Погорельская Екатерина – Объятые туманом (страница 1)
Погорельская Екатерина
Объятые туманом.
В этот день у них была первая совместная вылазка из убежища. Тревога стояла в воздухе, будто сама земля знала, что люди собираются покинуть своё укрытие. Город снаружи окутывал плотный, вязкий туман, в котором прятались странные тени. Когда-то там жили обычные животные – кошки, собаки, птицы, – но теперь они превратились в чудовищ, уродливых и безжалостных.
Надя долго стояла у двери маленькой комнаты. Внутри тихо посапывала её дочь – Люба, свернувшись клубочком, прижимая к себе старую игрушку-зайца. Сердце матери сжалось от боли и нежности одновременно.
Она наклонилась, поцеловала девочку в тёплый лобик и шепнула едва слышно, будто боялась разбудить:
– Спи, моя родная… я вернусь, обязательно вернусь.
Пальцы её дрожали, когда она медленно прикрывала дверь. В груди боролись страх и решимость.
В коридоре уже ждал Валера. Высокий, с крепкими плечами, на лице упрямо застыло выражение человека, который должен быть сильным для двоих.
– Ты готова? – спросил он, посмотрев на жену внимательным взглядом.
Надя кивнула, хотя в груди всё сжималось.
– Я боюсь, Валер… – тихо призналась она. – А если мы не вернёмся? А если Люба останется одна?
Он положил ладонь ей на плечо, слегка сжал, заставив её поднять глаза.
– Ради неё мы и идём, – твёрдо сказал он. – Мы должны добыть лекарство. Люба должны жить.
Она глубоко вдохнула, пытаясь прогнать дрожь из голоса.
– Знаю… просто… я каждый раз думаю: вдруг это последний поцелуй, который я ей дала?
Валера чуть нахмурился, но в глазах его мелькнула тёплая искра.
– Тогда поцелуй так, чтобы ей хватило на всю жизнь.
Надя невольно улыбнулась сквозь тревогу, смахнула слезу со щеки и шагнула к нему ближе. Её пальцы переплелись с его.
– Ладно, – тихо сказала она. – Пошли.
И они вместе двинулись к выходу. За дверью их ждал город – туман, страх и чудовища. Но пока они держались за руки, внутри теплилась надежда, что у них всё получится.
Они тихо пробрались по коридору, стараясь не издать ни звука. Склад, куда обычно складывали оружие, фонари и защитные маски, был в конце длинного тёмного помещения. Металлическая дверь, покрытая ржавыми пятнами, возвышалась перед ними словно немой страж.
Надежда потянула за ручку, но та не поддалась. Она ещё раз попробовала, упираясь обеими руками, но замок стоял намертво.
– Закрыто… – прошептала она, и голос её дрогнул.
Валерий нахмурился, ударил кулаком по железу – глухой звук отозвался эхом по пустым коридорам. Он выругался сквозь зубы и бросил взгляд на жену.
– Значит, идём так, – решительно сказал он, поправляя ремень с ножом.
– Ты с ума сошёл? – Надя схватила его за рукав, удерживая. В её глазах блеснула паника. – Без защиты, без фонарей… там же чёрт знает что творится!
Он задержал на ней взгляд, и на секунду его суровое лицо смягчилось.
– Надь… – он редко звал её так, по-домашнему, – мы не можем ждать. Люби нужны лекарства.
Она прикусила губу, с трудом сдерживая дрожь. В голове вихрем пронеслись мысли: А если мы попадём в лапы тварей? А если Люба останется одна?
– Мы только туда и обратно, – продолжил он, будто пытаясь убедить и её, и себя. – Быстро. Мы осторожны. Я рядом.
Надя сжала его руку сильнее, чем собиралась, будто цеплялась за последнюю точку опоры.
– А если туман нас заметит?.. – голос её сорвался на шёпот.
Валера провёл большим пальцем по её ладони.
– Туман всегда смотрит, но если мы будем бояться слишком сильно, он нас сожрёт. Поняла?
