Полина Луговцова – Грязелечебница «Чаша Аждаи» (страница 23)

– Моя мама родом из этих мест! – пробормотала она по-английски.

И ни слова о грязи.

– Ну хорошо, – ответила Тияна, тоже переходя на английский и думая о том, что девушка, должно быть, не знает сербского, поэтому не поняла вопроса и ответила невпопад, лишь бы что-то сказать, – скорее всего, просто побоялась показаться невежливой.

– А, может, вы знаете, что находится за той дверью? – Тияна указала в сторону ниши. – Ведь это же дверь, верно?

Девушка замотала головой и пожала плечами. Больше не проронив ни слова, она склонилась над ведром и начала выкручивать швабру, давая тем самым понять, что разговор окончен.

Любопытство Тияны разгорелось еще сильнее. Она была почти уверена, что горничной известно о том, куда ведет эта дверь, и упрямое нежелание говорить об этом могло означать лишь одно: там скрывается какая-то жуткая тайна. К тому же страх, отразившийся на лице девушки, красноречиво подкреплял такое предположение. Но разгадывать эту тайну сейчас Тияне было некогда, ее манила другая тайна, сокрытая в дупле старого кедра. Еще немного, и Тияна доберется до нее. Тогда, быть может, прольется свет и на тайну, связанную с дверью, замаскированной под нишу? Ох, не многовато ли тайн и странных событий на такой короткий промежуток времени? Ведь прошло чуть больше двух суток, как Тияна приехала в грязелечебницу. Она лишь хотела отдать дань уважения умирающей бабушке и не собиралась задерживаться здесь надолго, а вот ведь, как все закрутилось, теперь об отъезде и мысли не возникает, наоборот, хочется во всем разобраться, хотя и очень страшно.

Напоследок оглянувшись на горничную и поймав ее опасливый взгляд, Тияна подошла к входным дверям и в который раз удивилась тому, насколько мало приложила усилий, открывая их: всего лишь взялась за массивные ручки, и, казалось, двери сами распахнулись, словно их привели в действие сенсорные датчики вроде тех, что устанавливают на автоматических дверях супермаркетов. Снаружи хлестал ливень, и Тияна накинула на голову капюшон дождевика, опустив его до кончика носа. Хорошо, что тот был прозрачным и не затруднял видимости.

Дневной свет, сочившийся сквозь плотные серые тучи, был таким же серым и окрашивал в серое все вокруг, даже цветы на клумбах. Озеро, еще вчера приветливо сверкавшее голубым зеркальцем, теперь угрожающе щерилось зубчатой рябью и выглядело пасмурнее неба. Без шезлонгов и зонтов берег словно осиротел, желающих принять грязевые ванны, само собой, не нашлось. Вероятно, во время ненастья и в холодное время года пациенты предпочитают нежиться в теплых купальнях, а лечебную грязь с озера им доставляет персонал. Тияна подумала, что тоже не отказалась бы сейчас от такой ванны. Ее вчерашний знакомый, Ник, говорил, что эта грязь якобы чудодейственная, исцеляет больных, а здоровым придает сил. Тияне хотелось бы тоже испытать этот эффект на себе. Ей вновь вспомнилась истерика Зораны на кладбище и рассказ Драгана о том, что Йована отказалась принять на лечение больную дочь своей односельчанки. Вот еще одна странность, причину которой хотелось бы выяснить. Что ж, не все сразу. Для начала надо добраться до пакета Дульского. А что, если не рисковать, пытаясь раздобыть униформу медперсонала, а предпринять вылазку прямо так? Может быть, в дождь слежка здесь не очень строгая? Все пациенты сидят в своих палатах, никто не бродит по территории. И потом, ведь на Тияне дождевик. Правда, он совсем прозрачный, и со стороны наверняка заметно, что под ним не униформа. Но неужели все работники грязелечебницы ходят в поселок, не переодеваясь в свою обычную одежду? Может быть, Дульский все-таки преувеличивает важность этой униформы? Тияне не нравилась часть плана, согласно которой ей предстояло эту униформу украсть. Решив, что обдумает возникшую мысль во время завтрака, она шагнула под дождь.

Едва спустившись с крыльца, Тияна почувствовала чей-то взгляд и оглянулась. Казалось, кто-то пристально смотрит на нее сверху. Она запрокинула голову, и ее взгляд уперся в застекленную башню, венчавшую здание главного корпуса. Темный силуэт отпрянул от окна и растаял в глубине помещения. Очкарик? «Пожалуй, все же стоит рискнуть, чтобы раздобыть униформу», – с этой мыслью Тияна продолжила путь.

Интерьер столовой не уступал убранству дорогого ресторана. Тияна еще за ужином отметила высокое качество мебели, скатертей и посуды. Скорее всего, и еда здесь была превосходной, но вчера Тияна находилась не в том состоянии, чтобы оценить ее вкус по достоинству. Вышколенный официант бесшумно возник рядом, едва она присела за круглый столик, рассчитанный на одного человека.

– Я еще не готова сделать заказ, хочу изучить меню, – сообщила она ему, и тот исчез.

