Полина Луговцова – Грязелечебница «Чаша Аждаи» (страница 39)

Что, если все ее подозрения лишь домыслы, ставшие следствием ночных кошмаров? Может быть, и с Дульским ничего страшного не случилось, просто он старается не попадаться на глаза ей и Элле – занят расследованием, например. Элла, возможно, в порядке – ну назначили какую-то процедуру, так на то здесь и грязелечебница. Говорить о том, что она пропала, еще слишком рано, ведь с тех пор, как они с ней расстались, прошло всего несколько часов. Тияне ведь даже в полицию обратиться не с чем, разве что заявить о пропаже Глеба… Ну и какой в этом толк, если его родной брат утверждает, что Глеб уехал! Правда, Элла (если, конечно, она объявится) может свидетельствовать о том, что Глеба убило молнией, но вот поверят ли ей, большой вопрос. Какой вес в глазах полицейских будут иметь показания пожилой и не очень здоровой женщины против показаний Ника, Лизи и всего медперсонала, которые, конечно же, будут утверждать, что пациент покинул грязелечебницу в полном здравии? Даже Тияна сомневалась в том, что видела смерть Глеба наяву, а в словах Эллы сомневалась тем более. Что же тогда ожидать от полиции?

Нет, обращаться в полицию определенно еще рано. И было бы замечательно, если бы такая необходимость совсем отпала. Возможно, когда Тияна воспользуется универсальным ключом, в этом деле появится больше ясности. В ближайшее время она планировала вернуться на продуктовый склад после того, как отделается от Горана и Петры, интуиция подсказывала ей, что долго тянуть с этим не стоит.

Нагруженная банками с ананасами, Петра засобиралась обратно в административный корпус, где у нее тоже имелась небольшая квартирка.

– Зачем нести ананасы со склада, если можно в любое время заказать их из столовой? – Тияне не хотелось отпускать горничную и оставаться одной рядом с Гораном.

– Не для всех меню одинаковое, прислуге ананасы не положены, – возразила Петра, прижимая к себе три огромные жестяные банки с изображением сочных ананасовых долек. – Да и не подают их отдельно, а кладут в десерты и фруктовые салаты.

– В любом супермаркете полно консервированных ананасов! – Тияна укоризненно посмотрела на Петру, надеясь, что та поймет и останется с ней до конца экскурсии.

– То в супермаркете, а то у меня в руках. – Горничная отвела взгляд и сделала несколько неуверенных шагов в сторону, словно проверяя, удастся ли ей улизнуть.

– Идите, Петра, идите! – вмешался Горан, вызвав у Тияны подозрения в том, что он намеренно «осчастливил» горничную этими банками, понимая, что с тяжелой ношей та, скорее всего, не сможет продолжить экскурсию. – Мы все равно почти уже закончили. Осталось осмотреть два корпуса, где, кроме палат пациентов и сестринского поста, больше ничего нет. Ах, да, надо будет еще заглянуть в оранжерею! – добавил он, будто между прочим.

– Ох, даже не помню, когда я там была в последний раз! С удовольствием заглянула бы туда вместе с вами! – воскликнула Петра с наигранным сожалением.

– Ничего, еще побываете. Никуда оранжерея от вас не денется! – Отмахнувшись от Петры, как от назойливой мухи, Горан непринужденно взял Тияну под руку, словно делал это множество раз, и увлек за собой так решительно, что она не успела ничего возразить.

Они проследовали по дорожке мимо второго и третьего корпусов, не замедляя шага. Тияна, растерявшаяся от такого поворота событий, спохватилась лишь у входа в оранжерею:

– Но мы же не осмотрели еще два корпуса…

– Тебе точно это нужно? Поверь, там совершенно не на что смотреть, одни коридоры и палаты, и все это содержится в полном порядке. Но, если хочешь, обойдем их после оранжереи.

Тияна вздохнула, понимая, что для этого им придется прилично пройти назад, а ноги у нее уже гудели от усталости. Да и с Гораном ей хотелось распрощаться как можно скорее.

– Вряд ли осмотр этих корпусов значительно повлияет на мой выбор в отношении наследства, – произнесла она. – Думаю, я увидела более чем достаточно.

– И что же ты решила? – спросил Горан, нависая над ней и заглядывая ей в глаза.

– Но я еще не решила. – Тияна попятилась и уперлась спиной в оранжерею, представлявшую собой куполообразное сооружение из остекленного металлического каркаса, своей конструкцией напоминавшего пчелиные соты. – У меня ведь есть время подумать до завтра?

– Безусловно. Адвокат приедет к часу дня, так что думать ты можешь вплоть до его появления. И я очень надеюсь, что твое решение будет положительным, иначе нас всех ждет незавидная участь: грязелечебницу продадут с молотка, и она может попасть в руки тех самых конкурентов, которые когда-то пытались надавить на Йовану, чтобы выкупить у нее этот бизнес. Они непременно припомнят нам то, что Йована оставила их с носом. Так что наша судьба в твоих руках!

– Пытаешься меня разжалобить? – Тияна смягчила иронию вежливой улыбкой.

