Полина Краншевская – Добро пожаловать на отбор, или Бойся своих желаний (страница 8)

Сглотнув вставший в горле комок, я кивнула. Нужно это сделать! Сейчас не время трястись от страха перед призраками.

Кошка и жук подошли ближе и застыли передо мной.

– Протяни руку, закрой глаза и пожелай напитать их энергией, – распорядился ящер.

В точности следуя инструкции, я зажмурилась и захотела так напитать духов, чтобы те смогли бы поставить мне самую явную из всех возможных меток.

Я ощутила всколыхнувшуюся внутри силу, точно выпила горячий чай, в груди разлилось тепло. Мне показалось, что поток энергии ринулся наружу, и в следующее мгновение над ухом испуганно вскрикнул Луд. Я не удержалась и открыла глаза.

Передо мной стояла не просто кошка, а самая настоящая огромная пума, притом вовсе не призрачная, а вполне себе осязаемая. На ее лбу красовался небольшой закрученный спиралью рог, глаза светились алым, а шерсть отливала пурпурным цветом.

– Сильна, – облизнулась пума, и я чуть в обморок не рухнула от звука ее рокочущего от удовольствия голоса.

– И не говори, жжж, – прожужжал сбоку шевелящий усиками гигантский зеленоватый жук, расправляя массивные надкрылья и пробуя трепетать прозрачными, спрятанными под ними крылышками.

Глаза жука тоже светились красным, и в размере он ни на сантиметр не уступал пуме.

– Этого не может быть, – в растерянности пролепетала я, с трудом осознавая происходящее. – Вы кто?

Пума вальяжно потянулась, выгнула дугой спину и, вонзив когти в траву, промурлыкала:

– Мы духи-хррранители. Ты нам помогла, теперррь ты под нашей защитой.

Она повернулась к жуку и распорядилась:

– Давай шевелись. Ночь на исходе.

– Не командуй мной, жжж! – с возмущением пробурчал тот. – Без тебя знаю.

Оба коснулись моей ладони, пума влажным холодным носом, а жук – подрагивающими усиками. Мягкое золотистое сияние окутало руку, приятное ощущение тепла охватило запястье, и я увидела, как на коже проступил удивительно четкий узор: синяя змейка извивалась волной и кусала себя за кончик хвоста.

– Вот это да! – воскликнул Луд, рассматривая мою правую руку горящим от восторга взглядом. – И правда, метка!

Жук пошевелил усиками и буркнул:

– Не просто метка, жжж. Это уникальный охранный знак особой милости духов-хранителей.

– Спасибо! – со слезами на глазах пробормотала я. – Теперь ни Стен, ни Девонир мне точно ничего не сделают.

Ящер оскалился и зарычал, топорща острые шипы на голове и спине.

– Девонир?! Ты знакома с помощником главного королевского колдуна?

– Ну да. Он проверял меня артефактами после переноса в этот мир. А потом… – Я замялась, не решаясь рассказать о предложении колдуна.

– Не тяни! – рявкнул панголион, сверкая янтарными глазами. – Говори по существу!

– Он хотел сделать меня своей наложницей! – выпалила я, краснея до ушей. – Я отказалась. Девонир разозлился и подослал Стена с особым зельем. Жуткая вонь распугала всех духов, и если бы не вы…

Из глаз потекли слезы жалости к себе, и я шмыгнула носом.

– Если бы не вы, я бы стала изгнанницей.

Луд обнял меня за плечи и с сочувствием проговорил:

– Я не знал, Катрин. Мне очень жаль.

– Ничего, – всхлипнула я. – Теперь все позади. Представляю его рожу, когда он увидит мою шикарную метку.

Я хихикнула, предвкушая реакцию колдуна, но пагнолион вдруг прошипел:

– Этого нельзя допустить!

– Что? – опешила я. – Но почему? Девонир должен доставить меня во дворец на отбор. Как я, по-твоему, туда попаду без него?

Ящер задергал хвостом из стороны в сторону, чем изрядно взволновал пуму, неотрывно следящую за беспокойным кончиком.

– Мы сами тебя доставим куда нужно, – отозвался панголион. – Девонир слишком опасен. Раз уж он тебя захотел, то пойдет на все.

Облизнув пересохшие губы, я выдавила:

– На все?

– Отрубит тебе руку с меткой, – невозмутимо заявил ящер, – и поселит в своем гареме.

У меня голова закружилась от такой перспективы, и я схватилась за плечо Луда в поисках поддержки.

– Во дворце твою метку зафиксируют наблюдатели, – продолжал панголион. – Ты официально станешь нареченной. Девонир ничего не сможет сделать.

– Хорошо. Тогда надо поторопиться. Скоро Варга будет здесь. Вряд ли она обрадуется, если я скажу, что не вернусь в селение.

– Ты решила не возвращаться? – с нотками отчаяния в голосе уточнил Луд.

Я посмотрела ему в лицо и все объяснила:

– Панголион говорит, что это опасно. Духи меня сами доставят во дворец.

Парнишка порывисто обнял меня и промямлил:

– Удачи тебе! Я буду скучать.

– Слушай, дедушка Ерг просил взять тебя в столицу, – вспомнила я просьбу лекаря. – Стен все равно тебе житья не даст. А в Фористе он тебя не достанет. Ты мог бы выучиться на лекаря в каком-нибудь университете. Или как тут у вас называется школа для врачей?

– Ты про академию? – уточнил парнишка. – Я думал об этом. Только добраться до столицы стоит недешево. Вот я и копил деньги на поездку. Там еще вступительные испытания проходить надобно.

Широкая улыбка сама собой появилась на моем лице.

– Вместе что-нибудь придумаем.

– Хорошо, – кивнул Луд, сжимая ремешок сумы, висящей на плече. – Попробую. Может, и выйдет что путное.

– Ты не против, если с нами пойдет Луд? – спросила я у ящера, почему-то казавшегося мне главным в этой необычной троице.

– Пусть идет, – насупился панголион. – Если он разбирается в травах, это нам пригодится. Залезайте на Яру и вперед. Ведьма уже близко.

Схватив Луда за руку, я потянула его к пуме, точно зная, что именно ее имел в виду ящер. Кажется, я понимала даже больше, чем он выражал словами. Мы вскарабкались на мохнатую спину и вцепились в шкуру.

– Эй, полегче! – возмутилась Яра, оскалив зубы.

– Извини, – отозвалась я и ослабила хватку.

Луд устроился за мной и постарался несильно тревожить пуму.

– Так-то лучше. Теперь главное – не свалитесь.

Я обняла пуму за шею, Луд обвил мою талию руками, и Яра прыгнула, одним махом перескочив поляну. Стволы деревьев замелькали по сторонам, и я с тревогой спросила, склоняясь к уху пумы:

– А где ящер и жук? Они не потеряются?

– Не волнуйся, – на бегу отозвалась та. – Они в порррядке. На стоянке догонят.

Больше вопросов я не задавала. Яра неслась с невероятной скоростью, и мне чудилось, будто деревья и кусты сами собой перед нами расступаются. А, может, так оно и было, точно не знаю.

Глава 8

Бешеная гонка, по моим ощущениям, продолжалась несколько часов. Постепенно все переживания отодвинулись на второй план, и усталость начала брать свое, но верхом на пуме об отдыхе можно было только мечтать.

Когда солнце поднялось из-за деревьев и оказалось у нас над головами, Яра начала замедляться. Жара стала невыносимой. Пить хотелось все сильнее, тело ломило от непривычной езды, и я уже с трудом держалась.