Надежда кивнула, чувствуя, как холод пробирается под кожу, и не только от сырости коридора. Она глубоко вдохнула, словно пытаясь вобрать в себя частичку его решимости.
– Ладно, – сказала, наконец. – Пошли, … но если хоть что-то пойдёт не так, мы сразу возвращаемся.
– Договорились, – коротко ответил Валера и первым шагнул к тяжёлой двери, ведущей наружу.
Надя задержалась на мгновение, оглянувшись в сторону комнаты, где спала Люба, и только потом последовала за ним.
– Но без экипировки нас не пропустят через пост, – Надя тревожно оглянулась на коридор, будто за ними уже наблюдали. Голос её сорвался шёпотом, но в нём звучала дрожь.
Валерий сжал губы в тонкую линию и чуть наклонился к ней. Его глаза сверкнули упрямым холодным огнём.
– Я знаю другой выход, – произнёс он негромко, но твёрдо, словно поставил точку в споре.
Надя насторожилась. Сердце у неё сжалось, ладони вспотели.
– Другой выход?.. – переспросила она с сомнением. – Ты имеешь в виду… тот, о котором говорили, но никто не решался пользоваться?
Валера не ответил сразу. Он лишь посмотрел на неё так, что спорить дальше стало бессмысленно. В его взгляде читалась решимость и скрытая тревога. Потом он коротко кивнул и махнул рукой:
– Доверься мне.
Он повёл её по узкому проходу, где стены с обеих сторон будто давили на плечи. Тьма сгущалась, пахло сыростью и ржавым металлом. Каждый шаг отдавался глухим эхом. Надя шла за ним, ощущая, как внутри неё боролось желание повернуть назад и необходимость идти вперёд.
– Валера… – прошептала она, чуть ускоряя шаг, чтобы не отставать. – А если этот выход охраняют? Если там… они?
Он резко обернулся, положил ладонь ей на плечо, притянул ближе и прошептал прямо у уха:
– Тише. Чем меньше слов – тем меньше шансов, что нас услышат.
Она сглотнула, кивнула, хотя внутри всё сжималось от ужаса.
И тогда Валерий крепче взял её за руку и, не отпуская, повёл дальше – туда, где начинался другой путь, неизвестный, но единственный.
Они остановились у массивной решётки, скрытой за грубо покорёженной обшивкой. Металл, покрытый пятнами ржавчины, тускло поблёскивал в свете редкой лампы над головой. Воздух здесь был затхлый, пахнуло пылью и старыми проводами.
Валера наклонился, провёл рукой по железным прутьям и глухо произнёс:
– Это вентиляция. Она ведёт наверх… и по ней можно выйти наружу.
Надя отпрянула на шаг, в ужасе уставившись в тёмную, словно зияющую пасть шахты.
– Ты серьёзно? – в её голосе прорезалась паника. – Там же узко, темно… и если мы застрянем?..
Он обернулся к ней. В его лице читалась усталость, но и твёрдая решимость тоже.
– Лучше рискнуть здесь, чем нарваться на патруль у поста, – сказал Валера, упершись ладонью в холодный металл. – Другого пути нет.
Надежда прикусила губу, пытаясь унять дрожь в руках. В голове вихрем проносились образы: вентиляция как гроб, скрежет когтей чудовищ за стенами, Люба, оставшаяся одна в комнате…
– Я… я не знаю, смогу ли, – прошептала она. – Мне уже от одного вида этого хода тяжело дышать.
Валерий приблизился, положил обе руки ей на плечи и посмотрел прямо в глаза. Его голос стал мягче, но в нём слышалась твёрдая нота:
– Сможешь. Я буду впереди. Ты просто держись за звук моего дыхания. Если остановишься – я вернусь за тобой. Ты не одна.
Надя вскинула на него глаза, и в груди её что-то дрогнуло – смесь страха и доверия. Она кивнула, хотя сердце билось так сильно, что, казалось, его услышит весь коридор.
– Хорошо, – тихо сказала она. – Но если… если что-то пойдёт не так…
– Не пойдёт, – перебил её Валера жёстко, будто отрезал. – Мы выберемся. Обязательно.