Все столики здесь были одинаково крошечными – вероятно, потому, что общение между пациентами не приветствовалось. Однако некоторые посетители каким-то чудом ухитрялись разместиться по двое, и никто не делал им замечаний: медперсонала в зале не было, а в обязанности официантов это, судя по всему, не входило. В одной такой парочке Тияна узнала Ника и «Скарлетт». Они увлеченно беседовали, сверкая друг на друга улыбками, словно соревновались в том, чья улыбка шире. Когда они склонялись над своими тарелками, их головы почти соприкасались.

Дульского нигде не было видно. Разглядывая присутствующих, Тияна заметила Эллу Линдер, только что вошедшую в зал и остановившуюся в поисках подходящего места. Их взгляды встретились. Шведка просияла, энергично помахала Тияне и двинулась к ней. С одной стороны, Тияна была рада возможности выспросить у нее что-нибудь о Дульском и узнать последние новости о событиях в грязелечебнице, с другой, назойливая дама могла осложнить выполнение плана: теперь придется придумывать, как от нее отделаться к намеченному времени.

Элла передвинула стул от пустующего столика к столику Тияны и, усевшись на него, шумно выдохнула.

– Какая радость, что вы здесь, милая! Знаете, меня так тревожит отсутствие Роберта! – с ходу выпалила она.

– Роберта? – Тияна недоумевающе улыбнулась.

– Роберт, мой новый друг! Помните, я вчера вам говорила? Мы вместе хотим раскрыть тайну заключительной процедуры.

– Ах, да! – Тияна догадалась, что Элла говорит о Дульском.

– Так вот! Вчера его не было за ужином, и сегодня его тоже здесь нет, а мы договорились приходить в столовую к определенному часу. Я подозреваю, что нас засекли и сделали так, чтобы Роберт не мог больше встречаться со мной. Наверное, назначили ему какие-то процедуры на это время, а может, вынесли предупреждение… Ну что за тюремные порядки, а?!

– Не переживайте! Может быть, он скоро придет, – подбодрила ее Тияна, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

– Поверьте, он уже был бы здесь, если бы я ошибалась! Что самое неприятное, я пыталась навести о нем справки, интересовалась у медсестер, и мне ответили, что он не желает, чтобы его беспокоили. Но он не мог так сказать! У нас с ним была договоренность! К тому же скоро у Глеба заключительная процедура, а Роберт говорил, что нашел способ, как за этим проследить, и обещал взять меня с собой!

Элла осеклась, заметив подошедшего официанта, и проворчала, глядя на него с недовольством:

– Где вас учили так подкрадываться?! Мне как обычно, диета номер три, пора бы уже запомнить и сразу приносить.

– И мне то же самое, – поспешно добавила Тияна, так и не заглянув в меню.

Молча кивнув, официант удалился.

Украдкой Тияна наблюдала за Ником и все больше недоумевала. Он бросал на «Скарлетт» такие жаркие взгляды, словно совершенно забыл о том, что общается с девушкой своего брата, да и та отчаянно флиртовала с ним: и в мимике, и в жестах сквозило неприкрытое жеманство, словно это не она вчера жаловалась Тияне, как сильно страдает от разлуки с Глебом.

Вероятно, почувствовав, что на него смотрят, Ник огляделся, окидывая взглядом соседние столики, и его внимание сосредотоилось на Тияне, но ненадолго: он тут же безучастно отвернулся. Тияне стало не по себе: Ник не мог ее не узнать, ведь вчера они отлично рассмотрели друг друга, проболтав на берегу озера чуть ли не целый час, а расстояние между столиками было совсем небольшим. Что же это значит? Ник ее проигнорировал? Не пожелал здороваться с ней при «Скарлетт»? Но ведь и «Скарлетт» не удостоила ее приветствием, хотя, проследив за взглядом Ника, тоже увидела Тияну. Наверное, и Ник, и «Скарлетт» были слишком увлечены друг другом и не хотели отвлекаться на кого бы то ни было, но… как же это невежливо! Тияну бросило в жар от обиды.

– Что с вами, милая?! На вас лица нет! – воскликнула Элла, вонзая нож в пышный омлет с брокколи.

– Да так, ничего страшного… – Тияна не хотела говорить, но у нее вырвалось против воли: – Один знакомый парень только что сделал вид, будто не знает меня.

– Вы о брате Глеба, о Нике?

Тияна подтвердила.

– Говорю же, это тот еще хам! – Рука Эллы с зажатой в ней вилкой взмыла в воздух и возмущенно задрожала. – Никогда не поздоровается, хотя мы давно с ним познакомились! Но я не гордая и упрямо напоминаю ему об этом. Тогда он спохватывается, начинает извиняться, но на другой день снова воротит нос, будто знать меня не знает. А теперь вот еще и Лизи принялся охмурять, хотя ему прекрасно известно о том, что у нее роман с его братом! А это уже говорит о многом, это ведь совсем не шуточки! Подлая личность этот Ник, сразу видно! Брат серьезно болен, а он этим пользуется, чтобы запудрить мозги его девушке!