Питер Вронский – Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы (страница 85)
В отчете, датированном мартом 1990 года, комитет Палаты представителей ниспровергал техники, примененные ОПИ:
К несчастью, основной ошибкой следствия было прибегнуть к помощи ФБР при проведении так называемого анализа подозрительной смерти. Этот документ, обычно составляемый в тривиальных полицейских расследованиях, не делает никаких выводов, если вообще нацелен на них. Там не упоминается о вероятностном, оценочном характере произведенных действий, а также об ограничениях посмертного анализа, при котором субъекта уже невозможно допросить…
Психологический анализ ФБР лег в основу не только военного расследования, но и дальнейшего его пересмотра в парламенте. В результате комитет, прибегнув к профессиональным услугам Американской психологической ассоциации, заручился мнением 11 независимых дипломированных клинических психологов и одного психиатра. Кроме того, комитет независимо консультировался с психиатром и психологом, ранее знакомыми с данным делом. 10 из 14 экспертов сочли анализ ФБР некорректным. И даже те, кто считал его частично корректным, высказывали критику в адрес процедур, методологии и непризнания научных ограничений при ретроспективном анализе такой природы.
Психологический анализ ФБР выглядит спорным с профессиональной точки зрения. Ложная уверенность, внушаемая его авторами, явилась, пожалуй, главным фактором для Военно-морской следственной службы при принятии решения объявить Клейтона Хартвига виновным… Процедуры, которыми ФБР пользовалось при подготовке анализа подозрительной смерти некорректны и непрофессиональны… Десять из четырнадцати профессиональных психологов и психиатров опровергли выводы анализа подозрительной смерти, составленного ФБР, и он подвергся критике даже тех профессионалов, которые допускали вину Хартвига… ФБР следует пересмотреть свои процедуры, а также формат анализа подозрительной смерти, так чтобы в нем указывался вероятностный характер заключений, и читатель данного документа сознавал его ограниченность и спекулятивный характер»224.
Пресса немедленно воспользовалась случаем выставить сотрудников ОПИ как бездарных шарлатанов. Колумнист «Нью-Йорк Дейли Ньюс» Ларс-Эрик Нельсон писал: «В недрах ФБР существует отдел, сотрудники которого – даже не поговорив с вами или с кем-то, кто знает вас, – готовы пойти в суд и подтвердить, что вы – маньяк-убийца». Далее он выражал надежду, что любой адвокат защиты, любой судья и любой присяжный просто посмеется над такими псевдо-доказательствами в суде. «Вашингтон Пост» писала: «Удаленный анализ личности, составленный экспертами, которые никогда не встречались с этим человеком, практически всегда неточен. А уже если этот человек мертв, не может защищаться, и его признают виновным в страшном преступлении, подобные заключения вызывают лишь разочарование».
По данным самого ФБР, Анализ подозрительной смерти использовался более чем в пятидесяти делах, но привел к «удовлетворительным результатам» лишь в трех225. В Бюро опасались провала профилирования в целом. В середине 1970-х в Лос-Анджелесе консилиум психологов составил профиль Потрошителя со Скид-Роу – серийного убийцы, охотившегося за бездомными. В тот же день, когда они предоставили полиции описание высокого, худого белого мужчины с редеющими светлыми волосами до плеч, с латентными гомосексуальными тенденциями и, возможно, некими врожденными дефектами, настоящий Потрошитель со Скид-Роу потерял на месте последнего преступления бумажник с документами. Вон Гринвуд оказался коренастым коротко стриженым чернокожим среднего роста. Несмотря на то, что со времен Потрошителя со Скид-Роу (профиль которого составлялся не ФБР) система профилирования ФБР значительно эволюционировала, после «Айовы» возникла тенденция ставить под вопрос достоверность подобных умозаключений в духе Шерлока Холмса.
