Полина Никитина – Развод с драконом. (не)желанная истинная (страница 19)
Вот мой шанс.
Мой последний в этой жизни реверанс короне.
У самой гостиницы я свернул влево. Плевать на оставленные вещи, ничего ценного там не было, а новый след вести к себе я не хотел. Прибавив шаг, я устремился к остановившемуся впереди экипажу.
— В Ларни, — бросил вознице, запрыгивая внутрь. Мой взгляд заставил его вздрогнуть. — Немедленно. И если доставишь до рассвета, то заплачу втрое.
Не дожидаясь ответа, захлопнул дверцу. Внутри экипажа я наконец позволил себе ухмыльнуться: оскал хищника, почуявшего добычу.
Кровь пела в моих венах, предвкушая скорую расправу. Я почти чувствовал на губах её металлический привкус.
Вычислив шпиона, я отведу душу. Выплесну на него весь гнев, что копился месяцами. Накормлю внутреннего зверя на прощание досыта.
Перед отбытием я взял с короля обещание: в случае моего успеха род Грэй получит неприкосновенность.
Сказал это холодно и безапелляционно. Как человек, заключающий сделку.
И Его Величество был вынужден согласиться.
А значит, мою мать и имущество никто не посмеет тронуть. Ни один жадный до чужого добра придворный. Ни один завистливый аристократ. Пусть я сгину в этой проклятой глуши, но она будет в безопасности.
В памяти всплыло жалобное лицо Дейдры перед отъездом. Как она лепетала, что будет скучать, как боязливо прижималась ко мне, обвивая руками шею влажными, холодными ладонями.
Я даже не посмотрел на неё и решительно отстранился. Выдохнул с облегчением, понимая, что скорее всего никогда её больше не увижу.
Не почувствую эту мерзкую ваниль.
И сразу следом, подобно удару под дых, пришло видение Элизабет.
Внутренности скрутило в кровоточащий узел, дракон снова начал царапать рёбра!
В ушах эхом зазвучали слова Мариэллы Бишоп:
Я начал задыхаться, жадно заглатывая ртом воздух. Пальцы впились в сиденье с такой силой, что заострившиеся ногти проткнули до основания дешёвую обивку. Перед глазами заплясали чёрные круги.
Близится новый приступ. Острый клинок боли пронзил висок. Я сжал зубы так, что челюсти едва не затрещали.
Дай мне ещё немного времени.
Хотя бы несколько часов.
— Мы на месте, — голос возничего вырвал меня из цепких лап воспоминаний. Глянул в окно, отодвинув порванную занавеску, и увидел впереди столб с названием деревеньки.
— Выйду здесь.
Золотая монета сверкнула в воздухе и исчезла в грязной ладони возничего. Тот уставился на неё с таким изумлением, будто увидел манну небесную. Слишком щедрая плата, но мне нужно было его немедленное исчезновение.
А я медленно двинулся вперёд по тропинке к деревне. У первого дома сошёл на обочину, сливаясь с тёмными заборами. Наблюдал за светлеющей кромкой горизонта: восход скоро, а значит, нужно торопиться. Пробить защиту, добраться до шпиона и с неопровержимыми доказательствами явиться напрямую к Соррэну.
Калитка дома впереди внезапно скрипнула, и из неё торопливо выскользнула девушка.
— Хелена, я побежала, а то вдруг Клара узнает и расскажет лорду Соррэну, — прозвучал громкий шёпот, от которого всё моё тело прошила судорога.
Этот голос. Её голос.
Изгиб шеи. Походка. Волосы.
Я не мог двинуться с места.
Не мог вздохнуть.
Мир вокруг перестал существовать, сжавшись до одной лишь неё.
Дракон внутри взревел с такой силой, что я подумал: сейчас кожа лопнет, и он вырвется наружу, раздирая меня в клочья.
Ведь это была она.
Живая.
Элизабет.
Глава 27
Как ни крути, а скорый отъезд лорда Соррэна пошёл мне исключительно на пользу. Впервые за несколько лет, я ощутила умиротворение и покой. Будто с моих ног сняли тяжёлые, ржавые кандалы и выпустили из темницы на свежий воздух.
