Полина Ром – Моя новая маска (страница 38)

Вряд ли этот человек был кёрстом и то, что я сделала, безусловно нарушало местные правила приличия. Не зря же кёрста Тиан нахмурилась. Я улыбнулась мужчине и сказала:

— Меня зовут кёрста Элен Дюрайн и мне нужна помощь.

Кёрста Тиан вздохнула и промолчала. Мужчина улыбнулся в ответ и как-то очень в тон мне ответил:

— Меня зовут трок Мирэн Шальф. И я костюмер, если вы, кёрста Дюрайн, желаете получить эскиз платья нашей примы, то я легко помогу вам.

Я засмеялась — так как здесь еще не было модных показов, то очень часто женщины брали за образец костюмы театральных и оперных див.

— Благодарю, трок Шальф, но у меня совсем другая проблема.

Через полчаса, отблагодарив трока серебряным фанком, я познакомилась с несколькими претендентами, послушала голоса и выбрала двух молодых миловидных девушек.

Театр я покидала очень довольная, чего нельзя было сказать о кёрсте Тиан. Однако, она промолчала, только укоризненно покачала головой и не стала меня воспитывать, за что я была ей очень благодарна.

Следующий визит мы нанесли магазину «Детская радость», троку Крипу-младшему. Удивленный моим визитом трок, сперва подозрительно хмурился, но поняв, что оплачивать нового продавца я буду сама и полностью, решил пойти мне навстречу. Мы спустились в торговый зал, выбрали место, которое показалось мне достаточно удачным, а маленький стол и стул для девушки трок пообещал предоставить.

Через два дня продажа коробок с игрой «Золотая рыбка» начала набирать обороты. Каждый день, в самый пик, за столом недалеко от входа сидела молодая симпатичная девушка с теплым голосом и показывала всем вошедшим в магазин сказку о золотой рыбке. Для театральных актрис, которые вовсе не являлись примами это была прекрасная подработка. А для маленьких посетителей магазина — почти настоящий театр. Магазин получал свой процент, при этом продавцы могли обслуживать других покупателей. Актрисы получали подработку, а я получила существенный сдвиг в продажах — медленно и постепенно игра начала завоевывать популярность. Я уже совсем было решила, что не нуждаюсь в такой рекламе и к выпуску второго набора, хотела уволить девочек — они свое дело сделали.

Второй набор был с большим числом персонажей, стоил дороже, и я ожидала хороших продаж. Набор «Маша и медведь» содержал ширму, разрисованную с двух сторон — с одной изба, со второй — лес, кукол «дедушка» с «бабушкой» и, разумеется, «медведя» с «Машей», плюс отпечатанную на хорошей мелованной бумаге сказку. Белокурая «Маша», кстати, очень напоминала Эжен и привела сестренку в восторг.

Однако, уволить я, слава Айлюсу, никого не успела. Я получила очень вежливое письмо от трока Крипа-младшего с просьбой заехать к нему на работу в удобное для меня время.

— Кёрста Элен, я получил предложение от товарного знака «Фогель и сыновья» устроить для их игрушек такой же отдельный стол.

Я напряглась. Понятное дело, что конкуренты не спали — совсем недавно они стали выпускать игрушки похожие на мои. Возможно, их изделиям не хватало мультяшности, но я прекрасно понимала, что мне дышат в затылок. Не уверена, что смогут догнать, но пытаться — будут обязательно.

Проблему можно было решить двумя способами. Например, чуть повысить стоимость игрушек и это чуть отдавать в пользу магазина — как арендную плату. Второй вариант был проще — отдавать эти деньги лично троку Крипу. Однако, для начала, стоило бы прояснить его отношение ко всему этому.

— Трок Крип, это ваш магазин, вы здесь управляющий и только вам решать, позволять ли троку Фогелю ставить здесь свой прилавок.

— Кёрста Элен, наш магазин работает с товарным знаком «Фогель и сыновья» уже много лет. Однако вы, кёрста, безусловно очень яркое явление. Начав с нуля, вы завоевали себе имя меньше, чем за год. Ваши идеи игрушек восхитительны! Но я слышал, что недавно вы получили наследство?

Признаться, я растерялась. Я совершенно не понимала какое отношение к делам имеет мое наследство. Хотя отрицать очевидное было глупо.

____________________________________________________

В 18-м веке гравером Яковом Ле Блоном была придумана технология печати полноцветных изображений. Ее изобретатель начал разделять цвета. Для этого он использовал четыре металлические пластины. С их помощью Ле Блон наносил конкретную краску на лист бумаги.

Глава 38

— Трок Крип, это так. Но при чем здесь мое наследство?

— Кёрста, я скажу вам честно — магазину гораздо выгоднее сотрудничать с вами. Ваших игрушек мы продаем значительно больше, это увеличивает оборот денег и только на пользу торговле, но вы молоды, красивы и богаты…

— Трок Крип, я вас не понимаю… — я начинала сердиться потому, что весь разговор мне казался достаточно бессмысленным.

