Полина Никитина – Униженная невеста дракона или Хозяйка зимнего поместья (страница 25)

“Так гораздо лучше,” - думаю, скрипя зубами.

- Через две недели ты поедешь со мной в Алдервилль, на приём к Его Величеству, - лорд Вэйн говорит о визите к монарху так буднично, словно обсуждает что будет есть на завтрак. - Подтвердишь, что абсолютно счастлива со мной в браке. Убедишь старика оставить меня в покое, и я, в свою очередь, помогу тебе вернуться в твой мир. После чего мы навсегда забудем о существовании друг друга.

Вот это совсем другой разговор!

Татуировка предательски щиплется, будто кто-то стеганул по ней крапивой А я вскакиваю так резко, что стул едва не опрокидывается на пол:

- Да! То есть, я согласна!

Краем глаза замечаю, как Кошка за спиной Эридана отчаянно машет лапами и как болванчик мотает головой. Маленькие ушки прижаты, а хвост метёт из стороны в сторону.

- Я и не сомневался, - голос драконища бархатный, но в нём звенит сталь. Уголки губ приподнимаются в усмешке, от которой внутренности сковывает льдом.

Ох, не нравится мне эта усмешка. Совсем не нравится.

Хищная, опасная.

Но выбора особо нет, поэтому я киваю заспанному и чуть помятому секретарю, как только он появляется на пороге кухни:

- Давайте составим договор. Чем скорее начнём, тем быстрее закончим.

Себастьян суетливо раскладывает на столе пергамент, чернильницу и мерцающее серебристым светом перо. Уже через несколько минут у бедняги начинает дёргаться глаз, пока он старательно выводит первые строки:

"Настоящий договор заключается между лордом Эриданом Вэйном, урождённым драконом древнего рода Вэйнов, и леди Анной Вэйн, урождённой Анной Ивановой, происхождением из иного мира, о нижеследующем..."

Эридан подаётся вперёд, и я невольно отмечаю, как перекатываются мышцы под тонкой тканью рубашки.

Проклятое притяжение!

Даже злясь на него, не могу не любоваться.

Матёрый кобель и подлец.

- Первый пункт, - голос режет воздух как лезвие, а взгляд скользит по моему лицу, заставляя кожу гореть. - В публичных местах супруга обязуется беспрекословно повиноваться законному мужу и исполнять любые его требования незамедлительно.

- При условии, - перебиваю я, упрямо вздёрнув подбородок, - что на территории поместья я свободна в своих действиях и решениях.

Наши взгляды сталкиваются, и воздух буквально трещит от напряжения!

Невольно замечаю, как его пальцы стискивают резные подлокотники с такой силой, будто он стремится продавить их насквозь!

Лорд Вэйн медленно кивает, мужественно сдерживая раздражение:

- Пиши, Себастьян.

Следующий час превращается в изматывающую битву характеров. Мы спорим до хрипоты, препарируя каждую формулировку, выворачиваем наизнанку каждое слово. Даже самый ничтожный предлог становится поводом для жаркой схватки!

Я открыто подмечаю, как подрагивают крылья его носа, когда выдвигаю очередное возражение. А он, кажется, прекрасно видит, как я нервно покусываю губы, пытаясь найти подвох в его безумных требованиях.

Но последний пункт становится той самой каплей:

- Что?! - возмущение обжигает горло, и я с грохотом ударяю ладонью по столешнице. - Ты с ума сошёл требовать такое? Да ни за что!

Глава 38

Эридан царственно восседает на стуле как падишах на троне. Жёсткие губы изгибаются в снисходительной ухмылке:

– Требование наследника – это стандартная практика. А главное - законная. В этом нет ничего предосудительного.

Его спокойный тон, невозмутимый до скрежета зубов, лишь сильнее распаляет мой гнев.

Так, Анна, успокойся и не кричи.

А то выведет специально на эмоции, ты ляпнешь сдуру, и будешь потом за это расплачиваться всю оставшуюся жизнь.

Делаю глубокий вдох, заставляя себя успокоиться.

Нужно донести свою позицию чётко и предельно ясно.

Медленно обхожу стол и останавливаюсь перед ним, почти вплотную. Ненавязчивый парфюм лорда, терпкий, с нотками сандала, оплетает меня мягким коконом, но я стараюсь не обращать внимания.

– Мой ответ - нет, – стараюсь говорить спокойно, хотя и чуть напряженно.

Изящная аристократическая бровь красиво изгибается, взлетая вверх. В темных глазах с фиолетовыми крапинками мелькает искреннее любопытство:

– И что же тебя не устраивает, позволь узнать?

– То, что я ни за что не лягу в постель с таким наглым, циничным, заносчивым…

Не успеваю закончить – Эридан слитным движением поднимается на ноги и делает шаг, приближаясь ко мне.

Мотаю головой и инстинктивно отступаю, но упираюсь поясницей в край стола. А он начинает загибать пальцы, ехидно перечисляя:

– Богатым... влиятельным... красивым... с безупречной родословной...

Метка предательски оживает. Я будто наяву чувствую, как предатель-драконище возится на запястье, ёрзает, царапая кожу острыми, нарисованными коготками.

Откидываюсь назад, упираясь ладонями в столешницу, но это не помогает. Эридан подается вперед, нависая надо мной, как мрачная, отвесная скала. Пламенное дыхание щекочет губы, когда он произносит почти шепотом:

– Наследник от иномирянки – это уникальная возможность. И я её... – острый взгляд скользит по моему лицу, задерживаясь на губах, – не упущу.

Слова вырываются прежде, чем успеваю их обдумать:

– А как же твоё "не хочу к тебе прикасаться"?

Упираюсь ладонями в его грудь, чувствуя под рубашкой налитые, твёрдые мышцы. Эридан нехотя делает шаг назад, и я вдыхаю полной грудью.

На точёном лице лорда Вэйна отражается внутренняя борьба – брови сходятся на переносице, губы кривятся в болезненной гримасе.

– Тогда я не знал, что ты иномирянка, – роняет он неохотно, словно каждое слово причиняет ему физическую боль. – Вы... как бриллианты. Редкие. Драгоценные.

Сердце пропускает удар. Значит, Кошка не солгала!

В Алдерии действительно есть другие, кто прибыл из иного мира!

А что, если они здесь против воли?

Воображение рисует несчастных дев, живущих под гнётом суровых мужей тиранов. Сидят взаперти, как племенные кобылы, рожая наследников один за другим...

– Себастьян, – требует Эридан, не сводя с меня внимательного. – Оставь нас.

– Наконец-то, – бормочет тот с явным облегчением и торопливо выскальзывает за дверь, оставив на столе перо, чернильницу и неподписанный договор.

С толикой здравого опасения смотрю на Эридана, но тот лишь мрачно усмехается, качая головой:

– Расслабься. Я не из тех, кто берёт женщин силой.

А потом добавляет с той же убийственной уверенностью:

– Ты сама ко мне придёшь.

– Ни за что! – отрезаю я, поджимая губы. – Можешь не мечтать об этом. Никаких наследников. Только по любви и от любимого человека. Заметь, человека, а не дракона.

Эридан невозмутимо поправляет манжет рубашки, словно и не слышал моего категоричного отказа. На губах играет лёгкая полуулыбка власть имущего, привыкшего получать всё, что пожелает.

– Кстати, о делах насущных, – произносит он будничным тоном. – Завтра в городе праздник Зимнего Солнцестояния. Традиционные гуляния на главной площади, ярмарка, представления бродячих артистов – всё как полагается.

Я настороженно слушаю, пытаясь понять, к чему он клонит. А лорд Вэйн тем временем продолжает: