Полина Измайлова – После развода. Слепая любовь генерала (страница 13)

Игры не игры, но я совершенно ничего не поняла.

При чём тут ковен к тому, женат Дерек или нет?

Ведьмы всегда жили отдельно, и уж семейное положение ректора — это последнее, что будет волновать главу ковена. Или нет?

— Ничего не понимаю, — раздраженно бросила Дарию.

Каждое новое объяснение всё больше запутывало, и это раздражало. Наверняка он что-то умалчивает, выдавая правду отрывками.

— Поэтому тебе и не сказали, — сделал вывод принц и развернулся. — Ты ребёнок. Просто незрелый капризный ребёнок. Детей не спрашивают их мнение, когда ведутся взрослые дела. Займись учёбой и своей магией, теперь ты как все обычные адепты. И не донимай Дерека — ему без тебя забот хватает. Начнёшь чудить — вернёшься домой или отправишься дышать воздухом в замок на севере. Там можешь капризничать и пакостить сколько пожелаешь, — строго пригрозил он ссылкой.

Вот такого точно никогда не случалось, и этот маг, который стоял передо мной, показался совершенно чужим. Он будто не слышал меня или просто не хотел слышать.

— Кто ты? — спросила у мужчины у окна.

Мой брат был совсем другим — внимательным, улыбчивым, заботливым.

За два года мой Дарий превратился в… дракона. Холодного, грубого, безэмоционального, чужого.

Очередной вопрос вызвал у брата хриплый смех.

— Я наследный принц Аркама, будущий король. А ты уже выросла и должна понимать, что быть принцессой — это не только золото и капризы, но ещё и обязанности, — произнёс он тоном, будто объяснял приказ прислуге. — Мы достаточно долго потакали твоим шалостям, но это время прошло, пора взрослеть, — всё так же невозмутимо добавил Дарий, а потом, с осанкой наследного принца, вернулся за ректорский стол.

Не знаю, чего именно он ожидал в ответ: слёз, истерик, капризов или оправданий. Возможно, раньше я бы именно так и поступила, но теперь внезапно растерялась.

С этим чужим магом, сидящим за массивным столом Зади Фурая, любые слова кажутся бессмысленными. Всё, что я скажу, наверняка лишь спровоцирует новый поток угроз и упреков.

Перетаптываясь с ноги на ногу, я перебирала в голове вопросы, но ни один из них так и не решилась озвучить.

— Если это всё, вы можете идти, адептка Лоус. Останетесь ли вы в Академии или покинете её — теперь зависит только от вас. Когда господин ректор вернется из лагеря ведьм, я сообщу ему результат нашей беседы, — официальным тоном объявил Дарий.

Такой его голос пробирал до костей. С отголосками магии, он внезапно вызвал желание зареветь. Так они с отцом говорили только с теми, кто оказался в немилости.

Эта интонация дала понять больше, чем любые угрозы и наказания.

С самого детства, даже если отец и брат ругали меня за проказы, они никогда не обращались так, будто я чужая. Сегодня это случилось впервые.

Непонятно, что именно наплел дракон брату и отцу, но это сработало.

Как бы печально это ни звучало, Рори оказался прав. Теперь, Мия Лоус, официально покинутая, никому не нужная и без золота. Даже денег на бальное платье у меня больше нет.

Даже не помню, как вышла из кабинета ректора и как добралась до своей спальни. Спальни, за которую, как оказалось, тоже нужно было платить.

— Что-то ты зелёная, будто сейчас стошнит. Неужто чешуйчатый предатель снова поцеловать пытался? — решила подколоть меня Шушу.

Заметив, как по щеке покатилась слеза, змейка перестала тихо шипеть над собственной шуткой про дракона. Она забралась мне на плечо, обвилась вокруг шеи и вопросительно посмотрела в глаза, стирая слёзы хвостом.

— Дарий приходил. Этот гад чешуйчатый… Он им нажаловался… — всхлипнула, убрала свою утешительницу и упала на кровать.

Ни о какой учёбе сегодня речи идти не могло. До самого вечера мы с Шушу обсуждали сказанное принцем, ругали гадкого ректора и думали, что делать дальше. Ни замуж за кого-то другого, ни тем более на север не хотелось. А когда дракон аннулирует ритуал, мне не поверят и всё равно сошлют.

Королю зачем-то был очень нужен Дерек. Настолько, что они готовы отослать меня на север, лишь бы не потерять мнимую преданность ящера. Иначе объяснить странное поведение Дария было сложно.

Возможно, в кабинете стоял артефакт, позволивший ректору слышать всё, что происходило, и наш с братом разговор. До этой мысли я додумалась не сразу и не сама. Верная змейка была в замешательстве от слов принца и тут же придумывала ему оправдание.

Оправдание рассыпалось прахом, стоило мне связаться с Афилией.

— Прости, Амелия, но отец запретил высылать тебе золото. Я бы с радостью, но стражи меня не послушают и не нарушат приказ короля. Сама понимаешь, — виновато произнесла сестра.

