Полина Диева – Без права на измену. Ад в Раю (страница 44)

— Сделаю всё, что вы хотите, только не заставляйте меня жить здесь, — я бросилась к тётке, как только та открыла решётку, чтобы затащить в мою нору обогреватель.

— Уверена? — та строго посмотрела на меня.

— Да. Я поеду. И буду ласкова с ним, обещаю.

— Хорошо. Дам тебе ещё один шанс. Можешь вылезать.

Сколько я провела времени в подвале? Должно быть, несколько часов, но этого времени хватило, чтобы забыть, насколько сладок чистый воздух.

Глава 70

У меня не было времени, чтобы переодеться или перекусить — тётка сразу повела меня к автобусу. Остальные девушки уже сидели на своих местах. Многие накрасились и сделали укладку.

— Последняя. Счастливого пути.

— И вам счастливо оставаться. Больше так не задерживайте, сами знаете.

— Новенькая. С ними всегда проблемы.

— Бабы, что взять, — водитель сплюнул в открытое окно и нажал на педаль газа.

Около часа в пути и автобус остановился у придорожного мотеля, окружённого еловым лесом. Очень красивое место, при других обстоятельствах я бы любовалась им, но сейчас оно вызывало только ужас.

Все девушки выстроились в ряд и медленно покинули автобус, зашли в мотель и встали полукругом у камина, рядом с которым стояла ещё молодая женщина.

— Так, Ева, Анжела, Лиза. Три победительницы получают главный приз — бандаж и месяц безработной жизни. Остальные в гримёрку. А ты кто у нас?

— Даша.

— Даша. Что мне с тобой делать, Даша? Вместо кого она? А, всё! Помню. Как же быстро вы рожаете. Иди за мной, Даша. В таком виде тебе нельзя быть здесь. Девочки, вы знаете куда идти. Зови меня Нинель, малышка. Подними глаза. Красива! Покажи грудь.

— Зачем? — я с трудом удерживала жгучий взгляд её чёрных глаз.

— Нам нужна будет фотосессия, и тебе нужно будет полностью раздеться. Ложись на шкуру у камина, огонь облагораживает образ.

Меня начало трясти. Её слова напомнили об ожогах на телах девушек бункера. Но нет. Она не то имела в виду. Успокойся. Я начала медленно раздеваться.

— Постой. Сначала — гримёрка. У нас новый клиент и он хочет именно тебя. Тройной прайс за выбор никто не отменял, но мы обязаны уведомить его обо всех твоих недостатках. А если говорить точнее — показать достоинства.

— Новый? Мне сказали, что я буду спать с клиентом другой девушки.

— Вероника, Вера, Верочка. У них почти история любви была. И ребёнок у них общий, но, увы, её клиент отказался продлевать абонемент. Бедняжке опять придётся начинать всё сначала. Бери пример, кстати. Постоянный клиент — залог комфортной жизни. Знаешь, что сделают с тобой после окончания вскармливания?

Я помотала головой, но женщина не удостоила меня ответом. Взяла за руку и отвела в гримёрку — просторную комнату, в центре которой стояла развешанная на вешалках одежда, а у зеркальных стен были расставлены стулья. Все девушки уже переоделись в откровенные платья для беременных, над их причёсками и лицами колдовали молодые парни с бритыми головами.

— Присаживайся. Артурчик, сделай из малышки секси. Постарайся, солнышко, ради меня, — прощебетала Нинель и отправилась делать замечания другим своим подопечным.

Я закрыла глаза и расслабилась.

А когда открыла, с трудом узнала сама себя — ресницы стали втрое длиннее, как у куклы. Яркие тени растянули глаза на пол лица. Губы, обведённые подводкой, манили, а очерченные румянами скулы сделали меня лет на десять старше. Из зеркала на меня смотрела не девочка, а женщина. Сексуальная, манящая, беременная. Юность, похоже, в этом месте не в чести.

— Прекрасно, — подтвердила мои догадки Нинель. — Пойдём делать фото у камина.

К этому моменту в гримёрке осталось всего пять девушек, которые, как статуи сидели в своих креслах. Других уже увели.

— Держи. Красное тебе к лицу. Оно сильно мнётся, старайся не садиться.

— Где мне переодеться?

— Здесь. Ты кого-то стесняешься? Я, кстати, так и не увидела твою грудь. Раздевайся.

Сначала макияж, причёска, а потом одежда. Странно. Будто бы они подбирают её к получившемуся образу. Хорошо, что здесь тепло, а парни совсем не обращают на меня внимания.

— Нет, — Нинель повесила платье обратно. — Красный цвет тебе к лицу, но никак не к телу. Какой же ты была до живота, — она начала яростно перебирать платья, скрывающие фигуру. — Вот! Должно быть твой размер.

Серебристое, полностью облегающее платье, подчёркивало каждую линию моего тела. Оно, будто бы вторая кожа, скользило по нему, скрывая недостатки и подчёркивая достоинства. Нинель с удовлетворением рассматривала получившийся образ.

