Пол Андерсон – Сказочная фантастика. Книга вторая (страница 90)
Он молча повиновался. И тут, в наступившей тишине, услышал странный звук.
— Что-то движется! — вздрогнув, произнес он, ощутив, что сильно нервничает. — Где Чет?
— Рядом со мной.
Они прислушались, и теперь четко различили какое-то шуршание и царапанье сбоку и выше по стене. На гоблинов это не было похоже.
И вдруг на светлом фоне между ними и дырой вверху Бинк различил нечто извивающееся.
— Так это же корень! И он движется!
— Наверно, мы вырвали его из земли, — сказала Чери, — и теперь он распрямляется под собственным весом. Потому и шевелится.
— Пожалуй, — согласился Бинк, но полной уверенности у него не было. Слишком уж это напоминало осознанные движения. Неужели дерево снова оживает?.. Если так, то выбраться здесь уже не удастся...
Они двинулись по подземным коридорам. Бинк, к собственной радости, очень хорошо помнил дорогу — даже в темноте. К тому же здесь был не полный мрак — чудилось, что слабо светятся стены: по-видимому, из них еще не окончательно ушла магия. И в самом деле — чем больше привыкали его глаза, тем светлее становилось вокруг.
— Свечение восстанавливается, — заметила Чери.
— А я думал, это мне мерещится! — Он удивленно стал озираться. — Может быть, там, внизу, сохранилась остаточная магия?..
Чери пошагала, быстрее,
Бинк не мог не задуматься. Если дерево оживает, а свечение стен восстанавливается... Это может значить одно: возвращается магия. Но допустимо ли подобное? И каковы будут последствия?..
Неожиданно коридор вывел их... в дворцовый зал! Да такой большой, что его невозможно было сразу охватить взглядом. Везде, куда ни глянь, искрились драгоценные камни, висевшие в воздухе разноцветными огоньками. Вверху располагался перевернутый фонтан светящейся воды, и капли с него падали назад, на потолок. Полоски цветной бумаги образовывали вихри и воронки, перелетающие с места на место, словно по собственной прихоти. Они клонились из стороны в сторону, свивались в спирали, чтобы гут лее опять распрямиться. А вокруг открывались все новые и новые чудеса, слишком пестрые и многочисленные — невозможно было сразу со всем освоиться. Такого парада феноменальной магии Бинк еще не встречал.
Но ведь здесь раньше не было такой пещеры!
Чери огляделась, пораженная и испуганная не меньше его.
— А это... это не может оказаться работой твоего Демона Ксанфа?
Едва она произнесла это имя, Демон X(A/N)th материализовался.
Он восседал на троне из цельного алмаза. Его светящиеся глаза не отрывались от Бинка, все еще сидевшего верхом на Чери. Жеребенок прижимался к ее боку.
— Ты-то мне и нужен! — воскликнул X(A/N)th. — Тупой пигмей, подвергший опасности себя и всю свою культуру, не выгадав ничего ни для себя, ни для нее... Такой идиотизм заслуживает примерного наказания!
До глубины души потрясенный Бинк, тем не менее, попытался защищаться.
— Почему, в таком случае, ты вернулся? Что тебе нужно от меня?
— Они изменили номенклатурную систему, — ответил X(A/N)th. — Теперь они перешли на дифференциалы. Мне придется изучать эту систему тысячелетие-другое. Иначе — какой из меня игрок?! Вот я и вернулся на мгновение в знакомые места.
— Момент-тысячелетие? — Бинк не верил собственным ушам.
— Что-то около того. А тебя я привел сюда, чтобы обеспечить безопасность моего уединения. Любое существо этого мира, знающее обо мне, должно быть уничтожено.
— Уничтожено? — переспросил ошеломленный Бинк.
— Лично против тебя я ничего не имею, — заверил Демон. — Мне действительно все равно, существуешь ты, или — нет. Но если о моем присутствии станет известно, то и другие мошки станут меня искать — а я не желаю, чтобы меня тревожили. По данной причине я должен уничтожить тебя и других, кто уже знает обо мне, и таким образом сохранить секрет. Большинство из вас уже устранены — остались ты и нимфа.
— Не трогай нимфу! — взмолился Бинк. — Она ни в чем, решительно ни в чем не виновата! Она пришла сюда только ради меня. Она не заслуживает...
— Эта кобыла и ее жеребенок тоже ни в чем не виноваты. — Демон кивнул на Чери и Чета. — Причастность тут не имеет значения.
Чери повернулась к Бинку. Ее человеческий торс изменился, став таким же, как и прежде — она снова была прекрасной. Сомнений не было — тут поработала магия!
— Бинк! Ты освободил это ничтожество — и вот что получил взамен! Почему он не перебрался в другое место, где никто из нас не мог бы его найти?
— Пока он здесь находился, — дрожащим голос проговорил Бинк, — наружу просочилось много магии. А без него она начала слабеть. Но пока остаются магические существа, вроде драконов и кентавров, мы будем знать, что она — не исчезла окончательно. Магией пропитан весь Ксанф, и Демону, скорее всего, здесь более удобно. Это — как разношенная туфля по сравнению с только что сорванной, которая еще жмет. Демон — не человек, и потому не может испытывать благодарность. Я знал это, когда освобождал его.