И тут очень вовремя на помощь пришел Голливуд. Выход «Молчания ягнят» в феврале 1991 года состоялся как нельзя кстати. Гигантские сборы и громкий успех фильма с Джоди Фостер заставили прессу переориентироваться на восхваление Отдела поведенческих исследований ФБР. Агенты ФБР Клэрис Старлинг (Джоди Фостер) и Джек Кроуфорд (основанный на нескольких прототипах, включая Дугласа, Ресслера и Хейзелвуда, которого сыграл Скотт Гленн) познакомили зрителей с тайной вселенной профайлеров, неизвестных подозреваемых, организованных и дезорганизованных преступников. Еще большую популярность, по иронии, завоевал обаятельный серийный убийца Ганнибал «Каннибал» Лектор в исполнении Энтони Хопкинса, про которого в 2000 году было снято продолжение фильма «Ганнибал». В детективных журналах рекламировались курсы по «криминальному профилированию». Телесериалы – «Профайлер»
Однако споры по поводу научности профилирования продолжались. Если профилирование – это скорее искусство, чем наука, то точность профиля зависит от таланта его составителя. Получается, что если мы одобряем профиль, составленный одним специалистом, то автоматически опровергаем талант другого, сея между ними вражду и угрожая их карьерам. Более того, отсутствие научной методологии позволяет непрофессиональным профайлерам считать, что их анализ может быть лучше и точнее, чем у профессионалов. Как заявил сенатор Фрэнк Макклоски на слушаниях по «Айове»: «По сути, у многих политиков, учителей и страховщиков есть такая же психологическая интуиция – так что, им тоже можно составлять свои заключения?»
Зависимость от талантов отдельного профайлера не способствует сотрудничеству между разными юрисдикциями, которое так необходимо при расследованиях трудных дел. Например, профиль, на который опиралась следственная группа в деле Унабомбера – Теда Качинского, – гласил, что серийному убийце от тридцати пяти до сорока пяти лет, он мог учиться в колледже, но, скорее всего, является профессиональным рабочим. Профайлер ФБР Билл Тафойя возражал: по его мнению, убийца окончил университет и мог быть даже доктором технических наук – например, инженерии или математики – в возрасте за пятьдесят. Тафойя рассказывал, что на него оказывалось огромное давление, чтобы заставить «следовать программе» и изменить профиль так, чтобы он совпадал с текущей стратегией расследования, сосредоточенного на поисках сорокалетнего технического сотрудника авиакомпании226. Когда Качинского арестовали, ему оказалось пятьдесят три года, и он был доктором математики – как и предсказывал Тафойя.
Не так давно профилирование снова было поставлено под вопрос – в результате противоречий, возникших в деле Белтвейских снайперов, которые терроризировали Вашингтон, округ Колумбия, осенью 2002 года. Хотя так и не ясно, каким был официальный профиль ФБР по снайперу, бывшие профайлеры ФБР и частные консультанты практически в один голос утверждали, что снайпер – организованный белый одиночка, от тридцати пяти до сорока лет, убивающий ради удовольствия и чуждый политических и идеологических мотивов. А полиция в результате арестовала двух чернокожих: сорокаоднолетнего Джона Аллена Мухаммада и семнадцатилетнего Джона Ли Мальво, мотивы которых до сих пор неясны. Несмотря на то, что многие свидетели описывали «темнокожих» подозреваемых, а ранее указывали на двух «латинос», полицейские продолжали искать «СБМ» – среднестатистического белого мужчину. Один из офицеров следственной группы по Белтвейскому снайперу так отреагировал на показания свидетеля: «Да каждый может накраситься… мы не позволим забросить гипотезу о том, что преступник может быть белым»227.
Бывший агент контрразведки ФБР А. К. Смит объяснял: «Сначала вы отталкиваетесь от статистики, которая говорит, что от 80 до 90 % всех (серийных) убийц – белые. Потом отбрасываете всех, кто счастливо женат. Так у вас остаются замкнутые одиночки». Вот вам и первое слабое место профилирования: оно базируется на статистических допущениях. Действительно, в прошлом большинство убийц были белыми асоциальными мужчинами, убивавшими ради удовольствия. Однако профиль рушится в тот момент, когда преступник выпадает из статистической нормы. Поскольку численно серийные убийцы до сих пор представляют собой редкий феномен, велика вероятность, что профиль окажется неверным – достаточно всего лишь одной аномалии. Криминолог Робер Кепплер говорит: В каком-то мрачном смысле, меняющиеся лица серийных убийц отражают для нас меняющееся лицо Америки… Поскольку серийные убийцы являются в обществе маргиналами, а не мейнстримом, хотя и могут маскироваться под него, охотясь за жертвами, именно на примере маргиналов становится ясно, что происходит в обществе сейчас»228.
Если расследование зашло в тупик, неудачный профиль не будет иметь большого значения, но в быстроразвивающемся деле, как, например, с Белтвейскими снайперами, такой профиль может направить усилия не в ту сторону и поставить под угрозу человеческие жизни.
Исследователи только начинают изучать научную достоверность криминального профилирования. Это нелегко, поскольку большинство практикующих профайлеров отказываются участвовать в тестах, опасаясь за свою личную и профессиональную репутацию в случае, если покажут неудовлетворительный результат. Два недавних исследования хоть и не обязательно ставят под вопрос само профилирование, показывают, какого рода специалисты достигают в нем наибольшего успеха.