Полина Белова – Воспитанница института для благородных девиц (страница 47)
И пусть я понимаю, что Александра просто признательна мне за хорошее отношение, что она не любит меня… Что это я не могу без неё нормально жить! И всё же злюсь и обижаюсь… Я так искал её, так тосковал!
Сейчас я летел и снова думал… Отношения Александры с Вольдемаром в столице, её упрямые намерения жить в своём домике в родном городе — всё это говорило о том, что, в то время, когда я с ума схожу из-за этой девчонки, сама Яблонька меня совершенно не любит. Но я всё равно забираю её с собой потому, что не могу иначе… Я безмерно счастлив, что наконец, нашёл её, но какое-то больное счастье у меня получается. Потому, что думать о том, что Александра не любит меня, очень больно.
Вчера был только один неожиданный и счастливый момент — выяснилось, что моя девочка совершеннолетняя! Когда она сказала мне, что на самом деле на два года старше, чем записано в её документах, я сначала не очень поверил. Однако, быстрое, но тщательное расследование подтвердило, что в первый день этой осени Александре исполнилось не семнадцать, а девятнадцать. Её мачеха, пособница в преступлении с подделкой метрики, ибо главным преступником был почивший отец Александры, ползала на коленях перед моей девочкой и умоляла пощадить мать брата и сестры, заступиться передо мной, при этом женщина рвала в клочки какие-то расписки.
Ради Михаила и Клариссы моя девочка попросила меня не наказывать за проступок её мачеху, и я легко выполнил её просьбу. Во-первых, был слишком счастлив, что могу не ждать ещё десять месяцев, чтобы с чистой совестью сделать Александру своей, а во-вторых… Если бы она этого не сделала, я бы никогда не встретил свою драгоценную девочку. Узнав, что больше нет препятствий для нашей близости, я невольно позволил себе планировать и мечтать о том, где, как и когда это произойдёт. Из-за этих мыслей мой нюх обострился до бесконечности, я чуял Яблоньку с точностью до метра каждую минуту, где бы в доме она ни спряталась, в какой бы уголок двора не забилась. И всё же я предпочитал, чтобы она находилась там, где был я. Мне хотелось иметь возможность ещё и смотреть на свою девочку каждый свободный миг.
Ближе к вечеру, когда Яблонька ненадолго вышла из гостиной, ко мне вдруг подошла её младшая сестра. Козявка нагло обхватила меня за шею и предложила присмотреться к ней, сообщив, что она моложе и красивее сестры, и готова лететь со мной на край света. Если бы она не была сестрой Александры, у моих ног осталась бы кучка пепла: какая-то человеческая девчонка из глухой провинции посмела виснуть на принце без его позволения! А так, кроме прочего, мне ещё пришлось держать себя в руках и довольно мягко эту липучку ставить на место. Однако вместо признательности за мою терпимость, я потом от Яблоньки ещё и получил гневную отповедь, что я являюсь злым чудовищем, которое обидело её маленькую сестру. Это потому, что Кларисса, после разговора со мной, вылетела из гостиной с громким рёвом, как раз ей навстречу.
Я не привык, чтобы мне кто-либо выговаривал или перечил. Поведение Яблоньки не только обижало, не просто сердило, оно всё больше доводило меня до белого каления. Александра яростно спорила со мной, ловко вклиниваясь в коротких перерывах между моими делами целый день. Вопреки приказу, сидеть со мной в гостиной, она часто уходила из комнаты. Я решил позволять ей это. Просто принюхивался определяя её местоположение. Пока она где-то бродила в пределах допустимого, оставлял её в покое, но стоило девчонке выйти за ворота или перелезть через забор на заднем дворе, я в тот же миг находил и загонял её обратно в гостиную.
— Ещё раз ты скажешь мне, что никуда не полетишь или попытаешься сбежать со двора, я тебя перекину через колени и отшлёпаю — в какой-то момент рявкнул, не выдержав, я.
На миг мне показалось, что у девчонки тоже пар из ноздрей пошёл, настолько гневным взглядом и видом Александра меня одарила в ответ на эту угрозу.
К вечеру Яблонька выглядела сверх решительно. Она видела, что уже всё готово к перелёту и, было заметно, что готовилась сражаться со мной. Даже тот момент, что она приготовилась ко сну и легла в постель намного раньше, чем все остальные, говорил сам за себя. Мол, ты, Зорий, можешь лететь куда хочешь, а я пошла спать.
Однако, девочка явно не была готова к тому, что уснёт в своей кровати, а проснётся уже высоко в горах, на границе с Андарией.
О… слышу частые мягкие звуки.
Проснулась.
Тук, тук, тук. Трудно моей бедняжке как следует колотить кулачками по войлоку. К счастью, зелье хорошее, долго Яблонька проспала. Мы как раз к нужной пещере подлетаем. Сейчас выпущу тебя покричать на меня, солнышко моё.
