Пол Макоули – Тихая Война (страница 25)
Единственной экскурсией, которая по–настоящему интересовала Шри, была последняя в этой бесконечной череде поездка на ферму вакуумных организмов, что расположилась на равнине, в кратере к северу от Радужного Моста. Шри, Альдер и представители принимающей стороны отправились на роллигоне — почти прозрачной, похожей на аквариум кабине на шести больших колесах. Машина не спеша двигалась по широкой дороге, которая пролегала среди невысоких кряжей, возникших в результате сейсмической активности после древних столкновений с метеоритами. Стояла ночь. Диск Юпитера доминировал на черном небе. Повсюду небрежной расточительной рукой были разбросаны звезды — тысячи твердых немигающих точек всех цветов радуги.
Ферму построили в неглубоком кратере десяти километров в диаметре в центре равнины. Сквозь щель между пологими краями кратера открывался вид на лоскутное одеяло полей вакуумных организмов. На востоке и западе произрастали монокультуры, которые синтезировали пластик и постепенно накапливали углерод, водород, кислород и азот: если погибнут традиционные культуры в туннелях, этих запасов хватит, чтобы прокормить население города в течение нескольких месяцев. Тысячи гектаров вакуумных организмов собирали чистый графит, образовывавший пленку на их поверхности. Затем этот минерал люди использовали в производстве алмазов и фуллерена. Однако представшие их взору поля служили лишь рассадниками организмов, которые в дальнейшем переместят на богатые металлом земли, распространенные на поверхности Каллисто. Некоторые образцы были хемотрофами и получали энергию в процессе окисления серы и двухвалентного железа; другие использовали солнечный свет и электрохимическую энергию, вырабатываемую из–за перепадов температур в коре — их корни проникали на сотни метров вглубь, создавая плотную ветвистую паутину в толще льда, извлекали металлы и превращали их в наросты, которые позже собирали люди. На Каллисто и других спутниках Юпитера металлов не хватало: как правило, они появлялись от столкновений с метеоритами. Болиды и отколовшиеся остатки крупных метеоритов люди выкапывали, однако в результате множества мелких столкновений в толще льда оказались залежи металлов, которые только вакуумные организмы и могли эффективно извлечь.
Вакуумные организмы представляли собой пограничное явление между машинами и живыми существами — улей, самоорганизующийся рой различного рода микроскопических роботов, которые вели себя подобно клеткам живых организмов: они редуплицировали, меняли форму и метаболические механизмы согласно простым правилам, запрограммированным в гигантских самовоспроизводящихся молекулах, аналогичных ДНК. Организмы росли и размножались при температурах вплоть до минус двухсот двадцати градусов Цельсия и формировали структуры, которые гармонично дополняли суровый лунный пейзаж. Самые распространенные морфологические типы повторяли строение лишайников, от морщинистых или остроконечных наростов до клубков волокон. Из твердого льда поднимались длинные ряды оригинальных изящных фигур, лопастей, плоских плавников. Они всегда высаживались с ориентацией с севера на юг, чтобы увеличить количество света, которое могли собрать организмы. А поскольку уровень освещения рядом с Юпитером невысок — всего четыре процента от среднего количества солнечного света, достигающего поверхности Земли, — все виды вакуумных организмов были насыщенного черного цвета, чтобы поглощать свет. Поездка в роллигоне по насыпной дороге среди полей, покрытых рыжевато–коричневой пылью, казалась путешествием вдоль гигантской страницы древнего манускрипта, написанного иероглифами давно забытого языка.
Альдер пришел в восторг и от роботов, вышагивающих вдоль рядов вакуумных организмов, и от того факта, что большинство рабочих на ферме были осужденными, отбывающими исправительный срок. Его и Шри отвели в лабораторию, где Авернус работала в период становления Внешней системы, когда создание вакуумных организмов, улучшенных культур и новых съедобных растений в дополнение к выращиваемым традиционным являлось средством выживания. Альдер задавал всевозможные вопросы и беззастенчиво пользовался своим умением очаровывать людей, притворяясь невинным, преисполненным энтузиазма ребенком.
Лаборатории располагались в помещениях с низкими потолками. Внутренние стены были сделаны из красно–коричневого кирпича, производимого из спрессованной пыли. Скрепляющий их цемент почернел от времени. Большая часть комнат пустовала, так как рабочих–заключенных держали в новом здании к югу отсюда, да и в лабораториях не горел свет, а оборудование выглядело устаревшим — им явно редко пользовались. Несмотря на то что в общих комнатах, где Шри, Альдер и их хозяева обедали, постелили чистые скатерти, на столах сверкали хрустальная посуда и фарфор, в вазах благоухали свежие цветы, создавалось впечатление, что здание заброшено и покинуто. Похоже, сейчас исследования здесь практически не проводятся.
