Полина Ордо – Измена. Любить нельзя забыть (страница 18)

— Ты здесь без году неделя и решила, что можешь свои порядки наводить?

— Какие порядки?

— Такие!

Мое спокойствие и невозмутимость раздражали Ваню, а я все о другом думала. Для меня Игорь был гораздо страшнее прокисших сливок и грязных поддонов, да и трагизма Вани я не понимала.

— Я ставлю сливки обратно.

— Я готовить из них не буду! — не повышая голоса, сердито отчеканила. — И Марте все скажу.

— Крыса… — Ваня огрызнулся и загрохотал посудой. — И Марта крыса!

Я сделала вид, что не услышала. Ваню я предупредила, что готовить из кислых сливок не собираюсь. Это испортить не только крем, но и заготовки, тесто, а еще фрукты, орехи и сиропы. Вся порция пирожных и тортов пойдет в мусорку.

— Я не буду готовить из этих сливок. Точка.

— Да пошла ты!

Ваня психанул. Я довела крем до ума, сняла его с плиты и отставила в сторону, затем вымыла руки и направилась к нашей комнатке с вещами. Ваня наблюдал за мной с какой-то затаенной злобой, при этом я не понимала, чем ему навредила.

— Куда ты собралась?

— Уходить. Готовь сам, — снова взглянула на часы. — До конца моей смены полтора часа. Как-нибудь уж протянешь. К сборке все равно меня не допускаешь.

— Ну и вали!

Я и правда переоделась, взяла свои вещи и вышла через черный ход. Только перед тем, как уйти домой, зашла в кондитерскую и решила поговорить с Мартой. У меня не было цели прикрыть свой зад, я просто понимала, чем закончатся пирожные и торты с кислым кремом: в лучшем случае больницей.

Марта что-то обсуждала с официантами, мне пришлось подождать, пока она освободится.

— Что у вас там случилось? — проверяя каждое меню, Марта говорила со мной торопливо и без отрыва без работы. — Шумно так.

— Ничего, не сошлись характерами. Марта, есть одна проблема. Я не знаю, что случилось с Ваней, но ему бы отдохнуть. Он хочет использовать кислые сливки, да и грязная посуда на полу его не смущает.

— Чего? — Марта грохнула об стол стопкой меню и вытаращилась на меня. — Повтори!

— Слушай, я не выдумываю. Хочешь, сама зайди и попробуй те проклятые сливки. Это опасно, Ваня меня не слушает. Кто я такая… Я ему сказала, что готовить из них не буду, а посуду перемыла и переставила. Сегодня я ухожу на полтора часа раньше, отметь это где-то. Чтобы Руслан знал.

— Ни надо ничего отмечать!

Руслан ворвался в кондитерскую подобно урагану. Веселый, задорный и довольный, он очаровывал нас с Мартой широкой улыбкой. Мне даже было жаль расстраивать Руслана. Замолчав, я косо посмотрела на Марту, но та покачала головой, взяла меню и процедила:

— Разбирайтесь.

— Так с чем я разбираться должен? Ты почему не на кухне? Что-то случилось? Мне искать замену?

Руслан не переставал улыбаться. Только теперь он попросил себе чай, поводил носом у витрины с пирожными и довольно прицокнул.

— Нет. Ваня чудит.

— Ваня? — Руслан резко выпрямился, улыбка сползла с его лица. — Как чудит? Так, идем.

Мягко взяв меня под локоть, Руслан повел меня в сторону кухни. Я не сопротивлялась, представляя, какой сейчас поднимется вопль. Правда, это было ожидаемо. Злой, как тысяча чертей, Ваня бушевал на кухне. Заварной крем он уже успел испортить, потому что сливки он все-таки пустил в ход.

— Итак, братцы кролики, что у вас стряслось?

— Ты где эту дуру откопал? Она тут свои порядки наводит, как у себя на кухне. Еще и списывает нормальные продукты!

— Эти сливки кислые, — твердила, не отступая от своего. — Руслан, просто попробуй их. Я на свои вкусовые рецепторы никогда не жаловалась.

Пресекая дальнейшие споры, Руслан взял чистую ложку и молча попробовал сливки, затем одарил тяжелым взглядом Ваню, потом меня. Увидел поддоны с формами на нижней полке стеллажа и снова покосился на Ваню.

— Что здесь делает эта посуда?

— Я переставил, эта дура их убрала черт знает куда!

— Так, Ваня, давай-ка мы с тобой выйдем и поговорим. А ты, Кира, начинай делать крем заново. С нуля. Вот это все, — Руслан махнул рукой на рабочее пространство Вани, — идет в мусор.

— Никуда мы не идем! Сливки нормальные!

— Послушай, я тебе еще вчера сказал, что ты не готов. Нет, ты не будешь представлять нашу кондитерскую на конкурсе. Точка. И я был прав, потому что ты, — Руслан долго подбирал цензурное слово, — не можешь отличить кислые сливки от свежих! Ты что, решил всех травануть? Мне только скандалов и проверок накануне конкурса не хватало! Иди побухай, проспись и вернешься на работу, когда одумаешься!

