Пол Оффит – Смертельно опасный выбор. Чем борьба с прививками грозит нам всем (страница 42)

Сирс не разубеждает родителей, желающих отложить вакцинацию. Под заголовком “Прививки только после полугода” он пишет: “Такое решение принимают некоторые родители – как правило, по тем же причинам, что и те, кто решает не прививать детей до двух лет. Просто они боятся оставлять своего ребенка непривитым так долго. Если вы решили отложить прививки – на полгода, год или еще дольше, – вы должны понимать, что, когда вы начнете прививать ребенка, ему не нужно будет проходить полный цикл вакцинации”. Сирс дает понять, что решение отложить прививки разумно и обоснованно. К сожалению, он забывает упомянуть о важности профилактики заразных болезней вроде Hib-инфекции, пневмококковой инфекции и коклюша, которыми болеют, как правило, именно на первом году жизни и которые могут привести к катастрофическим последствиям. У большинства матерей есть антитела ко всем трем бактериям, и эти антитела во время беременности передаются плоду через плаценту. Однако после родов материнские антитела в организме ребенка постепенно разрушаются – и ребенок становится уязвим. Вакцины против Hib-инфекции, пневмококковой инфекции и коклюша вводят в два, четыре и шесть месяцев, чтобы к моменту, когда материнские антитела исчезнут, дети приобрели свой собственный защитный иммунитет. Кроме того, совсем маленькие дети умирают от коклюша чаще детей постарше, поскольку у них узкие дыхательные пути. Утверждая, что решение отложить прививки допустимо, Сирс никак не объясняет, почему их делают в определенном возрасте.

С точки зрения Сирса, главное, почему нужно делать большие промежутки между прививками и ставить их по отдельности, – чтобы избежать попадания в организм слишком большого количества одного-единственного ингредиента: алюминия. “Альтернативный календарь рекомендует в первые годы жизни делать за один раз лишь по одной вакцине, содержащей алюминий, – пишет доктор Боб. – Если разнести прививки во времени, детский организм успеет переработать и вывести алюминий, пока он не достиг токсичной концентрации”. Сирс поясняет, что, “по данным некоторых исследований, если одновременно ввести слишком много вакцин, содержащих алюминий, возникают симптомы отравления”. На самом деле данные исследований говорят как раз об обратном.

Различные соли алюминия начали добавлять в вакцины с конца тридцатых годов прошлого века. Так что безопасность алюминия в составе вакцин оценивается уже более семидесяти лет. Соли алюминия служат вспомогательным средством, усиливающим иммунный ответ. Включение солей алюминия в состав вакцин, которые иначе не вызвали бы хорошего иммунного ответа, дает возможность сократить число доз одной вакцины и количество компонентов, нагружающих иммунную систему, в каждой дозе.

Хотя Сирс утверждает, что отказ от вакцин, содержащих алюминий, во многом позволит избежать попадания этого металла в организм, это не так. Алюминий окружает нас повсюду, это третий по распространенности элемент в природе. Он содержится и в воздухе, которым мы дышим, и в пище, которую едим, и в воде, которую пьем. Главнейший источник алюминия – пища, он исходно присутствует в чаях, травах и пряностях, а кроме того, его добавляют в разрыхлители, в вещества, предотвращающие слипание сыпучих продуктов при хранении, в эмульгаторы и красители, он есть в блинной смеси, разрыхлителях для теста, самоподнимающейся муке, плавленом сыре и кукурузном хлебе. Как правило, в рацион взрослого человека входит 5–10 миллиграммов (тысячных долей грамма) алюминия в сутки. Не обделены алюминием и дети: он содержится и в материнском молоке, и в молочных смесях. Если ребенок находится исключительно на грудном вскармливании, то к полугоду он потребляет десять миллиграммов алюминия, если на обычном искусственном – тридцать, если на соевом – сто двадцать. Между тем все рекомендованные детские вакцины в совокупности содержат четыре миллиграмма алюминия.

Сирс совершенно справедливо утверждает, что алюминий может быть токсичным, а именно – способен нарушать функции головного мозга, ослаблять кости и приводить к анемии. Но он заблуждается, когда говорит, что нанести вред могут даже небольшие количества алюминия в составе вакцин. Дело в том, что алюминий, как выяснили ученые, вреден только двум группам людей: глубоко недоношенным детям, которые получают много алюминия с внутривенными вливаниями, и тем, кто находится на постоянном диализе из-за почечной недостаточности и получает много алюминия с антацидными препаратами. Иначе говоря, чтобы алюминий причинил вред, нужно, чтобы почки у ребенка работали плохо или совсем отказали и чтобы он одновременно получал большие количества алюминия из других источников – например, из антацидных препаратов, которые содержат более трехсот миллиграммов алюминия на чайную ложку.

Есть и другие обнадеживающие исследования. Алюминий неизбежно входит в состав организма, он есть у всех, даже у новорожденных, у которых его 1–5 нанограммов (миллиардных долей грамма) на миллилитр крови. Исследователи определили количество этого металла в крови до и после введения вакцин, содержащих алюминий. Никакой разницы. Количество алюминия в вакцинах так мало и организм выводит его так быстро (примерно половина введенного при инъекции алюминия полностью выводится за сутки), что после вакцинации его невозможно обнаружить[548].

Чтобы не вводить одновременно больше одной вакцины, содержащей алюминий, Сирс советует, чтобы дети посещали педиатров в два, три, четыре, пять, шесть, семь, девять, двенадцать месяцев, в год и три месяца, в полтора года, в год и девять месяцев и в два года (что примерно вдвое больше обычного числа профилактических визитов). Не многовато ли усилий, чтобы избежать попадания в организм компонента вакцин, вредоносность которого так и не удалось доказать и которого в принципе невозможно избежать, так как ребенок питается материнским молоком или молочной смесью?

Сирс, как и Дженни Маккарти, утверждает, что прививки следует разнести во времени, чтобы в организме не накапливались потенциально токсичные химические вещества. “[Альтернативный календарь] позволяет вводить не более двух вакцин за раз, чтобы ограничить и разнести во времени воздействие всевозможных химических веществ и дать организму ребенка переработать их по очереди, – пишет он. – Мы, разумеется, не знаем, насколько необходимы подобные меры предосторожности, но они разумны”. Сирс перечисляет различные химические вещества, входящие в вакцины. Кроме алюминия, в его список входят ртуть, формальдегид, полисорбат-80, глутамат натрия, этилендиаминтетрауксусная кислота (ЭДТА), 2-феноксиэтанол, борат натрия, октоксинол и дезоксихолат натрия (все они применяются для повышения жизнеспособности клеток, защиты от загрязнений или инактивации вирусов и бактериальных токсинов). Доктор Боб пишет, что каждое из этих веществ потенциально опасно: формальдегид “поражает почки и вызывает генетические повреждения”, глутамат натрия – “эксайтотоксин”, который “способен воздействовать на функции мозга и… повреждать нервную ткань наподобие болезни Альцгеймера”, 2-феноксиэтанол “вызывает отклонения в работе репродуктивной системы и сильно раздражает глаза и кожу”, октоксинол “применяется как спермицид”, а дезоксихолат натрия “ядовит при приеме внутрь, вдыхании или попадании на кожу”. Говоря о каждом из этих веществ, Сирс добавляет, что в вакцинах содержится “крайне маленькое”, “ничтожное” или “считающееся безвредным” их количество. А затем явно противоречит самому себе и советует родителям разнести прививки во времени, чтобы минимизировать воздействие этих веществ и потенциальный вред.

К сожалению, Сирс не разъясняет читателю, какое значение имеет дозировка, то есть сколько вещества нужно, чтобы оно превратилось в яд, и не пишет, что бессмысленно пытаться разнести во времени введение вакцин, в которых этих веществ так мало, что они и в совокупности не могут оказать вредного воздействия. Скажем, Сирс утверждает, что формальдегид – “канцероген” (вызывает рак), но умалчивает о том, что формальдегид – естественное, важное промежуточное соединение в биосинтезе некоторых аминокислот (строительного материала для белков) и тимидина и пуринов (строительного материала для ДНК). У каждого человека в крови около 2,5 микрограмма формальдегида на миллилитр. Так что у маленьких детей в организме примерно в десять раз больше формальдегида, чем в составе любой вакцины. Более того, количество формальдегида в вакцинах в шестьсот раз меньше, чем доза, способная навредить животным. Было бы похвально и полезно, если бы Сирс сообщил обо всем этом читателям, вместо того чтобы пугать их тем, что формальдегид в составе вакцин вызывает рак[549].

В предисловии к своей книге Сирс утверждает: “Хочу, чтобы меня верно поняли с самого начала. Эта книга – не антипрививочная. На свете полным-полно книг, в которых преувеличиваются потенциальные опасности вакцин, и эти книги только еще сильнее запутывают и пугают родителей”. Однако результат разошелся с ожиданиями. С первой до последней страницы Роберт Сирс всячески подчеркивает, что у прививок очень много тяжелых побочных эффектов, что они не проходят адекватных испытаний на безопасность, что болезни, которые они предотвращают, совсем не так страшны и что фармацевтические компании подтасовывают данные. И к тому же сплошь и рядом делает антинаучные заявления. Все это характерно для антипрививочной литературы. Более того, основные темы книги Сирса – те же, что в трудах Чарльза Хиггинса “Ужасы вакцинации с примерами и иллюстрациями”, Лоры Литтл “Преступления круга поклонников коровьей оспы”, Барбары Ло Фишер “Укол во мраке” и в других памфлетах антипрививочного движения, выпускавшихся с середины XIX века.