Полина Рей – Содержанка моего мужа (страница 2)
А хотя, может, она врала? Может, никакого ребёнка не было и в помине?
– Виолетта Викторовна… – начала она, но я вновь её прервала:
– Я для тебя Виолетта и точка! И вообще, ты отнимаешь моё время. Быстро признавайся, зачем ты придумала всё это про Кирилла и проваливай!
Почувствовав такое острое раздражение, что оно, словно кипящая лава, расползлось по нутру, я ощутила ещё и потребность сделать хоть что-то. Дурацкое желание вытолкать девицу прочь, да так, чтобы она поняла, как опрометчиво было приезжать сюда со своими сочинениями, зазудело на кончиках пальцев.
– Я не придумала! Кирилл меня усадил в машину, а потом, когда я ему всё рассказала, предложил… в общем, что он меня поселит за городом, будет приезжать иногда, станет за это платить! А я смогу отложить денег и потом вернуться или в этот город, или к себе.
Она мотнула головой, указывая в каком-то абстрактном направлении. Говорила так запальчиво, что даже румянец на щеках проступил.
– Только запретил беременеть. Сказал – убью, если залетишь. А я знаю, он может!
Теперь мои брови взлетели к небесам, а с губ сорвался нервный смешок. Он может убить? Это она про Сафонова Кирилла? Муж у меня даже самые острые конфликтные ситуации предпочитал решать словом, а не физикой. Так что Света сейчас своими фразами закопала себя ещё глубже.
– И ты залетела, несмотря на всё предохранение? – усмехнулась я.
Конечно, зря я с нею тут теряла время – это с одной стороны. С другой – такого цирка я давно в жизни не встречала. Да и надо было всё же прояснить для себя много вещей. А вечером мы с Киром сядем и здорово посмеёмся над всей этой ситуацией.
– Я не знаю, как так вышло, – вновь заслезоточила Светлана. – Таблетки я принимала, Кирилл привёз. А оказалось, что они не сработали-и-и.
Она завыла в голос, заметалась по коридору, из которого в квартиру её я, разумеется, так и не пустила. Если Света и была актрисой, то роль, которую она играла, ей удавалась прекрасно. Так себя ведёт только человек, который попал в безвыходную ситуацию.
– Ну, допустим, ты рассказываешь правду, – подпустив в голос насмешку, проговорила я, останавливая это броуновское движение. – Что тебе нужно от меня? Чтобы я забрала этого ребёнка и растила его от шлюхи моего мужа? Зачем? Это первое. И второе – у тебя явно накопилась какая-то сумма денег за этот год. Почему не взять их и не уехать, скрыв ребёнка?
Я говорила это и не верила своим ушам. Не могла убедить себя в том, что действительно выдаю все эти предположения, сентенции и варианты развития событий для Светланы.
– Одной… с ребёнком? Нет, это невозможно, – остановившись, замотала она головой. – А аборт нельзя делать, я узнавала. Иначе у меня детей вообще не будет.
– А! То есть, впоследствии ты всё же рассчитываешь от моего мужа уйти, выйти за другого и родить детей?
Какие нынче продуманные девственницы с трасс пошли. Всё-то у них было спланировано.
Светлана посмотрела на меня, закусив нижнюю пухлую губу. Эта девочка была весьма привлекательна, но то, что в её облике бросалось в глаза в первую очередь – трогательная невинность. Наверное, именно на неё и клюют мужики.
И зачем я вообще об этом думаю?
– Кирилл сказал… он просил, чтобы я оставалась с ним как можно дольше. Ему нравится то, как всё происходит.
– У вас в постели? – вырвался тут же вопрос помимо воли.
Удивительно, но эта молоденькая шлюшка залилась краской.
– В жизни… – ответила она, едва прошелестев эти два слова. – Ему нравится, как сейчас складывается его жизнь. Дома вы… Он вас любит, правда. Уважает очень. А там, – она неопределённо махнула куда-то рукой, – там мы с ним.
Она смотрела на меня и смотрела, а я стояла и не могла дать себе ответ на простой вопрос: почему я всё ещё с ней говорю? Почему даю ей возможность посчитать, что могу поверить в эти сказки?
Почему и сама допускаю мысль, что в словах Светланы может крыться капля правды?
Чушь! Чушь и глупость.
– Только и меня он, похоже, всё же тоже любит, – шепнула Света, и вдруг добавила: – Пахнет горелым.
Это было так внезапно, но так подходило ситуации, что я невольно захохотала. А когда сообразила, что моим бутербродам в духовке пришёл конец, помчалась обратно на кухню.
В мыслях моих был такой хаос, что они начали сводить с ума. Если хотя бы часть того, о чём поведала Света, окажется истиной – это конец всей моей жизни. Той, в которой всё уже было ровным, устоявшимся и заслуженным. Всему этому придёт конец.