— Кёрста Элен, мы долгие годы отбирали поставщиков, кроме трока Фогеля у нас бывают игрушки только самых хороших и известных марок. Репутация — это часть нашего дохода. Если вы выйдете замуж, мы останемся без главного поставщика. — Трок помолчал и добавил: — Я собирался сократить процент игрушек других поставщиков в пользу ваших, но вы — девушка и вы разбогатели.

Я опять упиралась в ту же стену — разница менталитетов. Как объяснить троку, что я не собираюсь бросать свою торговую марку? Кроме того, я не могла понять, а зачем собственно трок Крип рассказывает мне все это? Немного помявшись под его вопросительным взглядом, я все же рискнула спросить и ответ меня очень удивил:

— Кёрста Элен, на данный момент вы являетесь старшей в роду и вправе принимать любые решения. Я отдам вам преимущество в магазине при условии, что мы с вами подпишем контракт не менее, чем на десять лет. В таком случае, даже если вы выйдете замуж и надумаете продавать свою торговую марку, вы не сможете это сделать. Закрыть ее — да, продать — нет! Сейчас она стоит немало, и я надеюсь, что возможность потерять такую сумму предотвратит скоропалительный брак. Ведь мы же с вами прекрасно понимаем, что ни один кёрст не позволит своей супруге заниматься делами. Думаю, это обезопасит нас, только помните — продать свою марку вы не сможете!

Логика трока Крипа казалась мне несколько извращенной, но его опасения я поняла. Боясь в одночасье лишиться основного поставщика, этим договором, он связывал мне руки.

Точнее, он думал, что связывает мне руки. Почтенному троку просто не приходило в голову что даже в замужестве я спокойно смогу заниматься делами своей торговой марки. В его представлении о жизни замужняя кёрст садилась дома и немедленно начинала плодиться, а ее муж только тем и был занят, что караулил супругу и не позволял ей поднять ничего тяжелей чашки чая.

Спорить я не стала. Договорившись, что законники магазина составят новые документы, я согласилась со всеми его условиями. Почтенному троку было даже невдомек, что я или не выйду замуж, или выйду только за мужчину, который будет уважительно относиться к моим занятиям. Договорились, что готовые документы трок Крип пришлет кёрсту Форшеру — для одобрения.

Сразу из магазина вместе с кёртой Тиан я отправилась к старому законнику — предупредить о том, что мне вновь понадобятся его услуги.

В силу неторопливости местной жизни подписание документов назначили только через две недели. Однако, дальше, почти одновременно, произошло два события, которые насторожили и напугали меня.

На следующий день после визита в магазин я получила привычное письмо от кёрста де Лонга, где среди кучи милой болтовни и бытовых подробностей он рассказывал, что вчера сопровождал сестру на вечерний прием в дом кёрста Милеро и там познакомился с моей дальней родственницей по отцу кёрстой Эгреж, пожилой ласковой дамой, которая очень интересовалась моими успехами.

Это керста-то Эгреж — ласковая дама?! Мужчины иногда слишком наивны! Меня немного успокоило только то, что он не счел возможным делиться с этой гадюкой тем, что знал сам. А знал он почти всё. Однако в письме Марсель очень аккуратно намекнул мне, что с родней он сам, кёрст де Лонг, поддерживает очень теплые отношения.

В общем-то, это я уже знала. Он часто рассказывал мне о своих племянниках, мы много раз обсуждали биографию его бабушки и я прекрасно видела, что вся их семья очень дружна.

Вторая, насторожившая меня новость, была о кёрсте Персивале Эрнстоне. На этом приеме он появился в обществе своей официальной невесты, и девушка под недовольным взглядом жениха похвасталась, что фирма Персиваля готовит к выпуску новый пассажирский вагон, который, по ее словам, произведет фурор.

«Не знаю, почему Персиваль держит это в тайне, — писал кёрст де Лонг — раньше он частенько делился со мною своими идеями. Конечно, в связи с его скорой женитьбой, времени на дружеские посиделки у него не осталось, но зачем делать из своей новинки такой секрет от меня?»

Чувствовалось, что кёрст де Лонг несколько обижен на своего приятеля. Разумеется, он знал, что летом Персиваль пытался за мной ухаживать и знал, что наши отношения закончены.

Только, похоже, кёрст де Лонг не знал причины расставания. У меня он не спрашивал, а что сказал ему Персиваль — понятия не имею. Вряд ли он сказал правду, иначе сейчас кёрст де Лонг не удивлялся бы этой тайне. Впрочем, на фоне первой новости эта меркла. Даже если бывший мой кавалер прослывет гением — да и наплевать. Неприятно, но не смертельно.