Под редакцией Саччанамы – Обращение к Прибежищу в Трёх Драгоценностях (страница 2)
То, что обычно вмешивается в развитие Сангхи в любой ситуации в группе, это наш обусловленный способ реагирования и тот факт, что другие люди «давят на нас». Группа изучения Дхармы – отличная возможность работать над этим, поскольку она обеспечивает безопасность, поддержку и стимулирует нас, постоянно напоминания, что мы должны преобразить наши реакции, а не потворствовать им. Построение Сангхи – упражнение в осознанности к себе и выходе за пределы «я».
Изучение «нажимает на кнопки», и группа людей вталкивает нас в наши привычные роли. Нам нужно сосредоточиться столь же сильно на том,
Возможные реакции включают соперничество, стремление спорить, робость, погруженность в себя, гнев по отношению к непривычным идеям и т.д.
Возможные роли – бунтовщик, стремящийся к лидерству, хороший мальчик или девочка, адвокат дьявола, внешний наблюдатель, всезнайка, выскочка, циник и шутник.
Нам нужно спросить себя, каковы наши привычные реакции и роли в группе? Нам нужно найти способ учитывать это и принимать удары. И нам нужно искать более творческие способы существования в группе, которые создают гармонию и чувство всеобщего вдохновения. Если мы так относимся к этому, то, что мы являемся частью группы, становится упражнением во внимательности, любящей доброте, общении и выходе за пределы наших привычных способов существования – это становится самостоятельным мощным средством практики Дхармы.
Палийский канон – это свод записей речей Будды и правил монашеской жизни, записанных на языке пали, которые составляют основу учений школы Тхеравада в Юго-Восточной Азии.
Кто такой буддист?
Во время ритуала, когда мы становимся митрой («другом» на санскрите), т.е. когда мы становимся другом Буддийского Ордена «Триратна», мы провозглашаем:
Цель первой части этого Базового курса – помочь нам исследовать первое из этих утверждений, обеспечивая нам лучшее понимание того, что значит быть буддистом.
Но как только мы спрашиваем, что значит быть буддистом, мы сталкиваемся с трудностью. В традиционном буддизме не существует эквивалента нашему слову «буддист». Для нас на Западе стать «истом» любого сорта означает, что мы приняли систему идей и верований. Но буддизм на самом деле не «изм» в этом смысле. Буддизм – не столько вера, сколько путь практики. Поэтому «быть буддистом» не значит, что мы подписались под набором верований. Это скорее обозначает, что буддизм повлиял на то, как мы живем, означает, что мы преданы буддийским практикам, или что нам созвучны буддийские представления, или что мы чувствуем связь с другими буддистами, с которыми мы встречались.
Во времена Будды ближе всего к утверждению «я буддист» было сказать «я прихожу к прибежищу в Будде, Дхарме и Сангхе». Но когда мы впервые встречаемся с этой фразой, она, возможно, ничего для нас не значит. Нам нужно расшифровать ее, нам нужно пробраться через странно звучащие слова к внутреннему опыту, символом которого они являются. Это опыт, которым вы уже должны в известной степени обладать, иначе бы вы не принимали участие в этом курсе. Это опыт, который ведет к сдвигу в нашем мировоззрении, сдвигу в том, к чему обращено наше сердце, и сдвигу в нашем поведении.
Поэтому целью первой части данного курса является расшифровка этой фразы «Я прихожу к прибежищу в Будде, Дхарме и Сангхе». Ее цель – помочь нам соотнести ее с нашим собственным опытом, частично обрести более ясное представление о том, что значит быть буддистом, и, что более важно, углубить и усилить опыт, к которому он отсылает.
В следующем отрывке из своих бесед Сангхаракшита дает краткое введение в смысл Обращения к Прибежищу в Будде, Дхарме и Сангхе. Делая это, он остроумно использует слово «обращение». Для некоторых людей это слово будет иметь нежеланный «религиозный» отзвук, но нам нужно отбросить это и сосредоточиться на его истинном значении – «повороту», который ведет к сдвигу в наших жизненных приоритетах. В этом тексте Сангхаракшита говорит о «обращении к Прибежищу» в Будде, Дхарме и Сангхе как о сильном переживании, которое ведет к полной переориентации нашей жизни. Вы можете не переживать такого глубокого чувства преданности, но это не означает, что вы не «обращаетесь к Прибежищу» на определенном уровне или что вы не можете быть буддистом. Опыт «обращения к Прибежищу» может быть получен на многих уровнях, и менее сильная преданность – также действительный и ценный опыт. Но для вас может оказаться полезным услышать о том, на что похоже «обращение к Прибежищу» в его полноте, и поразмышлять над революционным, освобождающим воздействием, которым будет обладать подобное воззрение.
