Полина Корн – Ювелир Лазурных драконов, или Загадочный Камнегрыз (страница 27)

А я… вдруг поняла, что не хочу никуда уходить.

— Ваше предложение по хорошей комнате еще в силе? В моей слишком холодно, — я обиженно надула губки. Акция имела две цели: переселение и отсутствие критики моего прежнего решения. Не хочу я, чтоб драконы поминали мне ту выходку… Да, наверное, поступаю как ребенок, но все равно…

— Конечно, Рури… Сейчас же распоряжусь. А ты пока займись прокормом этих паразитов, — мы вошли в комнату, где меня крайне бережно поставили на пол.

— Булыжник ням-ням! — завопил один из малышей, забавно подталкивая локтями остальных. Я подумала, что этот ненасытный малый точно заслуживает прозвища Обжорки.

— Еда! Ням-ням! — согласился другой, вожделенно поглядвая на гранитный кусок, доставленный Лойдом. Этот точно мог бы стать… Глазастиком.

А третий просто напросто дал им двоим по головам и с умным видом заявил:

— Ждать ням-ням! Не готово ням-ням! Мама сделает мел-ням! — глянул на меня своими сверкающими глазами-бусинками, так, словно я была неким божеством. Я неуверенно кивнула в ответ. Самый дисциплинированный, несмотря на голод. Он будет Мудриком.

Остальные камнегрызы восхищенно заголосили в общей массе.

— Ням-ням! Мел-ням! Еда!

— Как ты можешь находиться здесь, когда они кричат свою тарабарщину? — Лойд зажал уши. — Я пойду найду Павелу, — указал пальцем на дверь и скрылся за ней.

Значит, Лойд не понимает их. Но по некой причине, я могу различить слова маленьких существ. Подумаем об этом позже, сначала нужно их накормить! Возможно тогда, малыши станут более разговорчивыми.

Глава 15. Наживаем проблемы

Лойд шэ Расс

— Она согласилась, — бросил я, весьма довольный своими успехам, едва зашел в нашу общую теперь с братом комнату, зная, что близнец поймет смыл слов с одной фразы.

Грэг растянулся на диване, с глуповатой улыбкой исследуя потолок.

— Значит, мои труды не прошли даром, — самодовольно заявил этот олух, несомненно имея в виду оральные ласки, манящий след от которых я и унюхал, стоя рядом с девушкой в тупике пещеры. Но я понимал. Рурина — гораздо более сложное существо, чем большинство человечек, ее нельзя очаровать исключительно красивым телом. И хоть сейчас, все мое существо безмерно завидовало братцу, я понимал: придет и мой час, когда сполна получу свою награду за терпение.

А как еще можно было охарактеризовать эту доверчивую манеру, с которой Рури прижималась ко мне, пока я нес ее на руках, таща проклятый булыжник для кормления тех неразумных тварей, испортивших нам уже добрую половину поместья.

— Звали? — в дверь поскреблась Павела.

Необычайная для нее скромность. С чего бы?

— Да. Приготовь комнату бывшей госпожи для Рурины. Проследи, чтоб там было достаточно тепло и уютно для человечки, — распорядился холодным тоном.

От меня не скрылся плотоядный, буквально пожирающий взгляд, которым экономка одарила Грэга, лежащего на диване, и сразу посмотрела на меня скромно и по-деловому. Брат накинул домашнюю рубаху. Та разнузданно лежала на нем, едва прикрывая грудь.

— Как прикажите, господин, — проворковала экономка, продолжая прожигать Грэга подведенными черной краской глазами. Ее губы блеснули в свете камина, зажженного братом.

Что примечательно, Грэг не спешил замечать женщину, явно думая о своем. Наверняка вспоминал, как ласкал нашу малышку.

— Можешь идти, — с нажимом произнес я, намекая, что кое-кому уже пора убраться из моих покоев.

Павела недовольно скуксилась, а после удалилась, избавив нас от своего тягостного присутствия.

— Боюсь, экономку придется сменить, — сказал я, подходя к дивану. Брат освободил место, давая мне сесть рядом.

— С чего бы это, Лойд? Она несколько поколений обслуживает нашу семью. Долгоживущий коричневый дракон — такая редкость…

— Мне не нравится, как она на тебя смотрит, — признался я, думая о вопящих камнегрызах. — Мы с Рури позаботились о малышах. Наверное, она скоро сможет их разговорить и узнать причину странного поведения. А еще, угадай, где мы встретились?

Брат усмехнулся.

— Наверняка ты сам забрел к ней в подвал, — выдал этот гигант мысли. Горько признавать, что на этот раз он оказался недалек от правды.

— Я намеревался проверить, как она устроилась. Кхм, — прочистил горло, скрывая собственные чувства. С чего бы такая сентиментальность, не замечал с собой такого ранее. — Но застал ее в комнате Сердца.

— Чего?! — брат буквально подпрыгнул на месте. — Как она туда попала? С ней все хорошо? — переполошился дракон, прекрасно зная, на что способно Сердце. Магический сгусток, часть свободной стихии драконьей магии, обитающей в этих горах, оно опасно для любого, кто приблизиться к нему с недобрыми намерениями в направлении подопечных драконов.

