Полина Белова – Воспитанница института для благородных девиц (страница 20)

Сегодня я плохо соображала, поэтому до дрожи боялась повторения того дня, на память о котором в волосах можно нащупать небольшой шрам. Внутри всё раз за разом покрывалось холодом и ухало куда-то вниз, когда я думала о предстоящем уроке, слёзы сами наворачивались на глаза. В душе до безобразных размеров разрастался самый настоящий ужас. Самое страшное, что за год я уже смирилась с неотвратимостью предстоящего и, чтобы не сделать всё ещё хуже, даже не пыталась бежать.

После обеда шла на урок и мелко заметно дрожала. Как ни старалась, никак не могла взять себя в руки.

Вот и кабинет директрисы. Медленно потянула за ручку. Боги! Как я не хочу входить туда!!!

Открыла дверь. Страшный старикан уже устроился в директорском кресле.

В одной руке он держал огромную чашку с дымящимся напитком, судя по аромату — чаем, который ему, как обычно, приготовила и подала лично сама директриса.

Сейчас она сидела на привычном месте, в углу кабинета, готовая подхватиться и забрать пустую посудину, едва дракон поставит её на стол.

Второй рукой мучитель играл длинной тонкой розгой, покручивая ею между пальцами и поглядывая на меня с предвкушающей угрозой. Ненавижу!

Вот, что я ему сделала?!

Под суровым, ожидающим послушания, взглядом дракона я обречённо влезла на стул, выровнялась, медленно скомкала в кулаке подол форменного платья, приоткрывая многострадальные икры.

Начались мои мучения…

Время урока шло неторопливо. Я уже трижды ошиблась — и столько же раз вскрикнула от боли. Потекли уверенные слёзы. Я захлюпала носом. Ответы стали звучать с подвыванием.

Летом из-за жары мы, к сожалению, не носили чулок. Жаль, зимой они хоть немного защищали меня. Сейчас же, услышав очередной свист розги, сразу понимая, что снова ошиблась в переводе, я испуганно оглянулась на дракона и в отражении большого зеркала у стены за моей спиной успела заметить, как мои икры перечёркивает четвёртая красная полоска. Обжигающая боль пришла секундой позже подсмотренной картинки, и я заверещала. Впрочем, как всегда. Потом сильнее заплакала.

Драконище, не обращая абсолютно никакого внимания на мои рыдания, уже спрашивал следующее слово.

Вдруг дверь распахнулась.

В тот момент я больше всего испугалась, что из-за грохота не расслышала слово и теперь точно не смогу дать правильный ответ.

В кабинет стремительно вошёл сам Правящий Дракон.

За его спиной я увидела взволнованную и запыхавшуюся классную даму, которая сегодня дежурила у ворот. Видимо, она бежала предупредить директрису, но не успела.

Старикан уронил кружку с остатками чая, которые выплеснулись на светлый ковёр директрисы некрасивым тёмным пятном, и неуклюже, не с первого раза, вскочил с кресла и поклонился. Директриса, кстати, тоже кланялась спине правителя уже раз десятый, наверное, за эти несколько секунд. Мне со стула хорошо всех было видно.

— Что ты творишь? — прошипел правитель на драконьем.

Комната заполнилась дымом.

— Учу девочку, как Вы приказали, Ваше Величество, — сразу ответил старик, ещё ниже учтиво склоняя седую голову. — Александра не только перестала быть отстающей, а уже является лучшей в классе по драконьему предмету. Я справился с невыполнимой задачей. Вы же знаете, какие люди тупые, особенно, женщины. А я добился того, что она прекрасно понимает наш разговор, хотя говорит пока плохо, но через пару лет…

Я не выдержала и громко застонала.

— Лучшая говоришь? — перебил старика Правитель, потом, то ли выдохнул, то ли вздохнул и приказал. — Всем выйти.

Старый дракон и директриса удивительно шустро исчезли за дверью. Я тоже неловко, но быстро, слезла со стула и наскоро вытирая фартуком лицо, особенно, глаза от слёз, чтобы видеть дорогу, направилась было к выходу.

— Александра! Сядь! — услышала за спиной и покорно плюхнулась на тот же стул, на котором только что стояла.

Лицо дракона и весь кабинет директрисы плавал в дыму, как в тумане.

Правитель некоторое время нервно ходил по кабинету и дым клубился за ним, взлетая и опадая. Я закашлялась. Дракон подошёл к окну и с грохотом распахнул его. Некоторое время он постоял ко мне спиной, о чём-то раздумывая, потом резко повернулся. Я испуганно прижалась к спинке стула. Мои мысли тоже не спали, метались в голове, как перепуганные овцы в загоне. На директорском столе лежала, оставленная стариком, розга и я всё время натыкалась на неё взглядом.

— Ты стала лучше понимать драконий язык? — спросил Правитель.

Я смогла только согласно кивнуть. Дракон опять прошёлся по кабинету.

— Тебе ещё нужны дополнительные уроки, чтобы догнать одноклассниц? — он остановился прямо передо мной.

