Полина Луговцова – Сердца в Антарктиде (страница 5)
Он стоял на мосту, навалившись на перила, и смотрел вниз, в густую темноту, скрывшую под собой Москву-реку. Людей на тротуаре моста не было, и его одинокая фигура бросилась Эльзе в глаза, выхваченная светом фар ее автомобиля, въезжавшего на мост. Не раздумывая она нажала на тормоз: вся поза парня выдавала готовность броситься вниз с многометровой высоты. Парень повернулся на звук хлопнувшей дверцы и, встретившись с ней взглядом, нахмурился, но его брови, сомкнувшиеся у переносицы, не удержались там и тотчас разошлись в стороны, изогнувшись при этом, как у глубоко несчастного человека.
– Что вам нужно? – Его приятный бархатный голос вибрировал от напряжения, а в темных глазах, сверкавших из-под каштановых локонов, сквозило отчаяние.
– Ничего. Просто хочу постоять, подышать воздухом! – Перешагнув через бордюр, Эльза встала рядом с ним, облокотившись на перила.
– Постойте где-нибудь в другом месте! – с вызовом воскликнул парень, и этот вызов показался ей наигранным, несмотря на протестующий взгляд. Судя по всему, парень понял, что она догадалась о его намерении сигануть с моста, чтобы свести счеты с жизнью, и был рад этой отсрочке, иначе не стал бы ее прогонять, а скорее всего, ушел бы сам. Нет, ему явно хотелось выговориться, излить душу, и она не стала лишать его такой возможности. Стоило ей задать ему пару наводящих вопросов, и он выложил все свои беды как на духу. Оказалось, что его бросила девушка – ну, действительно, какая же еще может быть причина для самоубийства у парня, которому едва исполнилось двадцать? Эта девушка, конечно же, была его первой и единственной любовью со школьной скамьи, и когда она внезапно предпочла ему, бедному студенту, состоятельного бизнесмена средних лет, в его душе разверзлась бездна размером с Марианскую впадину (он прямо так и сказал!). Продолжать жить с бездной внутри он никак не мог, поэтому и оказался на этом мосту. Парень говорил бурно и эмоционально, будто играл роль на театральной сцене: закатывал глаза, заламывал руки и сыпал метафорами вроде Марианской впадины. Он выглядел смешно и жалко одновременно. Эльза видела, что ему хочется произвести на нее впечатление, но ей с трудом удавалось сдерживать смех. Чтобы не рассмеяться и не оскорбить тем самым своего собеседника, Эльза попыталась вспомнить какой-нибудь трагический эпизод из своей жизни, и в ее памяти тотчас всплыл момент из далекого прошлого, который ей хотелось бы забыть навсегда.
*****
Пляж, раскалившийся под июльским солнцем. Прохладное озеро, ярко-синее от того, что в нем отражается небо. Плакучие ивы лениво полощут в воде свои длинные гривы. Шестнадцатилетняя Эльза расстилает плед на желтой растрескавшейся земле, с опаской поглядывая на компанию, веселящуюся неподалеку: там, за кустами, целая толпа нетрезвых парней, которые то и дело косятся на нее и ее подругу. Эльзе хочется уйти, но подруга уже сбросила легкий сарафан и, на ходу поправляя купальник, вприпрыжку несется к воде. Она их не заметила, поэтому ведет себя так беспечно, зато Эльза кожей ощущает опасность. Несколько семейных пар, отдыхающих на этом же пляже, не станут вмешиваться, если парни начнут приставать к Эльзе и ее подруге. Скорее всего, отдыхающие даже не посмотрят в их сторону, ведь всем известно, что это за парни – бригада местного криминального авторитета по кличке Исай, настоящие отморозки, которым человека убить —что комара прихлопнуть. Эльза нервничает, но не может уйти и оставить подругу одну. Боковым зрением она следит за тем, что происходит за кустами, а заодно разглядывает парней – может быть, ей показалось, и это все-таки не они? Нет, не показалось. И хотя она не знает никого из них по имени, но ей настолько примелькались эти лица, что достаточно еще одного беглого взгляда, чтобы остатки ее сомнений развеялись. Почти каждый день «исаевская» братва наведывалась на местный рынок, расположенный в жилом квартале на окраине города. Продавцы в ларьках бледнели, завидев их, и поспешно крепили к витрине лист бумаги с нацарапанными от руки словами
Думая об этом, Эльза покрывается гусиной кожей и с тоской смотрит на резвящуюся в воде подругу: та поднимает фонтаны брызг и громко зовет ее плавать. «Может быть, обойдется», – думает Эльза, шагая к озеру и чувствуя, как в спину упираются взгляды «исаевцев». Кто-то окликает ее сзади, и она внутренне съеживается, но в следующий миг ее обуревает радость: она замечает на пляже Игоря – знакомого парня, который часто бывает в гостях у ее соседей. Они познакомились год назад, когда Эльза, выходя из квартиры, столкнулась с ним в подъезде. Он преградил ей путь и, глупо улыбаясь, огорошил дурацким вопросом: «Девушка, извините, кажется, я заблудился! Не подскажете путь к вашему сердцу?» Эльзе было пятнадцать, и ей отчаянно хотелось казаться старше, поэтому, если кто-то обращался к ней, называя девушкой, ее переполняла гордость. Чувствуя себя королевой, Эльза презрительно фыркнула в лицо незнакомому парню, стоявшему перед ней с раскинутыми в стороны руками, и, оттолкнув его, прошла мимо, однако с тех пор она стала часто встречаться с ним в подъезде и догадывалась, что он намеренно подкарауливает ее там. Однажды ему все-таки удалось ее разговорить, и она узнала, что его зовут Игорь, а на прошлой неделе он признался ей в любви и ошарашил первым в ее жизни поцелуем, коротким, напористым и пьянящим.
