Полина Граф – Доминум (страница 86)

– Что за черт?

– Проникновение! – воскликнула Тараре. – Но… это невозможно! Они неспособны!..

И тут двери резко распахнулись. В коридоре было темно, а потому вошедшая фигура озарялась лишь алым сиянием проекций. Эквилибрум медленно двинулся вперед, грозно и холодно оглядывая нас с высоты своего почтительного роста.

Едва Поллукс увидел вошедшего, как его лицо исказилось безмолвным потрясением, которого не смог добиться даже Гортрас.

– Как ты посмел прийти сюда?!

– Обстоятельства вынудили, – басовито прогудел вошедший. – Более того, я знаю, где на подчиненных лично тебе центрах «Белого луча» в защите имеется черный ход. Ты не изменяешь своим привычкам.

Рядом с Альдебараном Поллукс казался дышащим ему в грудь карликом. Звезды замерли друг напротив друга, только вот рыжеволосый дрожал от злобы, а второй бесстрастно взирал на него сверху вниз.

– Тараре, напомни мне потом изменить особенности защитных панелей, – натянуто сказал Поллукс, при этом состроив такое лицо, словно ему пришлось прожевать порцию черной гнили.

Мы – протекторы – глядели на все это с затаенным дыханием, боясь пошевелиться, только бы не привлечь внимания Альдебарана. Но серебристые глаза заоблачника скользнули ко мне, точно резанувший по воздуху клинок. Я замер.

– Ты больше не монструм. – Испещренное шрамами лицо нахмурилось. – Почему?

– Я еще раз повторяю: как ты посмел заявиться сюда, ты, кусок… – гневался Поллукс, и на его пальцах вспыхнули оранжевые искры.

– Я исполняю приказ Бетельгейзе Хранящей и пытаюсь спасти Антареса, старый друг, – вздохнул Альдебаран.

– Не друг я тебе, подстилка режима! – оскалился Опаленный.

Префект утомленно склонил голову, оценивающе рассматривая Поллукса.

– Ты так и не добрался до красного спектра.

Я уловил в его интонации не простую констатацию факта, а толику сожаления.

– Да неужели?! – взорвался рыжий. – А кто обрек меня на этот застой, не напомнишь?!

– Ты нарушил закон, Поллукс. Главный закон.

– Глупое, непродуманное и лишающее всякой свободы правило! – Тот нахально ткнул Альдебарана пальцем в грудь. – Ты уничтожил меня и мою жизнь! Лишил сил и генума! Мы же одной крови!

– И лишь потому, что ты мой брат, я не собираюсь тащить тебя как преступника Света на суд, – отметил эквилибрум.

Я лишь изумленно хлопал глазами, пытаясь переварить информацию, что префект Кальцеона, похоже, кровный брат одному из основателей «Белого луча».

– А мы можем ему доверять? – взволновалась Фри, скрещивая руки. – Он точно не последователь Зербрага? Или дэлар?

Поллукс рассмеялся на ее предположение.

– О Вселенная, вам что, в Соларуме все мыслительные процессы обрывают? – Он резко указал на префекта. – Он хоть и ублюдок редкостный, но не настолько, чтоб работать с Зербрагом.

Альдебаран вновь перевел на меня внимание и шагнул вперед. Он сделал жест, который использовали заоблачники при встречах и знакомствах: коснулся рукой грудины и протянул ее мне.

– Рад наконец-то встретиться.

Я убрал накопитель и пожал его ладонь, увидев душу, полную Света. Бесконечная снежная долина сверкала тысячами искр, черные тучи матовым покрывалом заволокли небо. Сквозь них изредка тянулись лучи ярчайшего цвета яичного желтка. Из снега вырывались каменные монументы воителей, застывших в яростном бою. Огромные массивные фигуры с яркими красными глазами. Все статуи были скованы старыми проржавелыми цепями, ветер качал их, наполняя долину тоскливым скрежетом и звоном. В самом центре было выжженное, идеально круглое, обугленное место. К нему были обращены воины, словно к цели, ради которой они отдали жизни. К центру круга тянулись и пленившие их цепи. Они плотно обвивали огромный вонзенный в землю меч, надколотый в нескольких местах и тупой от множества битв, к основанию которого стекалась серебряная кровь.

