Полина Никитина – Развод с драконом. (не)желанная истинная (страница 31)
— Спасибо за честность, я вас услышала, — произнесла спокойно. — А теперь давайте продолжим знакомство с каждым из вас по очереди.
Первой начала девочка с косичками — Мира. Из вопросов, заданных ей мной и ребятами, я выяснила, что она замечательно вышивает цветы, любит петь и сочинять сказки для своей младшей сестры. Кит увлекался вырезанием из дерева, а Томас мечтал покататься “на всамделишном драконе”. Генри, рыжеволосый мальчик с последней парты, застенчиво признался, что он самый младший, и у него есть пять старших братьев.
Постепенно все ребята осмелели. Они поднимали руки, делились своими увлечениями, задавали вопросы — простые, детские, но такие искренние! Я и не заметила, как пролетело время!
Игра заняла почти два часа, но я сумела узнать и запомнить имена всех детей и что-то о каждом из них.
— А теперь, — я подошла к доске и взяла мел, — выполняю своё обещание. Покажу вам, что такое кроссворд на практике. Начнём с самого простого.
Я начертила на доске клеточки, выстроив по вертикали слово "школа", а по горизонтали разместила ячейки для слов, связанных с учёбой.
— Итак, — я повернулась к детям, — первое слово пересекается с буквой "Ш". Это то, чем вы пишете в своих тетрадях.
— Карандаш! — выкрикнула Мира, но тут же смутилась и прикрыла рот ладошкой.
— Правильно, — я улыбнулась бойкой девчушке. — Но давайте договоримся: все тянут руки и отвечают только после моего кивка. Так будет справедливо по отношению к тем, кто стесняется или не может так быстро придумать ответ.
Дети согласно закивали. Я радостно отметила, что они с удовольствием приняли новую познавательную игру. Но главное — они перестали галдеть, как стайка воробьёв. Теперь все тянули руки и ждали моего кивка, прежде чем ответить.
К счастью, местный язык своей грамматикой и произношением очень напоминал русский, и мне было несложно завлечь учеников. Слова "книга", "звонок", "учитель", "парта" легко вписались в наш импровизированный кроссворд.
— Вы все большие молодцы! — похвалила ребят, когда последняя клеточка была заполнена. — А теперь, прежде чем мы закончим, у меня для вас небольшое задание.
Пара ребят слегка приуныли, ожидая скучной домашней работы, но я решила их удивить.
— Напишите, пожалуйста, небольшое сочинение. Всего семь предложений на тему: "Чему бы я хотел научиться в школе". Совсем коротко, но от души. А на следующем уроке мы это обсудим.
Глаза ребят загорелись. Это уже не было похоже на унылое задание, скорее, на возможность поделиться своими задумками и мечтами.
Когда урок закончился, я передала детей мистеру Госкеру — суровому на вид, худощавому мужчине, чей добрый нрав выдавали удивительные голубые глаза с серебристыми крапинками.
Проследив как ребята выстраиваются в линию на заднем дворе, я бросила взгляд на часы. До занятия с Тимом оставалось время, а значит, я успею прогуляться до дома мисс Бишоп. Осмотрюсь без сопровождающих и прикину, что надо сделать в первую очередь, чтобы переселиться от Соррэна и заиметь свой собственный уголок.
Но стоило мне подойти к заброшенному особняку, как я застыла от неожиданности.
У дома суетились люди в одинаковой тёмно-зелёной форме с нашивками во всю спину, на которых красовалась надпись “Гильдия бытовых магов Антрима”. Кто-то нёс ящики, на вид весьма тяжёлые. Другие измеривали землю, держа в руках приборы, похожие на привычные мне рулетки.
Да что здесь происходит?
— Простите, вы... — попыталась обратиться к одному из них, но тот промчался мимо, не обратив на меня внимания. Зато через открытое окно услышала до боли знакомый голос, отдающий приказы морозным тоном.
Боги, надеюсь я ослышалась! Сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, я со всех ног устремилась к крыльцу, но едва нога коснулась нижней ступеньки, входная дверь открылась.
Нет.
Не ослышалась.
Набрала воздуха в грудь возмущённо ткнула в него пальцем:
— Издеваешься, да?