Направляясь к Эльзе, Игорь привычным движением руки откидывает со лба длинную челку, пропуская волосы между пальцами, и Эльза понимает, что он волнуется. Рядом с Игорем идет какой-то парень, вероятно, его приятель. Судя по всему, они только что пришли на пляж: оба в джинсах и футболках, с рюкзаками за спиной, и у каждого в руках пара пыльных кед: уже успели скинуть обувь. «Исаевская» братва провожает их рассеянными равнодушными взглядами и теряет к ним интерес. Эльза с облегчением выдыхает: теперь все будет нормально, вряд ли «исаевские» головорезы вздумают приставать к ней или к ее подруге в присутствии Игоря и его приятеля.
Но она ошиблась.
Вероятно, появление парней рядом с Эльзой, наоборот, раззадорило «исаевских», а может, им просто захотелось разогнать скуку. Спустя некоторое время несколько головорезов с осоловевшими от алкоголя взглядами отделились от общей компании. Неспешно приблизившись к Эльзе, они стали настойчиво приглашать ее в свой круг. Игорь, конечно же, сразу вмешался. Загородив собой Эльзу, он ответил им, что она его девушка, и вежливо попросил их уйти. Те дружно расхохотались ему в лицо, а потом набросились на него и начали бить. Падая, Игорь крикнул Эльзе: «Беги!»
И она убежала, о чем жалела по сей день. Может быть, она бы осталась, если бы перепуганная подруга не потащила ее за собой. Впрочем, это было слабым оправданием.
С тех пор Эльза больше не видела Игоря, не знала, где он и что с ним. Его родственники, которые жили по соседству с ней, отказались отвечать на ее вопросы, сказали только, чтобы она забыла о нем, и заверили ее, что, как бы она ни старалась найти его, ей это не удастся. Слышать такое было ужасно, в голову Эльзы закралась мысль, что Игорь не выжил после стычки с «исаевскими» братками, но она надеялась, что в таком случае родственники не стали бы скрывать от нее факт его смерти. «Нет, скорее всего, Игорь жив, и возможно, ему удалось сбежать, но приходится скрываться, опасаясь преследования братков», – решила Эльза и больше не пыталась разыскивать Игоря. Братки, кстати, тоже куда-то пропали. Торговцы на рынке не могли поверить в такое счастье и еще долго пребывали в тревожном ожидании, что знакомые рэкетиры вот-вот нагрянут и взыщут с них за все время своего отсутствия, но те так и не появились. Может, нашли себе рынок пожирнее, а может, были задержаны милицией за что-то противозаконное. Так или иначе, но в квартале, где жила Эльза, стало спокойнее, и со временем из ее памяти стерлись лица «исаевских» братков, только вот колкое чувство страха, испытанное тогда, на пляже у озера, то и дело давало о себе знать, ничуть не притупляясь с годами и даже десятилетиями.
Вынырнув из воспоминаний, Эльза увидела перед собой участливое лицо Феликса и только в этот момент осознала, что произнесла все свои мысли вслух. Феликс обнял ее, и она его не оттолкнула. Потом они поехали к ней домой, и он остался у нее жить.
Первое время Феликс действительно в ней нуждался, и его искренний благодарный взгляд согревал ей душу, но теперь, спустя пять лет, от искренности не осталось и следа: Феликс тяготился ею, и пора было его отпустить. Все-таки двадцать лет разницы в возрасте, когда перевес на стороне женщины, не предполагает долгих и крепких отношений. Случается, конечно, что такие пары живут вместе до гробовой доски, но это, скорее, исключение из правил, и жене в таком браке неизбежно приходится сталкиваться с косыми взглядами и пересудами за спиной. Зато если наоборот, муж годится своей жене в отцы, это мало кого удивляет, а некоторых даже восхищает: надо же, какой мужчина, женился на молодой, и возраст ему не помеха!