Полина Граф – Доминум (страница 83)
Опаленный яростно ощетинился и уже был готов вылить на меня поток гневных слов, которые даже моя душа не смогла бы перевести, но тут увидел приближающегося Гортраса и преобразился со странным раздражением.
– Всепроникающий Свет, почему я все время обязан проявлять альтруизм!
Фри, Стеф и Дан наконец оказались рядом.
Поллукс вытянул руку, и один из его наручей перетек в ладонь, став тонким посохом. Заоблачник ударил им по земле, и орудие растворилось, образовав вокруг нас мерцающий оранжевый купол, переливающийся так, будто по его граням стекал мед. Добравшиеся до купола всполохи Тьмы от него отскакивали.
– Почему, почему из всей своры вонючих, законопослушных, фанатичных эквилибрумов вы выбрали именно меня? – причитал Поллукс, зажмурившись и потирая висок, словно все происходящее было не эпохальным событием, а всего лишь детской возней, в которой его вынудили принимать участие. – Меня что, зовут «Поллукс Вызываемый-По-Любому-Поводу»?! Правильно, нет! И вы прекрасно знали об этом, раз смогли призвать меня! Какое озарение вообще натолкнуло вас на мысль, что у меня нет иных дел?!
– Заткнись! – выпалил я. – Мы попали в западню!
– Нет! – нагло огрызнулся рыжий заоблачник. – В западню попали
Поллукс развернулся и закрыл глаза ладонью.
– Провалитесь вы в Червоточину, умереть от рук Гортраса! Вам нельзя собираться вместе, это всегда влечет за собой как минимум разрушение планеты! А ведь я только нашел способ убраться и уже был в Саргаровой префектуре, решил взять перерыв. И вот вы вернули меня на эту дрянную планету!
– Закрой рот! – огрызнулся на него Стеф.
– Нет, это вы умолкните и послушайте! – Радужки глаз Поллукса вспыхнули. – Я так вижу, Антарес совершенно лишился сил из-за раскола и вашего общества, и к нему вопросов нет! Я ничего не способен сделать, кроме как отсрочить нашу неминуемую и несомненно мучительную смерть на некоторое время!
Тогда же горизонт озарился алым светом такой мощи, будто там, вдали, грянул атомный взрыв или взошло новое солнце. Поллукс обомлел от увиденного.
– Это…
От чудовищной ударной волны заложило уши, земля дрогнула, заставляя всех согнуться. Пыль клубилась в воздухе. Я слышал крики, но ничего не понимал, различая лишь мерзкий комариный писк в ушах. Все вдруг резко помутнело. Затем пришел жар, словно кто-то открыл раскаленную печь.
Нас спас лишь барьер Поллукса. Каменные породы за его пределами покрывались алыми трещинами, дребезжали и сгорали. Алое зарево закрыло весь обзор, вознеслось к самому небу. Оно было далеко, но его мощь дотянулась до нас; свет и жар поглотили мир, в противовес Тьме, разверзшейся над нами.
– Кого ты еще призвал?! – выкрикнул мне Поллукс, едва слышимый за страшным воем ветра.
– Бетельгейзе!
Вне сомнений, он стал бледнее, чем был.
– А что еще оставалось?! – выпалил я. – Она вторая после Антареса!
– О да! Бетельгейзе только что вошла в Апогей! Ей наверняка хватит сил не только вернуться после него в норму, но и вконец уничтожить здесь все! Отличное решение – вызвать Первого паладина!
Стоило Поллуксу сказать это, как сияющий барьер начал трещать под напором давящих эфиров.
– Нам нужно лишь дождаться, когда зарядится трансфер! – сообщил ему Дан, показывая механизм. – А сам я не могу прыгнуть на далекое расстояние, нас догонят!
Заоблачник на секунду замер с изумленным лицом, но тут же рассмеялся в аккомпанемент треску барьера. Он так заливался, что заглушил все остальное.
– И вы молчали?! Дай сюда, одаренный. – Поллукс выхватил трансфер из рук Дана. – Я же могу его зарядить! О Вселенная, с какими дилетантами приходится рабо– тать!
Тьма почти отгородила нас от всего вокруг, но я видел, как мир поделился на черное и красное и как там, под общим грохотом, на фоне полностью багряного неба, в слепящем пламени проступил огромный, титанический женский силуэт с кольцом сияния за головой, походившим на нимб святых. Окружавшие Бетельгейзе горы раскалывались, их части поднимались ввысь, прямо к ней, и истлевали в импульсах красного светозарного огня, исходившего от звезды, ставшей самим Светом.
Вот что имели все в виду, рассказывая об эквилибрумах, способных уничтожать целые планеты. Я иступленно смотрел на то, чем Бетельгейзе стала, видя в этом ужасную красоту, полную разрушения. Оно соответствовало звездам куда лучше, чем их привычный облик.
Бетельгейзе легко вскинула руки, и исполинская стена алого пламени покатилась в нашу сторону, взрывая и вспахивая породу на многие метры вниз. Устоять на трясущейся земле больше не было и шанса. Жар стал почти нестерпим даже для меня.