– Что же мне еще остается? – Горан улыбнулся в ответ, и это вышло у него так искренне, что Тияна вновь усомнилась в том, что он способен на преступление или участие в ритуальных жертвоприношениях. Пусть это будут лишь ее домыслы!

Горан приложил ключ-карту к двери, поясняя при этом:

– Сегодня из-за технических работ оранжерея закрыта для посетителей, но работы уже закончились, я специально узнавал. Нам никто не помешает.

Тияна вопросительно взглянула на него, улавливая в его словах какой-то туманный намек. И она не ошиблась.

– У меня для тебя маленький сюрприз! – Горан открыл дверь и галантно поддержал Тияну под руку, помогая ей преодолеть высокий порог.

– Сюрприз?.. – Она тревожно обернулась к нему. Обычно те сюрпризы, которые случались в ее жизни, не давали ей повода для радости.

Теплый влажный воздух окутал Тияну нежным шелком, густой аромат цветов и зелени поманил, и она шагнула под сень раскидистых пальм, не слушая внутренний голос, зудевший: «Сюрприз – это не к добру… Не ходи туда, не ходи…»

Глава 16

Среди мандариновых и лимонных деревьев, утопавших в зарослях орхидей, обнаружилась круглая полянка, поросшая настоящей, коротко подстриженной газонной травкой. Почти всю полянку занимал круглый стол, сервированный на двоих, его окружали диванчик и два кресла изящной формы, выполненные из ротанга, с мягкими атласными подушками на сиденьях и спинках. Сверху, из кашпо, подвешенных к дугообразным балкам, спускались пышные гирлянды нежно-розовых цветов, источавших сладковатый запах, напомнивший Тияне о недоеденном чизкейке, который она оставила в кафе после первой в своей жизни беседы с Гораном. Кажется, что они познакомились очень давно, а ведь прошла всего-то неделя! Глядя на этот райский уголок, она вдруг отчетливо поняла, что Горан специально выбрал это место и все подстроил так, чтобы остаться здесь с нею наедине. Он что-то задумал.

Что может задумать мужчина, пытаясь остаться наедине с женщиной?

Сердце Тияны бешено заколотилось, она готова была броситься наутек, и лишь стеклянные стены оранжереи удерживали ее от этого шага: там, за стенами, на расстоянии каких-то нескольких метров, ходили люди, и пусть они, скорее всего, не могли видеть сквозь зеленый заслон то, что происходило внутри оранжереи, но ведь в случае чего можно будет подойти к стене, привлечь их внимание и позвать на помощь. В конце концов, стеклянную стену несложно разбить.

Эти мысли немного успокоили Тияну, да и Горан не делал попыток на нее наброситься. Подумав, она списала свои опасения на расшатанные за последние дни нервы и непринужденно воскликнула:

– Здесь просто чудесно! Столько цветов!

– Все это может стать твоим уже завтра. – Горан приглашающим жестом указал на стол. – Располагайся.

Тияна села в кресло. Горан устроился на диванчике, но не попытался придвинуться к ней, а занял место посередине, раскинув руки вдоль пологой гнутой спинки. На его лбу залегли глубокие складки, а взгляд сосредоточился на серебристом ведерке, из которого торчало горлышко винной бутылки. Помимо вина на столике стоял графин с соком, а также корзина с фруктами и этажерка из трех блюд, уставленных крошечными тарталетками с различными закусками.

Горан молчал. Похоже, он готовился сказать что-то очень важное. Настолько важное, что даже озаботился сюрпризом в виде накрытого стола. Видимо, так и не собравшись с духом, он потянулся к бутылке. Тияна поспешно сообщила:

– Мне, пожалуйста, сок!

Коротко кивнув, Горан наполнил густым оранжевым соком стакан, стоявший рядом с ее тарелкой. Себе налил вина, но не спешил подносить бокал к губам, а принялся вертеть его в руках, прокручивая высокую тонкую ножку между большим и указательным пальцами. Он явно очень нервничал. В чем же дело? Тияну начали одолевать мрачные догадки: еще кто-то умер из ее близких? Но у нее их больше не осталось. Или… может быть, сюда наведывалась полиция из-за смерти Зораны? Вдруг Драган сообщил им о пропавших таблетках? От этой мысли внутри неприятно кольнуло: ведь только Горан мог их взять! Но мысль не получила развития, потому что в следующий миг Тияна услышала от Горана такое, чего в ее списке догадок не было, поскольку ничего подобного она себе и представить не могла.

– Выходи за меня… замуж. – На раскрытой ладони Горана, огромной и грубой, как кусок необработанной древесины, лежала красная бархатная коробочка с откинутой крышкой. В ее черном нутре сверкало обручальное кольцо с крупным бриллиантом. И коробочка, и кольцо совершенно не вязались с обликом Горана, с его «древесной» ладонью, с тусклыми глазами цвета каменной пыли, с серьезным угрюмым лицом, словно вытянувшимся под тяжестью квадратного подбородка. Увидеть это оказалось настолько неожиданно, что Тияна не сдержала нервного смешка.