Полина Ривера – Миллионер под прикрытием (страница 28)
взглядом ее.. Впитать в себя образ, изрядно померкнувший в моей душе из-за долгой разлуки...
Нежные яблочки щек, бутоны губ и блестящие капли глаз...
— Она стоит того, Лев, - вырывает меня из задумчивости Тоня. - Яркая, милая и...Беззащитная.
— Ты точно на ту девушку смотришь, Тонь? Наша Адель - во-он та знойная красотка в коротком
платье. Никакая она не беззащитная.
— Она безумно одинока, Лев. В ее глазах нет блеска... Ей плохо, понимаешь?
— Ты прямо психолог... Или хочешь меня утешить?
— Нет. Просто... Я тоже женщина, вижу многое, что мужики не замечают.
— Ладно... Что делать будем?
— Бросаться на них не стоит. Давай войдем, а немного погодя ты попросишь ее о разговоре.
Альфио Моретти - достойный кавалер. Взгляды всех присутствующих прикипают к парочке..
Репортеры и журналисты щелкают затворами фотокамер, спеша запечатлеть влюбленных.
Нас с Тоней никто толком не замечает... Оно и к лучшему. Мы проходим вслед за Адель.
Я громко смеюсь и будто случайно толкаю Альфио по плечу. Оборачиваюсь, чтобы извиниться, и
встречаюсь с ней взглядом.
И, правда, боль.. Или удивление, тоска, радость встречи.. Все в ее взгляде – все чувства. Внутри
свербит что-то... Наверное, наскоро залатанное сердце снова рвется на кусочки?
— Привет, - произношу, сжимая ладошку Тони. Не хочу, чтобы она чувствовала себя униженной.
— Здравствуй. Ну... Мы пойдем. Еще увидимся, - отводит она глаза и хватает руку Альфио.
— Успокойся, Лева. Дыши глубже, все будет хорошо, - тоном экстрасенса произносит Тонька. Ну, такая смешная... Неужели я выгляжу как бледное полотно?
— Мелкая, я спокоен. Что мне делать с тобой? Если мы с Адель...
— Не маленькая. Доберусь домой на такси. Все в порядке.
Я вижу затылок Адель. Изгиб ее шеи и профиль.. Вселенная, видимо, специально, наколдовала
так, чтобы меня посадили на третий ряд. Адель с Альфио восседают на первом.
Ведущий объявляет начало вечера. Играет музыка, по подиуму шествуют модели в нарядах от-кутюр. Тонька восхищенно наблюдает за происходящим на сцене действом. Я же ни на минуту не
отвожу взгляда от Адель... Она ежится, потирает плечи и... оборачивается.
Наверное, мой взгляд вполне ощутим... Он ранит, как лазерный луч или тонкая, раскаленная игла.
Подхватывает легкий, ажурный кардиган и поднимается с места.
— Лева... Твоя зазноба уходит. Беги следом, - шепчет Тоня.
— Что? Я думал, ты смотришь на сцену.
— Не болтай. Иди уже... Я тут буду. Если что, позвоню или напишу, окей?
— Тонька, ты человечище...
Альфио Моретти одет в клубный пиджак из бархатистой ткани и строгие черные брюки.
На нем лаковые лоферы, на запястье вызывающе блестят часы с бриллиантами...
А я как бомжара, если честно... Приперся с дачи, да еще и Тоньку притащил. Наверняка костром
пропах или мамиными пирогами...
Тоска сжимает грудную клетку. Я бреду по коридору, боясь выпустить Адель из вида.
Выхватываю взглядом из темноты ее силуэт и отблески серебристого платья.
Слышу стук каблучков и, кажется, ее тихое дыхание...
— Адель, - зову ее, ускоряя шаг.
Она не останавливается... Как я тогда... Продолжает идти, пока я не настигаю.
Подхватываю ее на руки и тащу по коридору в неизвестном направлении.
— Ты сумасшедший! Оставь меня, я упаду, упаду... Мне нельзя, я...
— Беременная? - спускаю ее с рук и ищу взгляда.
Как я скучал по мерзавке... Безумно просто... По запаху волос и теплу тела... По взгляду —острому, пренебрежительному и одновременно нежному..
— Нет. Аборт сделала. Не нужен мне ребенок. Это все? Или ты...
— Или я...
Наощупь толкаю какую-то дверь. Заперто. Другую, идущую следом по коридору... Опять неудача.
Сжимаю ладонь Адель в тисках напряженных пальцев и тащу за собой.
— Лев, куда ты меня тащишь? - пищит она, стуча каблучками.
— Мы поговорим. Потом ты уйдешь к своему альфа-самцу.
Бинго! Кладовка с реквизитом оказывается незапертой. Впускаю Адель, вхожу за ней следом.
Двери предусмотрительно запираю...
Включаю настенный бра и оглядываюсь. В углу стол, шкаф с париками и бальными платьями, куча
сваленных коробок. Пахнет пылью и нафталином. Грустью, забытьём, разрухой... Когда-то все эти
вещи были кому-то нужны... Наряды, превратившиеся в тряпки, грим и аксессуары из органзы. Так
ли это важно? Так ли важна внешность человека, его стиль, одежда?
Манеры, умение нравиться, говорить, улыбаться в нужный момент?
Чему верить? Мы слишком хорошо научились облачаться в хорошее - одежду, улыбки и манеры...
Быть хорошими, казаться ими. А что внутри? У нас. У других...
— Лев, ребенка нет. Я его не сохранила, - шепчет Адель.
Забилась в угол, дрожит, плечи свои трет.
— Ну нет, так нет. Значит, мы можем...
Провоцирую ее, загоняю в угол еще больше, наступаю... Обнимаю плечи и зарываюсь пальцами в
волосы. Напрягаю ноздри и жадно вдыхаю ее аромат - сирени... Прямо наваждение какое-то.