Погос Юнтол – Пункт выдачи (страница 6)
– Ты глухой? Жена моя рожает! Мне срочно нужно в роддом!
– Не ты ж рожаешь!
– Я хочу присутствовать на родах! Поддержать жену, пока она рожает! Ты знаешь, насколько волнителен и прекрасен этот момент?! Ты мне должен. Я за тебя выходил один раз, помнишь, скотина?
Нашел на что давить. Но я ему действительно должен смену.
– Окей, я выйду.
– Отлично! – обрадовался коллега. – У нас родится мальчик, назовем твоим именем и сделаем тебя крестным отцом!!!
– Я как бы атеист!
– Ну, притворись православным, нам в падлу сейчас искать крестных!
Надеюсь, этот Пётр не превратится в яжбатю и не станет качать права, как большинство моих покупателей.
В одну из смен Геннадий Денисович написал в чате, приказал провести инвентаризацию товаров. Те, что не поместились на стеллажах, мы переставляли на полки, одновременно прикрепляя наклейки с фамилией и именем клиентов. Некоторые, скажем так, особо эксцентричные личности называли себя как угодно, но не своими настоящими именами. Рядом с Иваном Ивановым мог засесть Дарт Вейдер, или Сокка Большой Болт, или Абдулла-Саид ибн Васильевич ат-Питер аль-Якутий. Я не думал, что уже могу удивляться, пока не напечатал наклейку с заглавными буквами, которые вместе напоминали одно матерное слово, обозначающее мужской половой орган. Покупатель, когда назвал себя так, явно им и думал.
Услышал, как открылась дверь. Увидел молодого парня. Ничего вроде бы необычного.
– Добрый день.
– Добрый день, – ответил я. – Ваша фамилия, имя и код получения заказа.
– Как вам сказать? – клиент замешкался. – Я там у вас назван инициалами с буквами Ха, У и И краткое.
– А-а-а… – Я вспомнил ту «заветную» наклейку и, не скрывая насмешки, переспросил: – Вы – Харитон Ульянович Йоулупуккиев?
– А как вы узнали, как меня зовут? – искренне удивился клиент, а я охренел в этот момент – он издевается надо мной? – Я просто стеснялся назваться, думал, вы засмеетесь.
А двусмысленные инициалы не стеснялся оставлять, Харитоша? Запрятав свои мысли, я достал заказ и выдал ему.
– Спасибо большое.
– Харитон Ульянович, пожалуйста, переименуйте себя в личном кабинете. Если вы так стесняетесь, то назовитесь, например Аркадием Скабическим.
– Хорошая идея, благодарю, – ответил клиент и с улыбкой покинул пункт.
Пришла пожилая женщина с нашим фирменным пакетом. Видом она напомнила типичную деревенскую ведьму. Посмотрела на меня злобно, затем опустила глаза в пол.
– У вас тут антисанитария – пол грязный, стекла грязные, вы грязный!
Да ладно? А ничего, что пять минут назад тут толпа была и я угорел туда-сюда бегать? Не до уборки как бы.
– Добрый день, – улыбнулся я ей, игнорируя замечание. – У вас возврат?
– Да, ленивая ты жопа, у меня пальто за тридцать пять тысяч!
– Причина возврата? – сказал я дежурную фразу.
– Какая тебе разница? – фыркнула бабуля.
Чую, сейчас пойдет жара.
– Для уточнения! – ответил я, продолжая улыбаться.
– Допустим, не подошел размер! Давай, мне деньги нужны!
Я вытащил черное кожаное пальто из пакета, стал внимательно осматривать его. У нас по регламенту нужно посмотреть наличие прикрепленной бирки, нет ли следов ношения товара и дырок, убедиться, что швы на месте, совпадают размер и артикул. Приму бракованный товар – буду работать на одном окладе два месяца.
Нашел брак – разошелся шов, стал клиентке показывать.
– Я не могу его принять. У вас тут дефект. Вам надо оформить через личный кабинет в компьютере или в телефоне!
– Не я это сделала, каналья! Это ваш косяк! Я требую принятие товара на возврат, согласно закону «О защите прав потребителей»!
Нашла на что ссылаться. Почти все недовольные говорят о законе «О защите прав потребителей», но они его читали? А ничего, что и у потребителя есть обязанности перед компанией? Они вообще смотрели условия покупки товара через наш интернет-магазин, прежде чем ставить галочку? Законы они знают, но читают ли? А насчет «косяка» – тут складеры и поставщики виноваты, а не я. Лучше бы новое что-то сказали, скучно уже.
