Полина Рей – Содержанка моего мужа (страница 3)

А потом я стала задавать себе вопросы. Что ты станешь делать, Виолетта, если рассказ Светы окажется правдой? Как переживёшь это жуткое предательство, если всё же допустить мысль о том, что оно могло состояться?

Трусливо хотелось просто взять и забыть о прибытии молоденькой шлюхи. Но я понимала, что это невозможно. А когда мне позвонил сын, который был весьма чем-то озадачен, если судить по голосу, сердце моё заколотилось о рёбра.

– Мам… такое дело… я тут случайно бабулю подслушал, пока она на огороде говорила с папой по телефону. В общем, они какую-то бабу обсуждали вроде как.

Макс замолчал, а я ощутила, что полетела вниз, будто на американских горках. Только без страховки и без возможности затормозить.

– Какую… бабу? – выдохнула я, даже не ругая Макса за пренебрежительное слово в адрес какой-то женщины.

– Какую-то Свету. Бабуля говорила, что она никуда от папы не денется. И чтобы он не переживал, что её потеряет.

Максим снова сделал паузу, пока я пыталась смириться с этим сюрреализмом. Потом спросил совершенно закономерно о том, на что у меня не было ответа:

– Кто это такая, мам?

Что я могла ему ответить на заданный вопрос? Что мне кажется, будто вокруг нашей семьи затевается нечто жуткое, что в итоге её разрушит? Что невозможно назвать это чередой совпадений – сначала приезд Светланы, и почти сразу – звонок сына.

Нереально представить, что в одной точке сошлось сразу столько событий, от которых хотелось бежать, словно я была чёртом, рога которого пропитали ладаном.

Рога… Господи, как смешно…

– Мам? – с опаской спросил сын, и я отвисла.

– Макс, я не знаю, о чём они говорили, – произнесла чужим холодным голосом, в котором не узнала саму себя.

Он помолчал, а потом добавил:

– Ещё она сказала, что завтра поедет с папой к этой Свете. Мне у неё спросить, кто это?

– Нет!

Я выкрикнула это слово так громко, что показалось, будто даже стены задрожали. Хотя, на самом деле это меня колотило в ознобе. Даже челюсти друг о друга клацали, как будто я сидела по горло в ледяной воде.

– Нет, Макс. Не нужно. И вообще ни словом, ни делом не показывай, что ты в курсе чего-то. А лучше приезжай домой, если всё уже сделал.

Получив заверения сына, что он будет совсем скоро, я положила трубку и уставилась в одну точку перед собой. Если окажется, что Светлана не соврала и её можно смело назвать содержанкой моего мужа, то это станет катастрофой. А если ещё в этом всём участвует и Нина Тихоновна… Господи, что за кошмар? Разбудите меня, хоть кто-нибудь!

Я вскочила и забегала по кухне, пытаясь привести мысли в порядок. Потом схватила чёртову бумажку, на которой был написан номер телефона Светы, и сделала рваный вдох.

Создать иллюзию того, что ничего не произошло? Жить и дальше, как привыкла и просто наблюдать? Рано или поздно содержанка признается Кириллу в беременности. Что сделает он? Уж точно не убьёт её. Скорее другое – уйдёт к ней и станет воспитывать этого малыша с любовью. Мы с Максом станем для Сафонова страницей прошлой жизни.

Но пока Светлана уверена в том, что Кир сведёт её в могилу из-за того, что она носит его ребёнка, я могу повести свою игру.

Стоп!

СТОП!

Виолетта, ты с ума сошла, раз уже размышляешь об этом, как о чём-то реальном?

Я бросилась в ванную, стала плескать себе в лицо холодную воду. Посмотрела на себя в зеркало и ощутимо похлопала по щекам. Это немного привело в чувство, так что у меня быстро сформировался план. Сейчас же звоню Светлане и говорю, что завтра приеду убедиться в её словах. А потом пытаются утерпеть и не высказать Кириллу всё сегодня в лицо, чтобы он не успел что-то предпринять и как-то «отмазаться».

Вернувшись на кухню, я набрала Свету. Она ответила сразу же, как будто всё это время не выпускала телефон из рук и ждала, когда я позвоню.

Узнав у неё адрес того самого дома, где её поселил Кирилл, я соврала, что про беременность Светланы от меня муж точно не узнает, добавила, что завтра приеду, чтобы во всём убедиться и, положив трубку, опустилась на стул.

Ноги меня больше не держали.

Следом была ещё одна ложь. На этот раз – сыну. Как только он приехал, я поняла, что разговора о Свете не избежать. Скрывать от Максима всю правду я не стала, поведала лишь, что ничего толком не знаю и буду разбираться. О визите Светланы, конечно же, я умолчала.

– Это может быть какая-то женщина, к которой папа уйдёт? – спросил мой пятнадцатилетний сын.

Смотрел на меня волком, будто именно я была инициатором вероятного краха нашей семьи, но я понимала его чувства.

