвечу на все ваши вопросы.
Агния кивнула и, отойдя от окна, чуть боком устроилась на стуле у стола, опершись на него локтем. Герцог, некоторое время неуверенно потоптавшись рядом, наконец сообразил:
– Агния, пока вы не предложите мне стул, я не сяду.
– О Господи! Но вы же спокойно садились, когда навещали меня в прошлый раз, – она вопросительно уставилась на него.
– Тогда вы были больны и лежали в постели, – усмехнулся Роджер. И затем очень серьезно добавил: - Если вы пожелаете, я найму вам учителей этикета и компаньонок.
– Простите, Роджер, - несколько резковато ответила девушка, – но я пока сама не знаю, что именно нужно желать. Давайте отложим вопрос с компаньонкой? Я даже не знаю, пришли ли вы сейчас по делу или…
Герцог де Гренар задумчиво смотрел на жену, понимая, что легко ему не будет: «Вряд ли магия уже успела сильно изменить ее характер. Похоже, такая она и есть изначально: резкая и решительная. Обычные женские мягкость и лукавство ей совершенно не свойственны. Не понятно, почему Сила решила подкинуть мне это испытание…».
– Агния, герцогиня де Гренар не может отправляться в путешествие, имея при себе только смену белья. Прошу прощения, но я вынужден был пригласить к вам мастеров для шитья подобающего гардероба. Путь нам предстоит неблизкий: до Фольекона придется добираться через три стационарных портала. И между ними от дня до двух предстоит ехать в экипаже. Минимум пару раз мы будем ночевать у моих знакомых.
– Спасибо. Наверное, одежда мне и в самом деле понадобится, – равнодушно ответила девушка.
«Это так странно! Любая женщина на ее месте хотя бы улыбнулась от такой новости. Заполучить целый гардероб новых вещей – мечта каждой. А она, кажется, совершенно равнодушна. Сила! Как я должен за ней ухаживать, чтобы наладить хоть какой-то контакт?! А ведь пока на моей руке этот чертов брачный браслет, родить наследника рода де Гренаров сможет только она! А я пока даже не представляю, как к ней подступиться…», – уныло размышлял герцог, не забывая наблюдать за своей супругой.
Глава 8
Не прошло и часа после ухода так называемого мужа, как в комнату постучали, и на приглашение войти в дверях возникла монументальных размеров дама с манерами солдафона. Представилась она браньей* Манор. Бранья уверенно командовала двумя молодыми помощницами и напрочь игнорировала любые попытки герцогини вмешиваться. На все вежливые просьбы она небрежно фыркала и уверенным баском заявляла:
– Его светлость герцог де Гренар потребовал полный гардероб!
– Но мне хотелось бы что-то более удобное…
– Его светлость герцог де Гренар сказал, что полностью полагается на мой вкус!
Все это Агния терпела довольно длительное время: дело в том, что бранья Манор обладала совершенно фантастической, с точки зрения герцогини, способностью. Бранья Манор была бытовым магом!
Часть туалетов создавалась прямо здесь и сейчас: Агнию поставили на невысокую табуретку, принесенную с собой мастерицей. И помощницы, ловко накидывая на девушку ткань, скалывали ее бесчисленными булавками прямо на ней. Бранья Манор недовольно морщилась, откинувшись на спинку стула, и взмахом руки указывала, что, по ее мнению, следует поправить или изменить.
– Туже! Затяните ленту туже! Талия должна быть не просто тоненькой, бестолковые! Она должна выглядеть так, как будто миледи сейчас переломится!
Агния терпела эту пыточную процедуру потому, что прямо на ее глазах бранья Манор легкими, почти незаметными прикосновениями рук сращивала куски ткани в единое целое. Что-то небрежно обрезали огромными ножницами помощницы мастерицы, опасно щелкая железом возле тела так, что Агния непроизвольно вздрагивала. Они тянули ткань в разные стороны, добиваясь максимально плотного прилегания в области корсажа. А потом подходила бранья и медленными, плавными движениями оглаживала стоящую на табуреточке герцогиню, даже не прикасаясь к ней.
И прямо на глазах возникало чудо! Сливались воедино боковые швы, небрежно заложенные на юбке складки выравнивались до идеального состояния, под пухлыми и внешне неуклюжими пальцами браньи «прикипали» к подолу и манжетам тончайшие кружева, расцветала на лифе ажурная вышивка!
Однако самым знаковым для Агнии было даже не то, что бранья Манор на ее глазах творила волшебство. Самым удивительным оказалось то, что внутри самой Агнии некая сила робко отзывалась на эти действия. Пока герцогиня де Гренар пыталась разобраться в собственных ощущениях, бранья Манор, уставшая и запыхавшаяся, взгромоздилась на стул и объявила:
– Дорожные костюмы вышли на славу! Вы, ваше сиятельство, будете смотреться в них великолепно. Бальные платья и домашние я изготовлю вам в течение четырех дней и пришлю сюда. Но все же, – она недовольно окинула взглядом фигуру Агнии, с которой помощницы сейчас снимали очередное бархатное роскошество, – один приличный домашний туалет надобно изготовить сейчас. Просто немыслимо, чтобы его светлость видел вас в этих нищенских отрепьях. Да! И одно платье для выхода тоже необходимо срочно!