Полина Измайлова – После развода. Слепая любовь генерала (страница 14)

Не имея возможности высказать всё дракону или огреть его магией, а уж тем более теми палками, которыми вчера дрались адептки на площадке, я изводила свою злость иначе. Царапала позолоченным пером деревянный стол, который, судя по виду, был весьма дорогим.

Как я раньше не замечала, что простолюдины пишут обычными металлическими наконечниками?

Искренне верила, что мне выдали самое приличное перо, и всё за счёт Академии. Оказалось, его передали из дворца по запросу капризной принцессы.

И таких мелочей оказалось бесчисленное количество.

Бесчисленное количество, которое поможет мне продержаться в Академии до конца третьего курса. Если я получу распределение, то получу и базовое содержание. Это то, о чём умолчал Дарий, но проболтался наш комендант.

Все, кто перешёл на четвёртый курс, получают стипендию. Практических занятий у магов станет больше, и будут они уже не просто в лесу, а в настоящих отрядах стражей. А потому и содержание у адептов больше напоминает жалование.

Мне такой расклад понравился, осталось найти золото, чтобы прожить ещё одно полугодие.

Золотое перо было только одной из немногих вещей, которые я хотела оставить. Металлическое просто сломалось бы от такого усердного издевательства над столом.

Пока что это единственная пакость, которую могла себе позволить Мия Лоус. Надеюсь, только пока.

— Вот ещё это, рама позолоченная. За золотой простолюдинки такое оторвут с руками, ещё и детям будут в наследство оставлять, — прошипела Шушу, вытаскивая из тумбочки моё зеркальце.

Змейка взялась проводить досмотр моих вещей с присущим ей энтузиазмом.

Если бы могла, она бы и бельё моё раздала за серебряные монетки. Бельё, которое, как оказалось, тоже прислали из дворца. Как и ткань для пошива формы, и туфли, и зимние ботинки, и пальто. И большинство из того, что на мне надето или находится в этой комнате.

Чтобы понять, что носят простые магессы, пришлось прогуляться на бытовой факультет.

Форма, которую выдавала Академия, выглядела совсем не так, как моя. Оттенок с зелёного был почти болотным, ткань грубой и совсем не шёлковой, а белые блузы и воротнички стали серыми от постоянных чистящих заклинаний.

Пока я слушала Шушу и её подсчёты наших предполагаемых запасов, в дверь тихо постучали.

— Адептка Лоус, вам посылка, записка внутри, всё проверено магией, не опасно. Приложите палец, — бубнил парень с бытового, которого частенько оставляли разносить посылки магам по комнатам.

И за это он получал так называемую «стипендию». Только состояла она из монет, которые платил магу наш ленивый комендант, и тех, что давали аристократы, отправляющие друг другу письма, подарки, сюрпризы и пакости.

Фраза о том, что посылка проверена, была обычной. Нередко, открыв коробку, можно было наткнуться на брызги чернил или чихательный порошок. От таких сюрпризов магия не спасала.

— Спасибо, Торри, я монетку дам в следующий раз, ладно? — впервые оправдывалась перед парнем, и он даже икнул от неожиданности.

Раньше, получая посылки, как считала от ректора, я просто забирала коробку и хлопала дверью у самого носа этого мага.

Сейчас почему-то стало неловко.

Всё стало слишком настоящим. Чем больше я узнавала об этом реальном мире, тем больше удивлялась, как вообще они тут выживают, почему не злятся и не жалуются.

— Похоже, и правда ректор тебя поздновато из-под воды вытянул, Лоус, — удивлённо сказал парень и пошагал дальше, выискивая следующий номер комнаты.

Популярная версия того, что случилось с Мией Лоус.

О чём только не сплетничали: в озере меня покусали магические пиявки и высосали проклятие высокомерия, или в моё тело вселилась заблудшая душа. Ну и самое популярное — от нехватки воздуха помутился рассудок и начались проблемы с памятью.

Я не спорила. Быстро меняла тему или, как сейчас, — била себя по лбу и напоминала, что стоит вести себя как обычно, просто не так высокомерно.

Положив коробку на кровать, я позволила Шуше проверить всё наверняка.

— Наряд, украшения, записка, — сообщила содержимое моя помощница.

Весьма неожиданное содержимое.

Бал уже через три дня, но я не планировала на него идти.

Десять золотых Рори всё ещё лежали на столе, напоминая о минуте моего позора, и их предстоит вернуть. Других же денег у меня не было и не предвиделось.