Я отчаянно отрицательно замотала головой.

— Тогда я отменю их.

Ох… Я обмякла на стуле от несказанного облегчения…

— Но… — продолжил дракон, — при условии, что ты никому не скажешь о тех методах, которые применил твою учитель, чтобы ты стала лучшей.

— Так… все знают…, Ваше Величество. Я уже год, как плачу каждый день. Голова была разбита, учитель меня в лазарет относил, я у лекаря лечилась.

— У лекаря… разбита голова… — мне показалось Правитель простонал.

Он ещё некоторое время побегал по кабинету, но мне уже почему-то не было так страшно. Я вдруг поняла, что кошмар с драконьим языком точно закончился. Дракон, наконец, присел передо мной на корточки и взял в свои огромные руки мои маленькие ладошки. Я от потрясения забыла, как дышать. Он же не примеряется, как меня удобнее испепелить?

— Скоро прилетит Зорий. Александра, а давай, мы с тобой не будем ему рассказывать каким трудным путём ты добилась успеха? — заговорил он. — Пусть принц думает, что ты умная, и смогла всё выучить обычным способом.

Я совсем растерялась. Прозвучало хоть ласково, но как-то очень обидно. Однако, правящий дракон так задал вопрос, что пока я думала, как ответить, моя голова сама кивнула, соглашаясь с ним.

— Вот и хорошо, — поставил он точку в обсуждении.

Дракон поднялся и критически осмотрел меня.

— Почему ты такая худая? — вдруг недовольно спросил он, будто я провинилась.

— Так после выступления во дворце на дне рождения принцессы Лолы нас стали намного хуже кормить, — промямлила я, и, немного преувеличила, но не соврала, вспомнив случай с шестиклассницей. — Девочки даже сознание от голода теряют.

Правитель задумчиво кивнул каким-то своим мыслям, подошёл к двери, открыл её и позвал директрису.

— Почему ухудшилось питание воспитанниц?

Директриса кинула на меня такой острый взгляд, будто, я предательница.

— Так, Ваше Величество, уменьшили нам обеспечение в этом учебном году. Сильно. Еле концы с концами свожу. Пришлось урезать статьи расходов везде, где только можно.

— Завтра пришлю проверку. Приготовьте учётные книги. За питанием Александры следите лично. Она должна поправиться в течение следующего месяца, или я приму строгие меры относительно вас.

И дракон ушёл, не прощаясь, оставляя меня один на один с директрисой.

Глава 16

К выпускному мы готовились каждую свободную минуту последние два месяца, а наряжались к сегодняшнему балу целый день!

Платья, причёска, туфли, румяна!

Этот вечер, когда мы все на несколько часов превращались в принцесс, ну, хотя бы в нашем воображении, слишком много значил в судьбе каждой институтки.

К счастью, традиция одаривать к балу выпускниц подарками от правящей семьи благополучно вернулась ещё в прошлом году. Поэтому мы с девочками сшили себе бальные платья из подаренных шелков. Не обошлось без ссор при делёжке, конечно, но это намного лучше, чем мастерить что-то из тканей, которую институт закупает для уроков по домоводству и на пошив форменной одежды или идти на бал в форменном платье.

Сегодня всем осталось только сделать причёски, подрумяниться, подвести брови и всё такое. Я обвела глазами нашу спальню, приглядываясь к девушкам. Многие из них вечером уйдут и больше не вернуться сюда. Неужели, и у меня глаза так сияют?

На кроватях аккуратно разложены готовые наряды.

Многие девочки сделали себе корсеты и сегодня так затянули на друг дружке талии, что вряд ли смогут чем-то угоститься во дворце. Хоть бы дышать смогли!

Я отказалась от подобной идеи. Во-первых, у меня талия и так достаточно тонкая, а во-вторых, никакого желания кого-то впечатлять ею у меня не было.

Стройную фигуру, наверное, на весь век мне обеспечила прежняя директриса. Она, буквально, отворотила меня от любой еды тем, как в начале восьмого класса целый месяц откармливала по приказу дракона, будто на убой, как свинью на заднем дворе.

До сих пор, когда вспоминаю те дни, накатывает тошнота. От тяжёлой и жирной пищи, после почти что голодания в течение года, меня каждый день сильно рвало, мучили боли в животе, но директрису это мало волновало. Когда через две недели я так и не поправилась, и стала выглядеть ещё хуже, она запретила мне вставать с кровати. А потом, когда и это не помогло мне хоть немного округлиться, директриса, и вовсе, уволилась и куда-то сбежала из города.

Меня Адам Бенедиктович после её «откармливания» целый год потом лечил травами и специальной диетой.

В общем, моя стройная фигура давалась мне без всякого труда, если не считать балет, а вот другие девочки находили в себе недостатки, которые стремились исправить корсетами.

Хотя мы без конца обсуждали фасоны и перебирали одни и те же рисованные картинки с модными дамами, которые дала нам Азалия Львовна, кроме того, всем достался один рулон ткани на двоих, все наши платья были очень разными, ни одно из них не было похожим на другое.