– У нас с вами осталось несколько минут, – напомнил Стеф.

– Вы обязаны отдать мне Антареса, – заявил Альдебаран. – Я должен вернуть его в Люксорус.

Дан тактично оттеснил меня назад.

– Боюсь, с этим могут возникнуть некоторые трудности, – вкрадчиво сказал он и после поведал о текущем положении дел, в частности о возможном уничтожении города.

Но Альдебаран остался тверд. Он потер грудину, словно она болела, и выдал:

– Миллион, да даже и миллиард душ приземленных ничего не значит по сравнению с потерями, которые мы понесем, если Антарес попадет не в те руки. Хотя, признаюсь, мне не нравится сама мысль об этих убийствах. Но я вынужден подчиниться приказу.

– Ну еще бы, – фыркнул Поллукс.

– А если я скажу, что есть иной путь, при котором мы и Антареса вернем, и людей сохраним? – спросил я.

И, не став терять времени, быстро поведал им о своем плане.

– Ни за что! – воскликнул Альдебаран. – Протектор, ты хоть понимаешь, что это может за собой повлечь?

– Да! – не теряя уверенности, ответил я. – Спасение!

– Макс, это правда звучит донельзя абсурдно, – сказал Дан. – Откуда ты это вообще взял?

– Антарес сам хотел там оказаться! Он до последнего этого желал, значит, оно может помочь нам!

– Безумие. – Альдебаран решительно покачал головой.

– Он был вашим другом. Он спасал вашу жизнь раз за разом, и вы обязаны ему всем.

– Именно поэтому я хочу вернуть Антареса в целости.

– Нет, поэтому вы должны довериться ему!

– Простите, но вы случайно не забыли о том, что нас собираются бомбить? – Стеф откашлялся. – Мы все равно не можем отсюда слиться.

Я напрягся, а затем указал на Фри.

– Она их отвлечет.

Фри удивленно уставилась на меня.

– Альдебаран, они ведь не знают о внешности монструма, – сказал я, подходя к Фри.

– Лишь Бетельгейзе тебя видела и коротко мне описала, – кивнул заоблачник.

– Значит, есть шанс, что остальные не понимают, в ком сидит Антарес.

С этими словами я подергал протекторшу за красные волосы.

Тут все принялись лихорадочно думать.

– А вдруг и правда сработает? – пожал плечами Стефан.

– Да что я вообще могу им сказать?! – всплеснула руками Фри.

– А тебе не нужно даже рта открывать, – встрял в разговор Поллукс, все это время обдумывавший происходящее. – Просто стой и создавай атмосферу. Говорить буду я. Мы просто свяжемся с ними, они увидят монструма, расслабятся, а дальше я начну тянуть время.

– Я не могу допустить… – Альдебаран все еще метался.

Я крепко схватил его за запястье и уверенно заглянул в глаза.

– Антарес этого хотел. Он верил, что спасет всех нас. А вы в него верите?

– Девочка, встань вот здесь! – приказал Поллукс Фри, указывая на место перед окном, где уже была развернута световая панель. – И прошу, ради всего светлого, не открывай рта!

Он взял лицо Фри одной рукой и снисходительно осмотрел, словно товар в магазине. Протекторша хотела было с омерзением от него отбиться, но заоблачник натянул ей на глаза ее же защитные очки.

– На всякий случай, – пояснил он. – Вдруг у них будут вопросы про серебро.

Альдебаран долго думал и наконец посмотрел на меня.

– Тогда я иду с вами. Я обязан защищать его. До конца.

Поллукс сложил руки за спиной и горделиво выпрямился. Когда связь заработала, мы притаились в слепой зоне. На экране появилось несколько полностью черноволосых дэларов. Наивысший нулевой монохром. Сильные ребята. Двое из них были с темно-серой кожей, но глаза у них, как и у всех дэларов, были с черным белком, на котором золотая радужка сияла пламенем в беспросветной тьме.