Полина Ривера – Миллионер под прикрытием (страница 30)
Скользит, словно я - идеально смазанная система. Между нами влажно и ароматно...
Горячо, кипяток просто... Восторг дикий, неописуемый... Когда любишь, все по-другому —острее, глубже, больше. Чувства будто на краю пропасти.
Я едва дышу. Хватаю воздух ртом, а потом кричу - рвано, хрипло. Лев трахает, приподняв мою
ногу, стонет мне в шею, долго пульсируя во мне.
Встречается со мной взглядом, а я невольно улыбаюсь — он взъерошенный бесячий просто.
— Понравилось, маленький?
— Да. Ты же и так знаешь...
— Адель, поехали ко мне, - шепчет хрипло.
— И ты больше не спросишь о ребенке?
— Я знаю, что он есть.
— Почему так уверен? - голос дрожит, пальцы не слушаются. Я глажу его щеки, лоб, волосы.
— Сиськи большие у тебя, губы пухлые...
— Адель, если ты убила нашего сына, то... - мгновенно холодеет он. Отстраняется, не отрывая от
меня взгляда.
— Не убила. Не убила... Не смогла бы убить...
— Почему?
— Потому что... Яша, ты меня бросил. Так что слова любви еще нужно заслужить, -кокетливо
шепчу я.
— Поедем ко мне, - повторяет Лев, помогая мне одеться. Вытирает мои бедра носовым платком и
прячет его в карман джинсов.
— А эта твоя... С нами поедет?
— Альфио возьмем в свою компанию? - ревниво спрашивает Лев. - Адель, ей-богу, тебя ни на
минуту нельзя отпускать. Хоть сигнализацию ставь. Мужики к тебе липнут как мухи.
— А к тебе девки...
— Кокетка.
— Блядун.
— Фу, как грубо... Я люблю тебя.
Вот так просто... Легко, непринуждённо, словно всегда мне говорил о любви.
— Ия тебя, - так же легко отвечаю я.
— Скажи еще... Правда, любишь?
— Да, дурак. С первого взгляда. Так сильно влюбилась, что... Я испугалась.
Плачу, обнимаю себя за плечи. Наверное, зря я все ему вывалила? Маринка бы меня поругала.
Нельзя так прорастать в человека...
— Не верю, Адель. В дурачка Яшу? В сандалиях и рубашке? - улыбается он.
— Да. Я эту рубашку... Господи, Лева... Не заставляй меня открывать тебе все тайны. В общем, рубаха твоего дедули хранится под моей подушкой. - А я ведь тоже кое-что у тебя спёр, -
прижимает он меня к груди. - Шарфик из твоей прихожей. - Хм... Это не мой, а мамин. Да ты
извращенец, Лев Яшин. - Кошмар какой... Серьезно? А я его по ночам нюхал...
Думал, что ты его носила. Вот ужас... лучше бы ты не говорил мне это, крошка. Как там, кстати, тетя
Людочка? Вспоминает меня? - Не поверишь - все время. - Тогда, может, к тебе?
— Нет уж... В твоей квартире я еще не была. Лев... - Аюшки. - А ты готов ради меня отказаться от
родных?
25.
Лев.
«Мелкая, ты доехала домой? Точно все хорошо?», - пишу Тоне, крепче сжимая руль спортивной
бэхи.
Такой я для Адель в новинку.. Она знает курьера Яшу в сандалиях деда Федора и клетчатой
рубахе. К слову, старик мне проел плешь на затылке, напоминая, чтобы я ее забрал.
Движок мягко гудит под капотом, а ее теплая ладошка гладит мое бедро... Мы пьяные от эмоций.
Ее взгляд - темная, грешная ночь, а прикосновения - лава... Там, где ее ладонь меня касается, кожа
горит...
— Твоя рыжуля добралась домой? - мурлычет Адель.
— Едет. А твой Альфредо нашел тебе замену?
— Альфио.
— Так что, Адель? Что ты ему сказала? Наплела небылиц, как тогда... Айдару? – выдыхаю я и
тотчас замолкаю. Зря я это вспомнил...
— Так ты слышал? Я все придумала, Лев. Боялась, что люди Айдара навредят тебе, изобьют или, куда хуже... Прости... Я уже тогда так не думала, я.
— Ну, все, Адель... Не хочу больше про них. Итальянец не станет мне мстить?
— Нет. Я сказала, что мне стало плохо и... Пришлось ехать в больницу. Извини, Лев Яшин, но я не
решилась говорить ему правду, - прячет взгляд она. — Завтра еще что-нибудь совру.
— Так меня стыдишься?
— Берегу тебя.
— Так бережешь, что просишь порвать с близкими?
— Они никогда меня не примут, Лев. Для твоей мамы я - ничтожество, грязь под, ногтями, шлюха.
Я знаю, что твои родители ненавидят меня... Свои уши есть не только у вас.
— Что? То есть в Лав Лав работают твои засланные казачки? Поверить не могу, Адель.