Дарий не успел бы так быстро передать наш разговор отцу, а значит, они всё решили заранее. Не важно, что я говорила брату — они уже знали, каким будет итог. И причин я всё ещё не понимала.

— Что происходит? Дарий ведет себя странно. Если драконы связались с оборотнями, нам нужен Дерек. Но что он может? — решила узнать всё у сестры.

Она никогда не любила придворные интриги и, если что-то знает, обязательно поделится.

— Самый большой ковен ведьм находится на севере, Амелия, а Дерек провёл там много лет. Они знают командира северных стражей и будут вести переговоры только с ним. А ещё он дракон. В случае, если Горное королевство ввяжется в войну, он сможет вести с ними переговоры. Больше никому отец это не доверит, только Дереку. Он же нам почти как родной, — путанно объясняла Афилия.

Что ж, это хоть частично объясняло поведение брата.

— Ну да, только вам, — тихо сказала я, понимая, что никакого подслушивающего артефакта в кабинете не было.

Дерек может послужить королевству. Сейчас он важнее, чем бесполезная, капризная принцесса. Им проще сослать меня, чем выяснять правду и портить отношения с единственным драконом, способным вести переговоры с Акихико.

— Просто потерпи, Амелия. Как только отец и брат получат союз с ведьмами, всё обязательно наладится. Потерпи и сиди тихо, прошу тебя. Во дворце хаос и паника, на границах неспокойно. Просто потерпи и скройся в Академии. Там самое безопасное место в королевстве, — голос сестры звучал умоляюще.

Похоже, за то время, что я была в Академии, во дворце всё изменилось. Судя по тому, что Афилию с мужем выслали на юг, изменилось не в лучшую сторону.

Вероятно, и Зади Фурая отправили на заслуженный отдых совсем не случайно.

Ректор Академии — это не командир пограничного отряда. Отец повысил статус безродного найденыша так высоко, как только было возможно.

Драконы — высокомерные существа, и вести переговоры с простым командиром они бы не стали, как и ведьмы. Совсем другое дело — ректор единственной в королевстве Академии магии и колдовства. Это давало шанс через Дерека заключить союз с ведьмами и получить их поддержку в войне, в которой они всегда отказывались участвовать. А ещё шанс на то, что дракону драконы не откажут и хотя бы не сразу убьют. А в идеале даже выслушают.

Переговорник потух, Шушу опустила голову и заползла на согревающий артефакт, а я вздохнула.

— Пора привыкать к холоду, дорогая. Как только чешуйчатый гад заделает Маэль ребёнка и аннулирует обряд, нас отошлют в самую глухую глушь севера, — обреченно сказала, наблюдая, как блуждает в артефакте магический огонёк.

— Дела плоххххи, — подтвердила мои выводы змейка.

Глава 9

Платье

Золотые монеты мерцали в свете артефактов, пока я перебирала их одну за другой, испытывая щемящее чувство, словно ребенок, вынужденный расстаться с долгожданным подарком. Но иного выхода не было.

Плата за обучение внесена лишь до объявления полугодовых результатов, которые огласят вскоре после бала, организованного новым ректором.

За последние дни, общаясь с магессами из других групп, я осознала истинную ценность этих монет.

Как выяснилось, на приличное платье хватит и трёх золотых, а на десять можно оплатить жизнь в Академии по меньшей мере на два месяца. Если, конечно, ютиться в общей комнате на шесть человек и не слишком перебирать питанием и формой.

А ещё оказалось, что кроме золотых есть серебряные монеты, и они не только для того, чтобы раздавать их детям на площади. Десять серебряных — это один золотой. На две серебрушки можно купить булку или рыбу, а на три — цветной леденец с ярмарки, которую организовали ведьмы.

Через три дня после того странного разговора с Дарием я узнала, что чешуйчатый ректор пожаловался моему отцу через брата. И не просто пожаловался — он вынудил принца оставить отряд на севере и примчаться в Академию.

Узнала я об этом из гневного письма маменьки, которая подтверждала, что помощи от неё ждать также не следует.

— Будто раньше она хоть раз перечила твоему отцу, — хмыкнула Шушу, отобрала листок и бросила его в камин.

Наблюдая, как горят пропитанные праведным возмущением строчки, я жалела лишь об одном — что не могу так же просто сжечь дракона вместе с его комнатой и длинным языком.

После того как я огрела ящера своей магией, он понял, что разговора у нас не выйдет. Даже не пытаясь снова, Дерек попросил Дария образумить сестру, объяснить мне, что происходит, и как следует себя вести.

Видите ли, его ректорское величество опасалось, что я закачу сцену ревности на балу или сорвусь, раскрою свою магию, нашу связь и разрушу союз с ведьмами.

Вспоминая ровный почерк королевы, я фыркнула и оставила глубокую борозду от пера на столе — это помогало от злости.