Я слушала все очень внимательно, ничего не понимая: о каком конкурсе речь? “Метрополь”, конечно, тоже участвовал в подобных мероприятиях. Все-таки, когда у тебя повар с дипломами, то это повышает продажи. Такой маркетинговый ход.

А вот кондитерке мы никогда такого внимания не уделяли.

Ваня, грязно выругавшись, снял китель, смял его в руках и вышел из кухни, но через черный ход: хватило ума не доводить все до абсурда.

— Не побоялась гнева шефа? — Руслан выдохнул, мрачно посмотрел на банку со сливками и выбросил ее в мусорку, даже не вытащив ложку. — Бесстрашная!

— Нет, просто не привыкла гостей травить, — обошла Руслана, вытащила ложку из банки и аккуратно положила ее в раковину. — Разве Ваня у нас шеф? Не ты?

— Он себя таким считает.

— Тогда я — Мона Лиза, можно? — без тени улыбки ответила и со вздохом пошла переодеваться. — Детский сад.

— Детский или нет, но на ежегодную кондитерскую выставку пойдешь ты.

— Я не могу! — прижав к себе форму, испуганно ответила. — Я тут на условиях полной анонимности, куда мне свое имя светить?

— Заявлена кондитерская, а не кондитер. Так что никто не будет знать о том, что торт готовила именно ты. У тебя большой опыт, а его не пропьешь. Думаешь, я не заметил? Вот тебе задание на выходные: придумать, каким тортом ежики удивлять судей будут.

Все тайное

Передо мной лежали продукты, стояла посуда, а я словно зависла. Дело было не только в том, что Руслан озадачил. Единственный вариант, который пришел в голову — лавандовый торт. Да, был большой риск, что получится натуральная шляпа, но… Кто не рискует, тот не пьет шампанское? А мне жуть как хотелось именно рискнуть! Не скажу, что слова Руслана меня не вдохновили. Относились ко мне все ровно, я и не догадывалась, что он обо мне такого мнения.

Кондитерская уже закрывалась, а я привела все в порядок и теперь хотела попробовать сделать торт, заодно тряхнуть стариной. Дома все равно такого оборудования у меня не было, а тащить его с работы, даже с разрешения Руслана, я не хотела.

В зале еще буйствовала Марта. Видимо, кто-то из официантов проштрафился. Сначала я так подумала, но потом я услышала голос Руслана. Сгорая от жгучего любопытства, я вышла в небольшой коридорчик, чтобы все хорошо было слышно: так и есть, Руслан и Марта. Говорили обо мне. Первым желанием было вернуться на кухню, но после Игоря и его предательства, я решила, что стоит послушать, что говорят за моей спиной, раз я такая наивная и доверчивая.

— Ваня не вернется, — Марта тяжело вздохнула. — Зачем ты это сделал? Для него это шанс был!

— Шанс на что? На то, чтобы нажраться? Неужели ты не заметила, что он звезду поймал? Я себе такого не позволяю! Я!

— Ну и что. Ты же утопил его…

— Я его не топил. Каждый сам свою судьбу строит.

— Ага, — Марта саркастично ответила. — Поэтому ты Кире так усиленно помогаешь. Разве нет?

— А разве не ты за нее просила? — Руслан не менее саркастично парировал. — Ой ли!

Раздался скрежещущий звук, похоже мебель двигали. Стулья.

— Я просила, потому что хорошо ее знала, знала, на что она способна. А ты? Я ведь…

— Что я? — Руслан перебил Марту. — Ты представляешь, что началось бы, если Ваня пошел на конкурс и не дай бог занял какое–то место. У него без регалий и корочек корона в головной мозг вросла, что лопатой не собьешь! К Кире я скептически относился. Сначала она была какой-то забитой и неуверенной, а сейчас. Ты даже Ване не перечила! Шеф всея Руси, тьфу!

— Ты предвзят, Руслан! — Марта вспылила и грохнула стулом об пол. — Впрочем, твоя кондитерская, тебе решать. Но я не понимаю, зачем ты всем могилу роешь. Игорь найдет ее и тогда… Мне-то что, я найду новое место работы, а ты? Останешься у разбитого корыта?

— Я его никогда не боялся. Мне плевать на него и на тех людей, с которыми он возится. Это не первое мое заведение, перееду в другой город и начну сначала. Не привыкать. А Кира… — Руслан ненадолго замолчал, будто слова подбирал. — Что Кира? Нормальный человек, ответственный, работает хорошо. Я уверен, она что-то новое придумает. Что ни говори, а у меня уже глаз замылился, я на поток работаю.

— Может, дело в другом? В том, что ты всех обманываешь: себя, меня, Киру. Я случайно узнала… Ты просто последствий себе не представляешь!

Дальше слушать я уже не могла. Красная до кончиков ушей вышла в зал. Встала у витрины и уставилась на ругающихся Марту и Руслана.

— Потому что когда ты говорила о ней, я не знал, что это она!