– Я так не думаю, Максим, – покачала головой. – И я разберусь, обещаю. А сейчас иди к ребятам во двор, как и собирался.

Мы с сыном обнялись, при этом Макс прижал меня к себе так крепко, словно показывал, что у меня есть опора. То, чего мне так отчаянно не хватало те пару часов, что я сражалась с ощущением, будто у меня из-под ног ушла земля. Мой мальчик был очень ко мне привязан. И к Кириллу – тоже. И даже мысль о том, что он может стать свидетелем нашего с Сафоновым развода, была убийственной. Но поделать с этим я уже ничего не смогу. Если Кирилл целый год творил непростительные вещи, нашей совместной жизни конец.

А чтобы хоть как-то отрезвиться и послушать стороннее мнение, я позвонила подруге. Алина точно подскажет что-то путное. Ну или хотя бы даст мне возможность высказать всё, что на душе.

Это в моей ситуации очень немаловажно…

С Алей мы прошли огонь, воду и медные трубы, потому подруге я выдала всё, не таясь и не скрывая своих чувств. Она слушала с таким выражением на лице, что, видя ужас, который проступил у Алины, я получила очередное подтверждение: ситуация настолько нереальная, что я не зря думала, будто попала в фантасмагорию, написанную сумасшедшим автором.

– Я не верю в это, – выдала вердикт Аля, когда я, наконец, закончила повествование. – В то, что Нина Тихоновна могла что-то замутить на стороне, чтобы свести Кирилла с некой Светланой – да. А в то, что Кир просто подобрал на дороге девчонку, которую потом год трахал за деньги…

Я поёжилась от простоты слов, в которые облекла этот кошмар Алина. Трахал за деньги свою содержанку…

– Я завтра еду к ним. И буду во всём разбираться, – сказала подруге, всё же заставив себя выпить хотя бы половину чашки травяного чая.

– Хочешь, отправимся вместе? – тут же предложила Аля.

Без просьб с моей стороны, без сомнений. Просто сказала, что готова быть рядом, и от этого мне стало гораздо легче.

– Хочу, – откликнулась я, понимая, что если при виде Кирилла, который приедет к Светлане, потому что у них страсть в отношениях, да ещё и привезёт с собой свою маму, я просто не устою на ногах, рядом будет верный друг.

– Тогда я буду с тобой, Летка, – взяла меня за руку Аля, и я горько всхлипнула.

Мне удалось собраться. Я даже отправилась на работу, где на меня напало состояние апатии. Удивительно, но именно в этом чувстве я черпала силы, которые планомерно утекали через огромную дыру в сердце, что разрасталась с каждым мгновением всё больше.

Работа была у меня интересной и творческой. Я курировала огромный природный комплекс, который не так давно отдали в ведение крупного инвестора. Он планировал вложить в него большие деньги, и на мои плечи легла основная задача по выбору подрядчиков, обсуждению с ними всех направлений, в которых будет развиваться наш проект. И прочее, прочее, прочее.

Сегодня, как будто вселенная решила меня на что-то отвлечь, день был особенно насыщен событиями, так что в реальность я вернулась лишь когда поняла, что на часах девять вечера.

За это время мне несколько раз звонил муж, который становился всё более обеспокоенным по мере того, как я не выходила на контакт. Так что когда я вернулась домой, Кир встретил меня в прихожей.

– Слава богу! – выдохнул он. – Я уж думал, ты не придёшь ночевать.

Я слабо и натянуто улыбнулась. Увернулась, когда Сафонов попытался притянуть меня к себе.

– Очень устала, прости.

Стащив обувь, я направилась в ванную, краем сознания отмечая про себя, что пока меня не было, Кирилл, похоже, состряпал что-то вроде ужина. По крайней мере, об этом свидетельствовали две тарелки и два же комплекта приборов, разложенных на столе, а также аромат запечённого мяса, витающий в воздухе.

Кирилл поймал меня за руку и заставил повернуться лицом к нему. Нахмурившись, он приподнял его за подбородок и посмотрел в мои глаза. Меня стало вести от жуткого понимания, что он точно так же стоял напротив Светы, касался её, а после целовал и тащил в постель.

– У нас всё в порядке? – задал вопрос Кирилл глухим голосом.

Я рвано выдохнула. Желание выдать ему всё в этот момент стало особенно острым, но я засунула его куда поглубже.

– А что у нас может быть не в порядке? – задала ответный вопрос.

Сафонов такого не жаловал. Он поджал губы, но никаких ремарок по поводу игр в «вопрос на вопрос» задавать не стал. Просто пояснил:

– Макс какой-то не такой. Смурной, есть отказывается. Ты приходишь позже обычного и тоже от меня отстраняешься. Что случилось, Ви?

Как дорого бы я сейчас заплатила за то, чтобы сказанное Светой оказалось неправдой! Ведь не мог же Кирилл настолько искренне тревожиться за то, что у нас с ним какая-то брешь в отношениях, при этом зная, что этому есть огромная причина. И имя у этой причины есть. И живот – весьма беременный.