Когда я вытащила подгоревшие бутерброды и вернулась к девице, оказалось, что она так и продолжает стоять за дверью и ждать. У меня было немного времени пораздумать над тем, что нам стоит сделать с этим дальше, потому первым, что я озвучила, стали слова:
– Прежде, чем я вызову полицию и попрошу зафиксировать записи с камер, – указала я на стену, где располагалось видео-наблюдение, установленное советом дома, – я хочу ещё раз спросить тебя: зачем ты всё это придумала про Кирилла? Откуда вообще его знаешь?
Было видно, что Света растерялась, когда поняла, что наша встреча не прошла незамеченной. Но она быстро взяла себя в руки.
– Я не придумала. Рассказала всё, как есть. И если бы не этот ребёнок, вы бы точно ни о чём не узнали, клянусь. Но я в безвыходном положении.
Начиная закипать, я взглянула на часы и ответила:
– Тогда жди меня здесь, я сейчас переоденусь мы отправимся на работу к Кириллу.
И не успела я договорить, как Светлана взмолилась:
– Только не это, пожалуйста! Он меня уничтожит!
Насколько же не вязались слова «убьёт» и «уничтожит» с тем, что я знала про Сафонова. И как же опрометчива была Света, когда говорила мне о муже именно в таком тоне. Только по этим косвенным признакам я могла уверенно сказать, что она лжёт.
– Тогда что ты предлагаешь? Чтобы я промолчала, ничего ему не сказала, поселила тебя где-то, где он не найдёт, а потом забрала бы вашего ребёнка и интегрировала в нашу с Киром семью?
Абсурд… Какой же всё это абсурд!
– Можно и так… – закивала Светлана. – Срок пока небольшой, мы с вами успеем всё сделать…
Я замахала на неё руками, чтобы она замолчала. Чем дольше мы об этом беседовали, тем больше я словно бы давала возможности этому бреду стать правдой. Но я была уверена – если выставлю Свету, она придёт снова. И уж конечно, я тут же брошусь к Кириллу, чтобы потребовать от него объяснений, но кто мне может гарантировать, что эта сумасшедшая девчонка не станет обивать порог моего дома регулярно?
– Вы мне не верите, Виолетта. Так давайте я докажу, что Кир ко мне приезжает! – запальчиво заговорила Света. – Он собирается завтра. У нас сейчас с ним что-то вроде… вспышки в отношениях.
Она как-то странно запунцовела и отвела взгляд. А меня затошнило. Представить хотя бы на мгновение, что Кирилл приезжает к ней, а потом у них случается или нежный романт
– Объясни мне одну вещь. Зачем мне это всё, по-твоему? – задала я насущный вопрос.
– Затем, что Кирилл вас любит, а вы явно любите его. Я исчезну, как только ребёнок родится, обещаю. Вы обо мне больше никогда не услышите. Я знаю, Кир говорил, что вы очень мечтали о дочке… Я надеюсь, что будет девочка…
– Замолчи ты уже!
Не выдержав, я подлетела к Светлане, схватила её за плечи и встряхнула. Она смотрела на меня испуганно, а я уже ненавидела эту сучку всем сердцем. Она знала ту информацию, которая совершенно не предназначалась ни для кого, кроме меня и Кира.
Я была беременна семь лет назад, но ребёнок погиб на третьем месяце, а после начался ад, когда я лишилась впредь возможности иметь детей. И да, я мечтала о дочке, но это были лишь ничего не значащие желания, потому что умом я понимала и принимала: больше я никого и никогда не рожу.
– Замолчи и больше никогда не поднимай эту тему, дрянь! – зашипела в лицо девчонке.
Чего доброго, таким образом уже она сможет угрожать мне записями с видеокамер, а не наоборот.
– Я не знаю, откуда ты всё это откопала… но знаю другое. Мне не нужен чужой ребёнок. Хоть от Кирилла он зачат, хоть от папы Римского.
Отпустив перепуганную Свету, я отступила назад. Эмоции немного поулеглись, но лишь для того, чтобы я настояла на своём: пусть убирается ко всем чертям и больше не смеет приближаться к моему дому даже на расстояние пушечного выстрела.
– Вон! – рявкнула я, указав Светлане на выход. – И больше чтобы духу…
Она подскочила ко мне и, пока я стояла, растерянная, сунула мне в руку бумажку, которую извлекла из кармана курточки. А потом развернулась и убежала прочь, вновь начав рыдать по дороге к лифтовому холлу.
Я же быстро ретировалась в квартиру и смогла хоть отчасти прийти в себя лишь в тот момент, когда заперла за собой дверь на все замки. Это не вернуло мне чувство безопасности, которого я лишилась стараниями Светланы, но хотя бы выставило физические преграды между мною и больной фантазией молоденькой шлюшки.
Вернувшись на кухню, я первым делом выбросила испорченные бутерброды. Даже если бы они были верхом кулинарного искусства, я бы к ним не притронулась. Аппетит пропал.
Взяв телефон, я стала раздумывать, стоит ли набрать номер Кирилла и рассказать ему о визите Светланы. Очень быстро пришла к выводу, что нет. О её приходе мы станем говорить тет-а-тет, чтобы я видела лицо мужа. Смотрела в те глаза, где каждый оттенок эмоций был мне знаком до чёрточки, и понимала, как Кир отреагирует.