Дни шли один за другим, размеренно и почти счастливо. Я вставала рано утром, когда первые лучи солнца только начинали пробиваться сквозь занавески. Завтракала вместе с Кларой и Стэном, обсуждая погоду, последние новости деревни и планы на день, а после брала учебники Тиммена и шла в сад.
Отзывчивый и слегка застенчивый Стэн поставил для меня под яблоней небольшой круглый столик и удобное, плетёное кресло. Там я днями напролёт штудировала книги и делала записи по учёбе.
С особым удовольствием читала трактаты по магии. Я оказалась лишена дара, но они своими основными схемами напоминали мне школьный курс физики: почти те же законы сохранения энергии, только с добавлением каких-то мистических элементов. Я быстро осознала, что мне придётся серьёзно подтянуть собственные знания и закупиться в книжном магазине с первой же зарплаты.
— Да уж, магия без понимания законов природы — это как вождение с закрытыми глазами, — бормотала я, делая пометки в маленьком блокноте, который всегда носила с собой во внутреннем кармане. — Проще сладить с непослушной детворой.
Лорд Соррэн регулярно писал письма Кларе. Я не раз замечала замечала, как она, получив очередное послание, украдкой бросала на меня внимательные взгляды. Дураку было понятно, что она докладывает Брайдену о каждом моём шаге, и старалась лишний раз не давать повода для беспокойства.
Никаких ночных прогулок, никаких странностей.
До сегодняшнего вечера.
Хелена дважды в неделю приходила убираться в доме лорда. Обычно я старалась не мешать подруге, а после того, как она заканчивала работу, мы сидели в саду и пили чай с домашнем печеньем. Но сегодня, стоило только увидеть её грустное лицо, я решительно отложила книгу.
— Хелена, что такое? Я могу помочь?
Женщина горько вздохнула, прижимая к груди метёлку:
— Ох, Лиза, это всё мой Кит. Учительницу так и не нашли, вот я и отправила его к тёте в Антрим, пока здесь не найдут замену. Пять дней живёт там, а на выходные приезжает в Ларни.
— Разумно, — искренне похвалила женщину. Мне нравилось желание мисс Плотт выучить сына всеми доступными средствами.
— Но сегодня он приехал раньше времени, весь зарёванный. Им дали задание написать сочинение на тему "Один день в столице". А он ни разу там не был! И я тоже не была, и тётка, и никто из деревенских. Ну что я ему расскажу? Вот, боюсь, получит плохой балл, и ребята засмеют. Антрим хоть и мелкий городишко, но местные считают себя выше тех, кто родился и вырос в деревне.
Сердце ударилось о рёбра, и в груди болезненно заныло. Порой, дети могут быть очень жестокими.
— Так, не надо переживать раньше времени, — ответила ей преувеличенно бодро и положила руку подруге на плечо. — Ты про меня забыла? Я же жила в столице. Правда, много не видела, редко выходила за пределы дома, но расскажу Киту всё, что помню, а он с моих слов запишет. Давай я приду к вам вечером? Только попозже, а то лорд Соррэн настоятельно просил не выходить за пределы его владений.
Я выразительно покосилась в сторону Клары, и Хелена понимающе кивнула.
— Это было бы чудесно! Век не забуду!
И вот, когда дом погрузился в ночную тишину, я тихонько выскользнула через заднюю дверь.Протиснулась сквозь щель в калитке, внимательно следя, чтобы она не заскрипела, и побежала к дому мисс Плотт.
Сонный, но довольный Кит исписал целый лист с двух сторон, задавая бесконечные вопросы. Мы с Хеленой засиделись почти до рассвета, и когда небо начало светлеть, я спохватилась:
— Вот же язык без костей! Мне пора!
— Спасибо, Лизонька! — рассыпалась в благодарностях добрая женщина, провожая меня до ворот.
— Было бы за что, — тихо рассмеялась я, выскальзывая за ворота. — Всё, Хелена, я побежала, а то вдруг Клара узнает и расскажет лорду Соррэну.
Я сделала несколько быстрых шагов, торопясь вернуться в дом до пробуждения вездесущей экономки, как вдруг сердце резко сжало ледяным обручем, выбивая весь воздух из лёгких.
Между лопаток вонзился чей-то пристальный взгляд, и по спине пробежал морозный холод, от которого волоски на теле встали дыбом.
Резко обернувшись, я вгляделась в предрассветные сумерки.
Никого.