— Я уничтожу тебя после небольшой отсрочки, — сказал Демон. — Устраивайся поудобнее.
Несмотря на смертельную опасность, Бинку стало интересно.
— А почему отсрочка?
— Нимфа где-то спряталась, а я не хочу напрасно тратить магию на ее поиски.
— Но ведь ты же — всемогущий! И какая-то мелкая трата магии вообще не должна бы иметь для тебя значения.
— Верно, я — всемогущий. Но во всем существует пропорция. Мои органы раздражаются, когда магии приходится тратить больше, чем требует данная ситуация. Посему я свожу ее расход к минимуму. Я усилил твою личность. Нимфа любит тебя — не стану притворяться, будто мне известно значение этого термина. Но знаю: она придет сюда, к тебе, полагая, что ты — в опасности и что тебя можно спасти. Потом я с удобством смогу ликвидировать вас всех сразу.
Получается, что возвращение магии в Ксанф — это конец для Бинка и его друзей... Но зато — польза всему Ксанфу. Так что — полного проигрыша нет. И все же...
— Полагаю, ты не будешь удовлетворен, если мы пообещаем не открывать тайны твоего присутствия здесь или примем эликсир забвения?
— Не пойдет! — произнес голос в кармане Бинка.
То был голем Гранди, который после возвращения магии принял прежний облик. Он выбрался из кармана и уселся на плече Бинка.
— Ты, — сказал он, — не сможешь сдержать обещания. И моргнуть не успеешь, как магия вытянет из тебя правду. Даже если ты и выпьешь эликсир забвения, то его запросто можно нейтрализовать, а потом извлечь необходимую информацию.
— Да, — согласилась Чери. — Заклинанием правды. Мне следовало бы больше верить самой себе и не менять своих убеждений. Магия — и в самом деле проклятие.
Бинк отказывался сдаваться.
— А не лучше ли поступить по-иному? — Он посмотрел на Демона выжидательно, потом продолжил. — Расскажи всему миру, что ты — здесь, и пригрози, что уничтожишь любого, кто посмеет вторгнуться...
— И тут же найдется сотня-другая идиотов, которые примут вызов, — перебила Чери. — Демона начнут постоянно тревожить, и ему придется тратить драгоценную магию, уничтожая одного за другим.
Демон одобрительно взглянул на нее.
— У тебя лошадиный зад, но разумная головка.
— Все кентавры такие, — согласилась она.
— А что ты думаешь обо мне?
— Что ты — абсолютное воплощение непристойности.
Бинк застыл от ужаса, а Демон расхохотался. Его хохот оглушительно разнесся по залу. Магически разубранный дворец задрожал, в воздухе замелькали обломки, но ни один никого не коснулся.
— А знаешь, — заметил Гранди, — ты изменился — как я.
— Изменился, как ты? — Бинк покосился на него. — Ну конечно! Пока его магия просачивалась наружу, пропитывая весь Ксанф, часть нашей культуры проникла внутрь самого Демона, сделав его немножко похожим на нас. Не так ли? Потому-то ему так удобно именно здесь. Пожалуйста — он научился смеяться! У него уже
— И это означает, что он может откликнуться на прямой вызов, — догадалась Чери. — Можешь вызвать его?
— Попробую! — Он кивнул и, когда веселье Демона исчерпало себя, сказал: — Демон, я знаю способ защитить твое уединение. У нас есть Магический Камень, который раньше использовали как Щит для обороны всего Ксанфа от вторжения чужеземцев. Мы ценили свое уединение не меньше, чем ты — свое. Ничто живое не способно пройти через Щит. Мне нужно лишь сказать о тебе нашему Королю Тренту — он установит его тут, и никто больше не сможет сюда спуститься. Щит служил нам целый век, а теперь послужит тебе. И тогда будет совершенно все равно, кто про тебя знает, — любой дурак, попытающийся к тебе пробиться, будет автоматически умерщвлен.
Демон задумался.
— Идея привлекательная. Но мышление и мотивации людей мне почти незнакомы. Как я могу быть уверен, что ваш Король выполнит твою просьбу?
— Я знаю, что выполнит, — твердо проговорил Бинк. — Он — хороший и честный человек, опытный политик. Он немедленно поймет необходимость защиты твоего уединения и примет нужные меры.
— Насколько ты в этом уверен? — Демон вопрошающе смотрел на него.
— Готов поставить свою жизнь.
— Твоя жизнь ничтожна по сравнению с моим удобством, — назидательно и совершенно серьезно сказал Демон.
— Но мой талант важен, если судить по нашей шкале ценностей, — возразил Бинк. — Он станет действовать в моих интересах и побудит Короля...
— Твой талант для меня — ничто. Я могу обратить его в противоположность, просто щелкнув пальцами. — И Демон в самом деле щелкнул пальцами. Раздался звук, похожий на взрыв бомбы-вишни. Бинк с ужасом ощутил, как внутри него что-то произошло. — Однако твой вызов меня заинтриговал. Он включает определенный элемент случайности, который не может появиться, когда вызов бросаю я сам. Следовательно, я должен позволить себе удовольствие до определенной степени заменить другого. Ты сказал, что готов поставить жизнь на свою способность сохранять мое уединение. Вообще-то это несущественно, потому что твоя жизнь уже завершилась, но — я согласен. Заключаем пари?