— Да, но, кажется, Рури может стать драконом, — сказал ровно, пряча вибрирующие радостные нотки в голосе. Ожидал ли я, что буду столь по-мальчишески надеяться на взаимность дерзкой девчонки? Отнюдь. Вчера утром моя жизни была наполнена серыми, депрессивными красками, а теперь… играет радугой после сильного ливня. Волнение заставляет путать слова и терять контроль рядом с ней, а самое главное, мне совсем не хочется использовать эротическую магию. Я хочу видеть ее искреннюю реакцию на себя.

— Малышка… так и знал, — кажется, он не был удивлен. — Завтра же утром я наведу всевозможные справки. Сейчас в королевстве людей глубокая ночь. Между прочим, ты не против, если я провожу Рурину в новую комнату?..

— А если против? — рыкнул я, ощущая, как мой внутренний зверь начинает махать хвостом, в желании бороться за самку. Он не пощадит и брата. Только честная победа устроит сильного Лазурного монстра.

— Ха-ха. Смотрю, Крошка приучила твоего холодного дракона, — брат поднялся, и поспешил к книжному шкафу. Пробежался грубыми пальцами по корешкам, выбрал неприметный серый том. Вроде бы кулинарную книгу. — Придется уступить тебе этот вечер. Не буду же я ссориться с братом из-за девушки.

Грэг подмигнул мне, вернулся на диван и разложил книгу на коленях, казалось бы, полностью увлекшись чтением. Никогда не замечал за ним тяги к приготовлению пищи. Впрочем, последние годы мы совсем перестали нормально общаться. Еще больше меня удивила его уступка. Импульсивный огненный дракон позволяет мне провести время с девушкой? С чего бы?

Я прищурился. Но Грэг проигнорировал мой жест, полностью поглощенный чтением. Хм. Тогда я зашел в свой кабинет, захватил шкатулку для связи, обещанную Рури, и зашел в ее комнату, проверить, как идут дела с подготовкой покоев нашей матери к заселению туда новой особы женского пола.

Распахнул дверь, сделал несколько шагов внутрь, а после все вокруг потемнело. Шкатулка вывалилась из ослабевших пальцев. Я только успел заметить злой взгляд подведенных краской глаз.

***

Рурина Амбер

Простейшее заклинание трансмутации — и, под восхищенные вопли малышни, одним ловким движением, кусок гранита превращается в отборный хрусткий мел высшего качества, с идеальным балансом минералов для питания низших разумных существ, живущих предпочтительно в горных пещерах. Я предварительно пролистала потертые страницы учебника, точно сверившись, какой именно мел предпочитают камнегрызы.

Разделила кусок на ровные части, чтоб хватило каждому, а потом с умилением смотрела, как они лопают его, держа в маленьких лапках, похожих скорее на конечности серой каменной ящерицы с крошечными коготками, и щурятся от удовольствия.

Малыши дважды просили добавки. И снова называли меня мамой.

— Мама, ням-ням! — кричал Обжорка, требовательно просунув лапку между прутьями клетки. Глазастик внимательно наблюдал за ним. Наверное, чтоб потом сделать выводы подействует ли его просьба его брата или нет. А Мудрик вообще ел молча, жадно и быстро.

Когда из клеток перестало доноситься удовлетворенное чавканье, самый разумный из камнегрызов обратился ко мне. Выглядело это, конечно, презабавнейшим образом. Мелкий монстрик перевернул миски, выставленные для остальных, водрузил их друга на друга, соорудив настоящий пьедестал, а потом с умильным кряхтением взобрался на него.

— Мама нас понимать! — сообщил он остальным с доверительным видом. — Мама подтвердить.

Камнегрызеки уставились на меня полным ожидания взглядом. Я кивнула.

Существа сгрудились в одну кучку и возбужденно загомонили.

— Но нас никто не понимать! — авторитетно сказал Глазастик, смотря на меня крупными черными бусинами.

Я присела возле клетки, чтоб сравняться ростом с малышами, выглядеть более достойной доверия и начала говорить на упрощенном наречии, стараясь донести суть своей мысли до созданий в клетках.

— Я понимать язык камней. Волшебник, — и высекла пальцами небольшую искру, чтоб доказать свои способности. Лучшее, что я могла из бытовой магии. Потом подумала.

— Не верить, — заявил Обжорка. — Дай ням. Тогда подумать. — И руки в боки упер, показывая округлый животик. Тогда я снова внимательно пригляделась к камнегрызам. Они выглядели… худыми. Все, кроме этого.

— Но ведь вы только что ели мел, который я сделала! — нашлась я. — Не будет ням, пока не расскажите, как вы оказались в Топазовом Гроте и почему разрушаете дом!

Обжорка удрученно покачал головой, сузив глазки. Потом обиженно плюхнулся на пол, поняв, что угощение ему больше не светит, постучал по брюху и снова бросил на меня умоляющий взгляд.