(
«Обращение» в духовном смысле часто понимается как поворот от язычества к свету истинной веры, но у него также есть более высокое и ценное значение. Общепринятое значение слова «обращение» довольно очевидно: любой словарь скажет нам, что оно означает просто «повернуться». И когда кто-то поворачивается, это подразумевает двойное движение: движение от чего-то и движение к чему-то. Обращение означает поворот от низшего к высшему образу жизни, от мирской жизни к духовной. Об обращении в этом смысле часто говорится как о перемене сердца.
Один из наиболее примечательных примеров внезапного «поворота» – случай с разбойником Ангулималой, который изменился в течение нескольких дней, превратившись из грабителя и убийцы в освобожденное существо. Но, хотя у некоторых людей и бывает такое мгновенное переживание, обращение может происходить и более постепенным путем. Может быть мгновение обращения, опыт может быть внезапным, даже катастрофичным, но потом вам становится ясно, что на самом деле всю свою жизнь, на протяжении многих лет, вы постепенно готовились к этому моменту.
Но как бы он ни приходил к нам, на протяжении нескольких лет или за несколько секунд, опыт обращения – самый важный из всех возможных, потому что он отмечает начало нашей духовной жизни. Поэтому значение обращения заслуживает нашего самого пристального внимания.
«Обращение к Прибежищу» – самый простой аспект обращения в буддизме. Так что же такое обращение к Прибежищу? Хотя этот термин широко употребляется, он может быть для вас чем-то таинственным, когда вы впервые сталкиваетесь с ним. Что имеют в виду под Прибежищем? И в чем или в ком происходит «обращение к Прибежищу»? Краткий ответ заключается в том, что как практикующий буддизм человек обращается к Прибежищу в Будде, просветленном учителе, к Дхарме, или его учению о пути, ведущем к Просветлению, и к Сангхе, общине тех, кто движется по этому пути по направлению к Просветлению. Эти три объекта Прибежища широко известны как Три Драгоценности, «Триратна» на Санскрите и «Тиратана» на Пали.
Для начала, что имеется в виду под «прибежищем»? Прибежище от чего? Традиционное объяснение этого довольно очевидное: Три Драгоценности – это прибежище от страдания. Именно существование Будды, Дхармы и Сангхи делает для нас возможным спасение от неудовлетворенности, непостоянства, обусловленности и «нереальности» мира, когда мы переживаем их.
Будда, Дхарма и Сангха называются Тремя Драгоценностями, потому что они представляют собой мир высших духовных ценностей. Тот факт, что эти ценности существуют, дает нам возможность развития, эволюции и продвижения далеко за пределы нашего настоящего, относительного низкого уровня. Рассматриваемые в качестве прибежища, Три Драгоценности символизируют возможность полного освобождения от страданий.
То, что мы говорим «обращаться к прибежищу», не лингвистическое совпадение. Вы не просто принимаете Три Прибежища, вы обращаетесь к прибежищу. Это действие – полная, безусловная переориентация вашей жизни, вашего существования, ваших стремлений в направлении Трех Драгоценностей. Когда вы говорите «Я обращаюсь к Прибежищу», вы не только признаете, что Три Драгоценности – высшая ценность из всего существующего, вы также действуете согласно этому. Вы видите, что Три Драгоценности обеспечивают возможность выбраться в высшее духовное измерение, и вы делаете это – вы полностью меняете направление и реорганизуете вашу жизнь в свете этого понимания.
Иногда, когда мы читаем буддийские писания, в нас возникает впечатление, что Дхарма – это список предписаний. Но, несомненно, вначале это было не так. Все это было ново, оригинально, остроумно. Будда говорил из глубины своего духовного опыта. Он объяснял Истину. Он показывал Путь, ведущий к Просветлению, и человек, к которому он обращался, обычно исполнялся изумления и потрясения. В некоторых случаях люди теряли дар речи или могли лишь произнести, запинаясь, несколько бессвязных слов. Им что-то открывалось. Внезапно они обнаруживали что-то, что выходило далеко за пределы их обычного понимания. Или они, например, по крайней мере ощущали проблеск Истины, и этот опыт ставил в их тупик. Снова и снова в подобных случаях писания говорят нам, что такой человек восклицал: