Пол Макоули – Тихая Война (страница 23)

— Здесь мы сможем поговорить, ничего не опасаясь, — пояснила Шри Хон–Оуэн.

Создавалось впечатление, будто она парит в воздухе.

— Мои люди обнаружили несколько жучков в номере. Но нет гарантий, что они уничтожили их все. А вот здесь абсолютно стерильно. Стекло тонированное, а небольшой мотор создает в нем вибрации, поэтому никто не может нас подслушать. Заходите и закройте дверь.

Лок сделал, что велели, и ступил на стеклянный пол. Несомненно, профессору было что–то от него нужно — информация, услуга. Дав ей это сейчас, он сможет в дальнейшем манипулировать женщиной.

— У меня состоялась интереснейшая беседа со служителями закона, которые расследуют убийство мисс Фрей, — начала Шри Хон–Оуэн.

— Я видел, как они выходили из вашего номера, — промолвил Лок. Ему не хотелось на данном этапе настраивать гения генетики против себя, только не сейчас, когда она почти готова ему довериться. Поэтому он не стал говорить, что эту встречу с полицейскими специально подстроили, дабы выбить его из колеи, — плохо сработанный план, который он мгновенно раскусил.

— Они сообщили мне, что мисс Фрей умерла от того, что гвоздь попал в продолговатый мозг, — продолжила Шри Хон–Оуэн. — Смерть наступила мгновенно. Человеку, который произвел выстрел, либо очень повезло, либо он точно знал, что делает. Кроме того, характер раны указывает на то, что стреляли под углом сверху вниз, а наличие синяков на шее и руках мисс Фрей говорит о том, что кто–то держал ее сзади за запястья. Это противоречит показаниям мистера Твена, который заявляет, будто видел, как мисс Миннот и мисс Фрей боролись. Хотя мисс Фрей застрелили с близкого расстояния, полицейские не обнаружили следов кро–ви, мозга или костной ткани на одежде, оставленной мисс Миннот в шлюзе, когда она сбежала из биома. На пальцах мисс Миннот была кровь, это так, но она сказала офицерам, что проверяла пульс мисс Фрей. Тогда возникает вопрос, почему на орудии убийства нет ни отпечатков пальцев, ни следов ДНК. Мэси Миннот могла надеть перчатки, но их не нашли. Явно на ее руках ничего не было, когда она касалась тела, — иначе откуда бы взялась кровь? В общем, мистер Ифрахим, сотрудники правоохранительных органов не считают, что мисс Миннот убила мисс Фрей. И они также не верят показаниям мистера Твена. Спрошу напрямую: вы полагаете, что это дело рук мисс Миннот?

Вот оно. Лок придал лицу несколько озадаченное и обеспокоенное выражение, а затем приступил:

— Я изложил вам официальную версию. Но теперь… мы ведь можем говорить откровенно? Нет. Что вы, я вовсе не думаю, будто мисс Миннот повинна в смерти мисс Фрей.

— Тогда кто?

— Полагаю, ответ известен нам обоим, мэм.

— Мистер Твен убил Урсулу. Он ликвидировал бы и Мэси Миннот, но ей удалось бежать.

— Думаю, он собирался заявить, что мисс Миннот погибла в процессе задержания. Орудие убийства взято из инструментов ее лаборатории, вирус, отключивший систему наблюдения, запущен с ее планшета. Признаюсь, я бы ему поверил.

— Эммануэля Варго убил тоже он?

— Пожалуй, я не исключу такой возможности, — произнес Лок, словно эта мысль только что его посетила.

— Вы тоже находитесь под подозрением, я права?

— Если я в чем–то и виноват, так это в том, что повел себя наивно. Я с легкостью доверился мистеру Твену, и мне невероятно стыдно, ведь я оказался частью его махинаций. Тем более что теперь у него развязаны руки и он может продолжить.

— Что вы имеете в виду?

Лок чувствовал удовлетворение. Она попалась на его крючок. Он знал, что поймал ее.

— После того как обнаружили изменения в культуре диатомовых водорослей, команда принялась проверять все остальные привезенные образцы. Но никаких следов диверсии найти не удалось. Дальние совместно с нашими людьми вырастили свежие культуры диатомовых водорослей, и потому создание биома продолжится по графику. Нетрудно, однако, вообразить, что мистер Твен может планировать следующий шаг, начать действовать напрямую — например, убить кого–то.

— И кто же окажется его целью?

— Сожалею, но, вполне возможно, мишенью можете стать вы, мэм. Вы или Авернус.

— Если она вообще сюда приедет, чего мы пока не знаем. Вы поведали о своих подозрениях послу или Эуклидесу Пейшоту?

— Нет, что вы, упаси бог. У меня нет улик. Посол четко дал понять: он считает дело закрытым. Что же до господина Пейшоту… Со всем уважением, но он несколько… оторван от процесса.

Шри Хон–Оуэн кивнула:

— Что правда, то правда. Мистер Пейшоту получил свою должность, потому что его дядя гораздо лучшего о нем мнения, чем тот заслуживает.

Такая неосторожность профессора в высказываниях свидетельствовала о том, что Локу удалось заполучить ее доверие.