Глава 44
Дорога до дома старухи Бишоп заняла не более двадцати минут, однако для меня этот путь казался бесконечным. Стоило услышать её фамилию от директора школы, чьё имя я даже не пытался запомнить, как тут же связал воедино роль обнаглевшей горничной в побеге Элизабет.
Горький упрёк бывшей жены ещё звенел в ушах.
Чудовище!
Что ж, не отрицаю.
Так и есть.
Однако с каждым днём, проведённым в этом богами забытом краю, у меня накапливались вопросы. Главным из них было странное поведение второй, звериной ипостаси.
Правая ладонь сама поднялась на уровень груди, где изнутри всё ещё ощущалась боль от острых клыков и когтей.
Вывод напрашивался однозначный. Между поведением Элизабет и его яростью есть прямая связь.
Я замедлил шаг приостанавливаясь. Взгляд устремился вдаль, но на самом деле я погрузился глубоко в себя, перебирая воспоминания, как изображения в любимых каталогах моей матери.
Он швырнул меня как мешок с мясом и костями, когда я пытался на неё надавить.
Чуть не перекусил мне рёбра, когда я пригрозил забрать её силой.
И соединить все кусочки мозаики в одну картину, как в голове ярким пламенем вспыхнула догадка!
Я резко остановился посреди дороги, запрокинул лицо к небу и громко расхохотался, смахнув попутно невидимую слезинку с внешнего уголка глаза.
Всё это время моя вторая ипостась…
— Вот оно что, — выдохнул вслух. — Оберегаешь её от меня же?
Ответом послужило согласное звериное рычание.
— А, то есть задача уже не просто вернуть Элизабет? — поинтересовался, не заботясь о том, что меня могли услышать случайные прохожие. Плевать, что думает кучка деревенщин. — Тебе нужна её взаимность?
В ответ пронзительная тишина. И это бесило сильнее любого рычания.
По венам пробежал жидкий огонь злости с кислой примесью досады, и я скрипнул зубами. Какая ирония. Сражаться с самим собой за право владеть собственной судьбой.
— Будь по-твоему, — прорычал, обращаясь к своей второй ипостаси, и старательно отогнал мысль, что идея снова завоевать и приручить Элизабет мне самому приходится по нраву. — Я не причиню ей вреда и не стану угрожать. Сделаю так, что она будет рядом по её собственному желанию. Доволен?
Предатель только этого и ждал. Саркастично фыркнул, показывая, мол, давно бы так. А ещё, чтобы я не расслаблялся, он подбросил перед внутренним взором чёткий до мельчайших деталей образ Дэйдры. Покорной, с опущенным взглядом, и я как наяву почувствовал приторное амбре ванили.
Желудок скрутило от отвращения, и я стиснул зубы, чтобы не вырвало.
— Бесишь, — проворчал ему в ответ, поморщившись и сдавив переносицу двумя пальцами.
Совсем о ней забыл.
Придётся что-то решать, но позже. Задача номер один — дать зверю, что он хочет, и при этом остаться в живых.
Вскоре перед глазами показался полуразрушенный дом, утопающий в бурных зарослях. Я саркастично хмыкнул, вспомнив слова толстого коротышки-директора о том, что в Ларни нет гостиницы, ни одного дома на продажу. Есть только заброшенный дом обнищавшего рода Бишоп, в котором давно никто не живёт.
Что ж.
Если я хочу выжить, то придётся умерить аппетиты. Пойти на компромисс с собственной гордостью. И начать действовать немедленно, чтобы не остаться на ночь в поле под открытым небом.
— Мне нужна твоя помощь, — обратился к зверю, а внутри всё напряглось в ожидании его ответа.
Надо браться за работу, а на своих двоих я много не успею.
Зверь только этого и ждал. Встрепенулся и заинтересованно подал голос.
Помедлив, я тихо произнёс.
— Тогда прошу дать мне свои крылья.
Глава 45
Бывший муж с самодовольным видом красовался на пороге, снисходительно поглядывая на меня сверху вниз. Уголки губ едва заметно подрагивали, сдерживая наглую усмешку, а чертенята в сапфировых глазах дразнились и показывали мне язык.
Аррон возвышался надо мной, небрежно опершись о дверной косяк. Расслабленный и уверенный, как истинный хозяин положения.