– Дело в том, что у нас невозможно вернуть товар с дефектом на пункте выдачи. Вы мерили пальто сразу после выдачи?
– Конечно нет! – продолжала фыркать старуха. – Я же в доме напротив живу!
– Если товар покинул точку, то возврат по браку через нас, менеджеров, не подлежит в любом случае.
– Вы обязаны принять! – чуть ли не зарычала она. – Что вы тут людей дурите? Совсем охамели, жулики! Дайте вашу жалобную книгу! Вас тут не будет уже завтра!!!
– Извините, но свободные страницы… кончились! – невинно улыбнулся я, сделав «щенячьи глазки».
– Я вас всех тут засужу, у меня зять работает в Роспотребнадзоре! Он уничтожит вашу шарашкину контору!
Нашла она, чем удивить! У меня тут каждый третий покупатель или их родственник – адвокат, прокурор, криминальный авторитет, секретарь зам. заместителя городского отделения проверки товаров Роспотребнадзора.
– Нашу компанию не уничтожишь ядерной бомбой! И после апокалипсиса будем работать и спрашивать фамилию, имя и код, – на этот раз я ответил искренне.
– А ты че лыбишься? Да мои влиятельные родственники так тебя обдерут, что будешь работать только младшим помощником уборщика туалетов в колонии.
– Хуже мне уже не будет!
Внезапно вспомнил, что один из покупателей заказал топор. Где я такую сцену видел? Кажется, Достоевский.
– Я объявляю вам бойкот! Я тут буду сидеть и ждать, пока не примете пальто!
– Конечно! Это ваше право, – ответил я.
Как будто она сделает мне хуже. Старушка села на лавочку и реально стала ждать, когда я сломлюсь и сделаю возврат. Плевалась, мешая мыть пол. Жаль, что звук у камер отсутствовал, а телефон сел, такие эпичные перлы пропали.
Через пятнадцать минут «бойкота» бабуля в последний раз плюнула на пол и тихо покинула точку. Внутренний Раскольников во мне уснул.
Казалось, меня уже ничем не удивить. Одна дама по фамилии Емельянова заставила меня смеяться и плакать одновременно после ее ухода.
Чистил я полки склада и услышал, как открылась дверь. Пошел в клиентскую зону и увидел там Емельянову. Это та девочка-барби, которая в прошлый раз покупала двадцать пять пачек презервативов, а недавно приобрела шесть фаллоимитаторов.
– Доброе утро, я бы хотела сдать на возврат, – без стеснения поприветствовала она и положила на стол шесть коробок.
У меня глаза чуть из орбит не выпали. Это были те самые резиновые и вибрирующие «любовники». Емельянова вообще в курсе, что такой товар невозвратный? А судя по определенным следам, он уже был и использованным. Я сглотнул и спросил:
– Причина… возврата.
– Не подошли по размеру, – ответила Емельянова дежурной фразой.
Чего, барби? Это как вообще – «не подошли»?
– Вы в курсе, что товары такой категории не подлежат возврату? – я спросил ее серьезно, едва сдерживая собственное охреневание: Харитон Ульянович меня так не удивил, как она.
Дальнейшее не хочется описывать, но Емельянова на меня обиделась и забрала «любовников». А я сделал вывод, что Емельянова очень ненадежна для построения серьезных романтических отношений, если даже фаллоимитаторы хотела бросить.
Работать менеджером пункта выдачи интернет-магазина – это не приговор. Каждая должность, каждая специальность обладает разными достоинствами и недостатками и является полезной для общества. Мне тяжело видеть, как уборщица моет пол, а серая масса людей нагло проходит, загрязняя его за минуту. Поэтому стараюсь обходить чистые места. Если вахтер говорит, что без пропуска нельзя, то зачем возмущаться, особенно если это пункт прохода на закрытую территорию. Многие считают, что их работа престижная, раз они «гребут деньги лопатой». Но есть другая грань – если что-то идет не так, любую работу потерять легко, так везде. Вспомнил такой эпизод.
Сидел за столом и смотрел кино. На точку зашла женщина с сыном-младшеклассником.
– Витя, вот опять двойка! Совсем уже разленился! А что по математике? – ругалась женщина.
– Ну, мам!
– Смотри, – женщина перевела взгляд на меня. – Будешь плохо учиться, станешь работать в таких шарашкиных конторах за копейки, бессовестный!
Что эта мамаша сказала? Методы воспитания у нее оставляли желать лучшего. Про мотивацию учиться я вообще молчу. Самое наглое тут, что она не стеснялась про меня вслух говорить такое. Я не смог остаться в стороне.