— Если я могу что–то для вас сделать, что угодно, вам стоит только попросить.

— А как же ваша клятва верности правительству?

— Правительство существует, чтобы служить кланам, мэм.

— Сколько вам лет, мистер Ифрахим?

— Двадцать пять.

— Двадцать пять. Кажется, вы родились в трущобах Каракаса. Уж очень быстро вы карабкаетесь по карьерной лестнице. Должно быть, вы очень амбициозны.

— Я хочу оказаться полезным. Чем могу.

— А вы очень интересное создание, мистер Ифрахим. — Женщина повернулась и посмотрела сквозь стеклянную стену пузыря. — Идите сюда, встаньте рядом, — добавила она.

Лок засеменил по прозрачному полу. Пальцы в шлепанцах свело судорогой, живот скрутило, внутри заворочалось чувство тревоги.

Шри Хон–Оуэн едва отражалась в стеклянном изгибе стены. Она глядела вдаль — на озеро, на разбросанные зеленые островки, возведенные между наклонными панельными стенами тента.

— Великолепно, не правда ли? — сказала профессор. — Не верится, что двадцать тысяч человек, ютящиеся на ледяной луне вдали от Солнца, способны создать что–либо столь масштабное. И все же вот оно — отстроено, укрыто герметичным куполом, с готовым ландшафтом. Меньше чем за год. Знаете ли вы, как им это удалось?

— У них много роботов…

— Знания, — перебила его Шри Хон–Оуэн. — Многое из того, что было утеряно на Земле после Переворота, они сохранили. И преумножали с тех самых пор. В то время как мы большую часть ресурсов потратили на восстановление и мелиорацию. Что, несомненно, дело хорошее. Необходимое. Благородное. Но я всё думаю, чего бы мы сумели добиться, имей мы контроль над технологиями и научными знаниями, которые дальние сберегли и развили. Вот почему клан Пейшоту согласился на предложение Авернус, отправил строительную команду возводить биом. Уже в течение многих лет они пытаются добиться мира между Землей и Внешней системой. И биом — главный этап в этой кампании. Знак доверия. Начало долгого и успешного торгового партнерства с дальними. Как и вы. мистер Ифрахим, я лишь сотрудник. Я работаю на правительство. На семью Пейшоту. Но уверена, вы понимаете: потенциальная прибыль от данного предприятия столь велика, что даже скромные рабочие вроде меня надеются получить свою маленькую долю. Однако это реально до тех пор, пока мы ставим интересы семьи выше личных. До тех пор, пока мы преданы ей до конца.

Лок разыграл обиду:

— А я-то надеялся, что мой откровенный рассказ об этом злосчастном происшествии докажет вам, что я хочу помочь.

— То, что мистер Твен убил Урсулу Фрей, очевидно. Если вы действительно хотите оказаться полезным, придется сделать больше.

Нет, ну правда, он готов был расцеловать Шри Хон–Оуэн. Мало того что она купилась на его историю, так еще и поверила, будто он рыскал в поисках интересных новостей в надежде на ответные услуги.

— Мистер Твен уже нанес ущерб вашему проекту, — промолвил он. — И он, бесспорно, связан с людьми, которые хотят еще больше усугубить положение. Позвольте мне добыть всю имеющуюся информацию. Тогда я, возможно, смогу вам помочь, и мы отыщем способ ликвидировать угрозу в его лице.

10

Позже Шри Хон–Оуэн спросила сына:

— Могу я ему доверять?

— Только если ваши интересы совпадают. Если нет… Смотри, Спеллера Твена он сдал с потрохами, только бы спасти собственную шкуру. И кто гарантирует, что нам он поведал всю правду?

Мать и сын восседали среди подушек в стеклянном пузыре. На биом опустилась ночь. Эльфийское лицо Альдера освещало неяркое мерцание планшета, лежащего у него на коленях. Юноша смотрел запись беседы с Локом Ифрахимом. Когда Шри наблюдала за тем, как Альдер изучает выражение лица дипломата, расширение его зрачков, сердце женщины переполняли нежность и неконтролируемая материнская любовь. Она лично запрограммировала геном сына — от строения скул и классических пропорций частей тела до излучаемого им тепла и сладковато–медового аромата феромонов, тем самым сделав его невероятно привлекательным. При этом и сама Шри не могла противостоять чарам Альдера. Ее прелестный золотой мальчик. Как же она рада, что взяла его с собой. Совсем скоро ему исполнится шестнадцать — пора бы узнать, как вершатся по–настоящему важные дела, и лучшей возможности, чем эта, не найти — первая ступенька сделки исторического масштаба. Кроме того, Альдер будет очень полезен: его шарм и харизма — неоценимое подспорье на светских мероприятиях.

— Судя по всему, он говорит правду, — заключил Альдер. — Но Лок — дипломат, а их обучают, как пройти проверку на детекторе лжи.

— Нет необходимости гадать, какая часть из сказанного правда, а какая — самовосхваление. Лучше подумать о том, какая информация навредит нам больше всего в том случае, если мы ею воспользуемся, а она окажется ложной.