Всполохи Тьмы едва дрогнули, похоже, наконец обратив на Бетельгейзе внимание.
Поле в душе Сары погружалось в темноту.
– Макс… – еле слышно прошептала она, по-прежнему глядя в пустоту. – Помоги… помоги мне…
– Я помогу! – Я взволнованно затряс головой. – Обещаю! Ты больше не останешься одна, тебе не нужно бояться и запирать себя! Все будет хорошо!
– Все, выдвигаемся, – сообщил Поллукс, набирая координаты нужного местоположения. – Не забыли личные вещи? Я возвращаться не собираюсь.
– Не оставляй меня…
Глава XXXVII
Чужие истории
В «Белом луче» нас приняли быстро. Поллукс тут же поставил всех эквилибрумов на уши и приказал включить повышенные меры защиты. Здание было окружено сильнейшими барьерами и, по заверениям протекторов, могло выстоять хоть под атомными бомбами. Я пребывал в таком шоке, что меня еле оттащили от Сары. Она была жива, и местные лекари пообещали, что сделают все возможное, чтобы так и осталось, но шансов было мало. Слишком смертоносной оказалась та атака. Остальные протекторы выглядели чуть лучше: немного подпаленные, они то замирали, то слонялись туда-сюда, до сих пор пытаясь отбиться от увиденных в темнице воспоминаний. Никто так и не проронил ни слова. Стефан вообще пластом валялся на лазаретной койке, пока ему восстанавливали кровь. Протектор слишком много спустил на манипуляцию. Думаю, он сделал это с расчетом, что умрет, но этого не потребовалось.
Я искренне не понимал, почему Поллукс не приказал бросить всех нас в карцер. Он был на взводе и не прекращал припоминать нам любые грехи, причем о большей их части мы слышали впервые.
– Вы хоть знаете, сколько армейских эквилибрумов спустилось на эту планету?! – восклицал он, размахивая руками. – Их количество явно превысило ту отметку, когда я решил благоразумно исчезнуть. Но нет! Я теперь опекун трех с половиной протекторов и одного обессиленного монструма!
Я разозлился.
– Трех с половиной?! Не смей так говорить, она жива!
– А я не про вашу больную, я про маленькую девочку, – фыркнул Поллукс, снисходительно посмотрев на Фри, а потом указал на Дана. – Хотя он своим ростом это компенсирует.
– Шутник, блин, – буркнул Стефан.
– Между прочим, выслушав ваш рассказ, я так до конца и не понял: зачем эта орнега потащила вас в темницу? Она не знала, что там Гортрас? – задал веские и давно назревавшие вопросы Поллукс. – А если и вправду не знала, зачем Антарес хотел там оказаться? Для чего был этот сбор осколков, если, забирая третий, вы так или иначе не могли не выпустить самый страшный кошмар Света? Ведь в противном случае вы бы остались там до скончания времен!
Ответа ни у кого не было. Даже у Антареса. Не дождавшись от нас внятных объяснений, Поллукс закатил глаза.
– Ладно, зайдем с другой стороны. Что вы теперь намерены делать? Ждать отряд Бетельгейзе? Я бы не хотел увидеть ее головорезов у себя на пороге!
– Вытащите его из меня, – произнес я.
Все пораженно уставились на меня.
– Макс, ты точно этого хочешь? – неуверенно спросил Дан, который после пережитого выглядел непривычно грязным и растрепанным. – Кто знает, что это повлечет за собой…
– Вытащите его к чертовой матери! – сердито вскинул голову я. – У меня больше нет сил таскать его в себе! Все… Я сделал все, что мог!
Друзья и Поллукс молча наблюдали, как я меряю шагами комнату и в конце концов со злостью переворачиваю столик с медицинскими приборами. Фри зажмурилась от грохота.
– Хватит! – выпалил я и остановился, пытаясь отдышаться. – Сделал все и даже больше. Нашел его душу, все части до единой, как и договаривались. И бонусом выпустил темного! Все. Достаточно. Ищите мне того, кто умеет отсекать осколки без повреждений.
Я больше не мог терпеть. Все провалилось, хуже быть уже не могло. Я устал и чувствовал себя преданным, причем неизвестно кем. Возможно, самой Вселенной.
– Здешний специалист остался по ту сторону облаков, – сообщил Поллукс.
Дан тут же щелкнул пальцами.
– У меня есть одна знакомая, которая возьмется. Только будет ворчать.
Нерман – планетарша, которая когда-то разрешила Дану пользоваться своей меткой, – и правда не была в восторге, что ее выдернули из Монсиса, заставив прибыть в «Белый луч». Она долго ругалась с эквилибрумами, которые не слишком-то учтиво ввели ее в помещение.
– Чтоб я работала с «Белым лучом»?! Что вы о себе возомнили?! Я не хочу получить метку на душу от начальства за связь с вашим сбродом!
Поллукс успокаивал ее, как умел, без особой искренности.
– Мы не то чтобы просим прощения за столь внезапный вызов, но нам тебя очень рекомендовали. Прими за комплимент.