В свое время Шри заявила о себе, разработав искусственную систему фотосинтеза, которая была почти на пять процентов эффективнее любой когда–либо созданной Авернус. Теперь профессор рассказывала своим хозяевам о вакуумных организмах, растущих вокруг лунного города Адьена.
— Вы могли бы высаживать их здесь, если бы сделали освещение. Или использовать вакуумные организмы, живу–щие на электрохимической энергии, в качестве исходного штамма. С их помощью я вывела много модификаций. Основную и запасную систему подачи электроэнергии можно подключить напрямую к полю и смотреть, как они растут. Мне бы пришлось изменить ген и адаптировать их к более низким температурам на поверхности, но это несложно. Полагаю, мне бы удалось увеличить продуктивность где–то на два порядка.
Кто–то из ученых, работавших в лаборатории, ответил, что идея несомненно интересная, но им вовсе не требуется повышать производительность. Демографическая ситуация в Радужном Мосту стабильна, а имеющиеся фермы и без того производят больше, чем требуется.
Когда Шри поинтересовалась, что произойдет, если население начнет внезапно расти, ну, например, если приток иммигрантов увеличится, окружающие перестали смотреть ей прямо в глаза, а если и осмеливались, то взгляды их ничего не выражали.
— Не думаю, что вам стоит исключать подобную возможность, — продолжала Шри. — Здесь предостаточно свободных территорий. А на Земле люди ютятся в городах и с радостью ухватятся за шанс обрести новый дом.
Очень вежливо ее хозяева выразили сомнения по поводу желания землян переселиться на Каллисто и добавили, что экономически это неосуществимо. Шри возразила, что в ходе процесса восстановления зеленого покрова планеты большинство жителей Земли свезли в города и, несмотря на всеохватывающие программы, направленные на снижение рождаемости, население земного шара продолжало расти, так как люди стали жить дольше. Рано или поздно эмиграция должна начаться, причем не только на Луну, которая в любом случае не сможет принять много людей из–за нехватки воды. Новый термоядерный двигатель значительно упрощал путешествия во Внешнюю систему. Кроме того, на данном этапе погрузить человека в гибернацию и отправить на обычном грузовом корабле стоило не таких больших денег.
Шри пыталась добиться от дальних реакции, но это было все равно что тыкать палкой морские анемоны: пара толчков — и они закрывались. Только Дэвон Пайк, старый гений генетики, занимающий почетное положение в лаборатории, ответил ей.
Тощий, как шпала, но при этом невероятно энергичный, с копной седых волос, Дэвон принадлежал к первому поколению дальних. Они работали с Авернус в этих лабораториях более восьмидесяти лет назад. Из того, что Шри читала о Пайке, готовясь к поездке, она знала, что он обладает скромным талантом встраивать возможности одних видов в ДНК других, но воображения ему не хватает. Его можно назвать хорошим ремесленником, но никак не творцом.
— Дело в том, мэм, что Радужный Мост — старейшее и крупнейшее поселение во Внешней системе, — сказал Дэвон. — Его основали более ста лет назад, при этом, несмотря на продлевающую жизнь терапию, нас по–прежнему чуть меньше двадцати тысяч человек. Мы живем по средствам. И нам совсем не хочется повторять ошибки землян. Сейчас восстановление после перенаселения и Переворота на Земле — почти религия. И все же вы считаете, будто нам удастся пережить то, что едва не погубило землян. Право же, странно.
— Нравится вам это или нет, но новый термоядерный двигатель все изменит, — настаивала Шри. — Он сократит расстояние между системами Юпитера и Сатурна и позволит вам исследовать и использовать новые территории. А еще он примирит и объединит Внешнюю систему с Землей.
— Вероятно, тогда нам лучше обойтись без него, — заявил Дэвон Пайк.
— Но он уже существует, дедушка, — сказал кто–то из молодого поколения дальних. — Мы не можем этого изменить.
— Можно будет легко долететь до Нептуна и Урана, — вмешался другой. — А еще до пояса Койпера.
— Нам не нужны новые территории, — заявил старик и повернулся спиной к Шри. — Вы забрали у нас Луну. И Марс. Хотя после того, как вы поубивали всех марсиан, вы ничего не делали на этой планете. Теперь же вы собираетесь приехать сюда и привезти новые беды.