— Камин не нужен. Скажут, что мы опять обманываем клиентов. Так, — неожиданный щелчок камеры. — Повернись боком. Теперь анфас.

Она сделала фотографий тридцать, потом накинула мне на плечи норковую шубу в пол и велела Артурчику проводить меня в коттедж. Мы вышли через заднюю дверь, за которой многовековые ели скрывали небольшие домики из бруса. Спрятанная от посторонних взглядов проезжающих по трассе людей территория выглядела скромно — припорошенный снегом зелёный газон, бассейн, законсервированный на зиму и коттеджи. Похоже, застройщики этого места сделали всё, чтобы не привлекать излишнее внимание.

Впрочем, внутри домики тоже особо ничем не выделялись. Гостиная, единственная спальня и санузел. Всё. Даже террасы не было. Только искусственный камин, с трудом вписавшийся в интерьер.

— Утро доброе, — я думала, клиент ждёт меня, но ошиблась.

Коттедж оказался абсолютно пуст. Артурчик как-то незаметно пропал, и я осталась совсем одна. Хмм… Что теперь делать-то? Гулять в лёгком платье совсем не хотелось, да и не для того нас привезли в мотель. Остаётся только одно — ждать.

Глава 71

— С этого момента ты будешь делать то, что я тебе прикажу, — знакомый голос разбудил меня.

Всё же просыпаться рано утром — это не моё. Да и привыкла я за месяцы, проведённые в Раю, бодрствовать по ночам.

— Вы? — изумлённо хлопала сонными глазами.

— А кому ты ещё нужна, дурочка. Тебе же говорили — согласись на изменение арендатора. Почему ты тогда упёрлась? Не важно. Так даже лучше.

Гриша. Григорий. Тот самый клиент из Рая, на дочь которого я так сильно похожа. Он сильно изменился с тех пор, как я видела его в последний раз — отрастил густую бороду и, вроде как, постарел.

— Лучше? — всё ещё не до конца проснувшись, повторила последнее слово, сказанное им.

— Конечно, лучше. Теперь я ближе к своей дочке. Ты видела её? Отвечай! Ты не могла её не узнать.

— Тише, здесь могут быть камеры.

— Здесь? — мужик расхохотался. — Это нелегальный бизнес. Какие камеры? Я сам о нём узнал от твоих друзей.

Моих друзей? У меня нет друзей, и никогда не было. Разве что, Настя. Или…

— Костя?

— Не знаю никакого Костю. Твой предыдущий арендатор и кучка его собутыльников. Они собираются вместе, что-то про права женщин вещают. Мне это не интересно. Единственное, что я хочу — увидеть свою дочь и убедиться, что с ней всё в порядке.

— Она точно не в порядке, — встала с дивана и посмотрела ему прямо в глаза.

— Не смей так говорить, — он ударил меня по щеке, я зашаталась и чуть не упала на пол. — Тихо, тихо, не плачь.

— Я и не собиралась, — отпихнула его от себя. — Хорош папаша. Вашу дочь насилуют, заставляют тяжело трудиться и рожать каждый год, а когда она перестанет быть полезной, вообще запрут в подвале и будут кормить отбросами. Зачем вам знать, как она, если вы не собираетесь ей помогать?

Он ничего не ответил на мою отповедь, только налил себе полный стакан виски и закинул его в рот. Потом долго сидел у «камина», обдумывая что-то и, наконец, заговорил:

— Про существование мотеля мало кто знает. Они хотят устроить большой взрыв. Что-то типа теракта. Не хотел тебе говорить, но мне просто необходимо, чтобы ты мне полностью доверяла. Я согласился пронести сюда самодельную бомбу, умереть ради своей девочки. Но ты должна найти её. Уговорить приехать в мотель. Мы нашли для вас отдалённую ферму. Там редко появляются посторонние.

— Ничего не выйдет. Нас будут искать.

— После взрыва ничего не останется.

— Они изучат каждую обгоревшую пылинку, пока не убедятся, что погибли все, — я грустно покачала головой.

Гриша взял мою покалеченную руку и долго рассматривал её.

— Ты уже лишилась одного пальца, тем проще будет отказаться от предплечья. Не буди меня.

Он ушёл в спальню и сразу захрапел, так и не дав никаких приказов, зато посеяв в моей душе кучу сомнений. Если я правильно поняла — они хотят, чтобы я оставила на пепелище часть своей руки. После взрыва на месте отеля останется гора трупов, и никто не станет искать все «запчасти», вот только стоит ли оно того? Да и где искать его дочь? Почти наверняка она сейчас в резервации для молодых матерей, которая не пойми где находится. Или вообще в подвале. Чёрт! О чём я вообще думаю? Этот мужик точно свихнулся и помогать ему — преступление.

Самое разумное сейчас — делать вид, что я на всё согласна и старательно разыскиваю его дочь. Тянуть время до родов, а потом… Даже не знаю. В любом случае, если Гриша не врёт, то Костя помнит меня. Он бы никогда не подписался на убийство кучи людей. Наверняка есть другой способ вызволить меня отсюда.

***