Нет, мы с Шушу рассмотрели вариант купить платье, посетить первый взрослый бал вне дворца, а потом продать что-то из вещей аристократам и вернуть Рори деньги. Планировали, а потом я наведалась на бытовой факультет.

Три золотых за приличный наряд для такого бала оказалось недостаточно. К платью нужны туфли, а ещё накидка. В зале будет не жарко, и не форменное пальто мне надевать. За окном лежат сугробы, а значит, накидка должна быть тёплой и в идеале меховой, а еще перчатки и хоть какое-нибудь украшение на шею…

В целом магесса с бытового факультета насчитала мне ровно десять золотых — два месяца учебы и жизни в Академии. Монеты Рори после такого вернулись на стол, а я решила, что не так уж хотелось.

— По меньшей мере ты не увидишь дракона с его крысой, — окончательно успокоила меня Шушу.

Коробка стояла на кровати несколько часов, пока я пыталась понять, стоит ли ее открывать.

Если Дария замучила совесть, это был слабый способ извиниться.

Или это Афилия не смогла помочь деньгами, но прислала платье.

А может, мама?

Она знала, как я когда-то мечтала попасть на бал. Но каждый раз меня отправляли в комнату после банкета.

— Слишком много чужаков и слишком небезопасно. Не раньше, чем на руке появится браслет, — выдавала она свою обычную отговорку.

Пока во дворце гремела музыка, мы с Шушу танцевали вдвоём, пока не начинали болеть ноги.

— Открывай, если это от Дария, там такое платье, что отдать бытовикам на ткань на тряпки, — поторопила меня Шушу.

Нет, это платье выбирал точно не Дарий и даже не его супруга. Мина не обладала безупречным вкусом, в отличие от того, кто выбирал для меня этот наряд.

Нежно-розовая сияющая ткань и такие же идеально подходящие к наряду туфли.

— Шушу, я сейчас заплачу. Это самое красивое платье, которое я надевала, — приложила платье к себе и встала перед зеркалом.

Змейка молча вынула заколку из волос. Чёрные локоны рассыпались по плечам, и мы с подружкой томно вздохнули. В зеркале была не Мия Лоус — по ту сторону на меня смотрела принцесса Амелия.

Редко в каком наряде я была настолько хороша. Даже стало обидно, что никто не видел подобное очарование.

Уверена, появись я в подобном виде в столице, называть имя не пришлось бы. Я была точной копией матушки в молодости, а она до сих пор считается первой красавицей королевства. Только волосы, как и магия, достались от отца.

— Красота. На любом из приемов во дворце я была бы самой завидной спутницей, — похвалила своё отражение.

Неудивительно, что родители не пускали меня на балы. Появись я в подобном наряде, им неделями пришлось бы писать отказы ухажерам.

Вздохнув, я посмотрела на такую же зачарованную Шушу.

— Кто бы ни прислал этот наряд, он золота не пожалел. А ещё там шубка и ожерелье: белое золото, морганит, сапфир. Дорого, очень дорого, даже твоя сестра не стала бы тратить столько золота, — прошуршала змейка.

— Не стала бы, и в этом проблема. Никто из них не стал бы. Больше некому дарить мне подобные платья, да и незачем, — задумчиво посмотрела в отражение.

Шушу, как всегда, сообразила, что именно следует сделать.

— Мне жаль, Амелия. Если нужно ещё что-нибудь, ты знаешь, где меня найти. Или пришли записсску, — прочла змейка приложенное письмо.

— Дракон! — выпалили мы одновременно.

Так вот кого совесть замучила. Ящер понял, что из-за него я осталась и без золота, и без поддержки семьи, и решил откупиться платьем.

Первым желанием было взять коробку и надеть её чешуйчатому гаду на его чрезмерно раздутое самомнение. Но вместо этого, я кинула платье на стул и села на кровать, сметая с нее короб с украшениями.

Больше они не казались мне красивыми и блестящими.

— Жаль, до бала осталось всего три дня. Продать бы это платье, и можно не переживать из-за денег до конца курса. Ещё и сходить на ярмарку денег хватит, — разочарованно вздохнула.

— Шшшубку надень завтра на лекции и серьги, — подсказала выход змейка.

— С формой оно будет выглядеть нелепо, но у меня есть другая мысль, — спрятав в пальто десять золотых, я сложила подарок ректора в коробку и затолкала под кровать.

Каким бы красивым ни было платье, оно запачкано предательством. От такого не помогут никакие очистные заклинания.

Я бы выкинула наряд или гордо вернула его ящеру. Но гордость для нищей принцессы — слишком большое удовольствие. А север, на который меня отправят, слишком холодный, чтобы попасть туда из-за глупого скандала.