Потом накормлю, выгуляю и дальше полетим. Домой, в Андарию.
Глава 38
Ещё сквозь сон я почувствовала себя как-то странно. В первые мгновения никак не могла понять, что именно было не так. Холодный воздух… Странное ощущение движения… Приоткрыв глаза, вместо знакомой обстановки своей спальни в родительском доме, увидела лишь темноту, которую едва-едва прорезала тонюсенькая полоска света вверху. Именно этот слабый узкий луч позволил мне кое-как разглядеть, что я нахожусь внутри большой коробки.
Я так резко села, что на миг закружилась голова. Мне не нужно было долго раздумывать, что случилось. Раскинула руки в стороны и коснулась ладонями мягких бархатных стенок. Наконец, сообразила, что нахожусь в той самой переноске, которую вчера, по распоряжению дракона, целый день мастерили для меня в нашем дворе. О, Боги! Как же так?
Когда садилась, тёплые пуховые одеяла сползли с плеч, спину и грудь быстро охватил холод. Притронулась к вороту — на мне была надета та самая фланелевая ночная рубашка, в которой я вчера легла спать. Бессильно упала спиной на подушки и со стоном накрылась одеялами почти с головой. Немного полежала так, медленно согреваясь.
Зорий всё-таки сделал это… Не прислушался ко мне, не учёл моих желаний, не попытался уговорить… А зачем? Кто я для него? Институтка, которых растят и, по двадцать девушек в год, исправно поставляют ко двору, исключительно, для удовлетворения потребностей расы драконов. Приятные, всесторонне образованные, неизбалованные благородные воспитанницы усладят их буйные молодые годы, присмотрят за драконятами, скрасят досуг пожилых или станут благоприятной свитой для молодых и капризных дракониц. Девочек, круглых или наполовину сирот, готовят к этому десять лет! И меня тоже учили…
Так зачем такую, как я, спрашивать? Только ты, Зорий, ошибаешься, если думаешь, что осчастливил меня своим настойчивым вниманием и этим похищением! Я знаю какой судьбы для себя желаю! Хочу обычной жизни, любящего мужа и детей от него! Поэтому, извини, но у нас с тобой, младший принц, разные дороги в жизни.
Я мысленно грозно и уверенно разговаривала с Зорием, беззвучно кричала на него и, не раскрывая рта, гневно объясняла свою позицию. Однако, при этом, лежала в переноске и продолжала лететь в сторону Андарии. На глаза навернулись слёзы.
А что я могу? Могущественный дракон закрыл меня, как жука в коробке и несёт, куда он желает. Из уроков географии я знаю, что Андария находится за горной грядой, чужая страна, где нет людей. Три затерявшиеся на её просторах институтки не в счёт, пусть даже одна из них будущая королева. Даже, если когда-нибудь решусь на побег, как это сделать из страны Драконов? Разве что, с людским торговым караваном?..
В переноске становится немного светлее. Видимо, сегодня осень порадовала мир солнечным утром. Я попыталась что-то увидеть через крошечную щель над бывшей дверкой экипажа, но ничего не получилось — слишком узко. Замёрзла и снова поспешила зарыться в подушки и одеяла.
Лежу. Мысли прыгают с одного на другое. Я, вдруг, вспомнила, как была неизмеримо счастлива, когда неделю назад, в здании городской оперы, стоя за колонной, после такого долгого перерыва, увидела младшего принца. Но, эйфория от нашей встречи, его нежданной неустанной заботы, немного навязчивого внимания и ласкового обращения недолго кружила мне голову. Как же мне было приятно, что принц попросил меня находиться рядом с ним в гостиной, когда он работает. Моё сердце стучало, как сумасшедшее, от его жарких и восторженных взглядов в мою сторону. Все самые важные люди города, входя к принцу, здороваясь, кланялись не только ему, но и мне. Это смущало, но было лестно. Особенно, когда приходила глава попечительского совета женской школы.
Конечно постоянно сидеть в гостиной я не могла. Как-то, когда я в очередной раз ненадолго вышла, ко мне подбежал брат Михаил.
— Сестра, мама объяснила мне, что ты на некоторое время, а, возможно, и навсегда уедешь в другую страну, потому, что станешь содержанкой Его Высочества. Это правда?
Это был момент, когда я впервые подумала о том, чем может обернуться для меня наша встреча с младшим принцем. До сих пор, просто купалась в каком-то розовом тумане внезапно окутавшего меня счастья. Моя первая любовь, уснувшая глубоко в сердце, пробудилась и разогнала все мои другие мысли, кроме дум о Зории, о том, что он стал взрослее и выглядит ещё красивее и мужественнее. А какой он умный! До сих пор мне не приходилось видеть принца за работой.