Питер Свонсон – Восемь идеальных убийств (страница 12)
Я перечитал список выбранных мною детективов – действие всех из них происходило зимой или во время метели. На этом этапе своей карьеры блогера я уже вполне довольствовался простым перечислением книг, а не их описанием. Вот как выглядел этот мой пост:
Помню, как составлял его, помню свои сомнения, включать ли сюда «Сияние», поскольку по большому счету это ужастик, а не детектив, но все равно включил, потому что эта книга мне очень понравилась. Странно было вспоминать такие сиюминутные мелочи, все эти чепуховые мысли, которые возникали у меня меньше чем за две недели до того, как окружающий мир изменился для меня навсегда. Если б сейчас я вдруг перенесся обратно в конец декабря того года, то никогда не составил бы такой перечень. Я бы проводил все свое время, зубами и когтями сражаясь за свою жену, сказал бы ей, что все знаю о ее интрижке, знаю и о том, что она опять употребляет наркотики; сказал бы, что прощаю ее и что она может опять вернуться ко мне. Кто знает – может, хоть что-то из этого и впрямь все изменило бы… Но я бы по крайней мере попытался.
Отмотал немного ниже, нашел очередной список – «Криминальные романы про супружескую измену» – и быстро глянул на дату. Официально я не знал про свою жену на тот момент, но, должно быть, что-то все-таки подозревал, что-то на чисто интуитивном уровне чувствовал. Продолжил прокручивать экран вниз; промежутки между постами становились все короче и короче – тогда я куда больше времени уделял обновлению сайта. Далеко не в первый раз подумалось: «Почему абсолютно все нужно обязательно сводить в список? Что вынуждает нас так поступать?» Это было то, чем я и занимался с того самого момента, как стал заядлым читателем, – с тех самых пор, как начал тратить все свои карманные деньги в «Книжном развале Энни». Десять любимых книг. Десять самых страшных книг. Лучшие романы про Джеймса Бонда. Лучшие книги Роалда Даля… Полагаю, все-таки знаю, зачем я все это делал. Не надо быть дипломированным психологом, чтобы понять: это был способ обрести собственное «я». Поскольку если бы в двадцать один год от роду я уже не прочитал все до единого романы Дика Френсиса[36] (сумев бы с ходу назвать пять лучших), то был бы просто одиноким юнцом, без друзей, с ушедшей в себя матерью и сильно пьющим отцом. Вот в чем было мое «я», а кому такого хочется? Так что, полагаю, не так давно вопрос был скорее в следующем: зачем продолжать все это, составлять все эти списки, даже когда я уже живу в Бостоне, имею хорошую работу, женат и любим? Почему всего этого недостаточно?
Постепенно я прокрутил блог вниз до самого начала, до «Восьми идеальных убийств». Я уже столько раз перечитывал этот текст в прошлом, что не было нужды проглядывать его еще раз.
Дверь магазина распахнулась, и я поднял голову. Это оказалась довольно пожилая пара, оба укутанные в пухлые зимние куртки с капюшонами. Оба наверняка и без того были крупными под своими куртками, но дополнительные слои одежды сделали их чуть ли не круглыми. В дверь им пришлось проталкиваться по очереди. Откинув капюшоны и расстегнув молнии курток, они двинулись ко мне, представившись как Майк и Бекки Свенсоны из Миннесоты. Я моментально опознал в них того рода покупателей, которые появляются у нас время от времени, – фанатичных любителей детективной прозы, которые, приехав откуда-то в Бостон, посещают нас в обязательном порядке. «Старые черти» – не какая-то там знаменитая торговая точка, но среди определенного рода читателей мы очень хорошо известны.
– Привезли к нам свою погодку? – заметил я, и оба рассмеялись, а потом сказали, что уже много лет планировали поездку в Бостон.
– Собирались заглянуть в «Чирз»[37], попробовать знаменитую похлебку из моллюсков и, конечно же, посетить ваш магазин, – сообщил мужчина.
– А где Ниро? – полюбопытствовала его супруга, и, словно по заказу, из-за стеллажа с новинками вынырнул Ниро, который немедленно направился к паре. Все мы тут по мере сил вносили свою лепту в торговлю, я думаю.
Ушли Майк и Бекки только часа через полтора. На девяносто процентов это были разговоры и только на десять – изучение книг на полках, хотя они все-таки купили долларов на сто подписанных авторами экземпляров, оставив мне свой адрес в Ист-Грэнд-Форкс, чтобы мы отправили их туда почтой.
– Мы забыли оставить место в чемоданах, – объяснила Бекки.
Снег уже полностью прекратился, когда они ушли, прихватив с собой несколько наших фирменных закладок в качестве сувениров; плюс я посоветовал им несколько ресторанов в округе, получше, чем «Чирз». Пока я придерживал для них дверь, появился Брендон, в одной лишь толстовке с накинутым капюшоном, хотя и в перчатках и вязаной шапке. Я и забыл совсем, что сегодня его смена.
– Удивлен? – спросил он. – Сегодня же пятница!
– Знаю, – отозвался я.
– Слава богу, что сегодня пятница! – добавил он в своей громогласной манере, растянув гласные в слове «слава» до впечатляющей длины. – И слава богу, что надо идти на работу, а не торчать дома весь день.
– Занятия отменили? – спросил я.
– Ну да, – ответил он. Брендон посещал курсы по деловому управлению, в основном по утрам, и так было с того самого момента, как он устроился на работу в наш книжный. Насколько мне удалось выяснить, выпускные экзамены были уже не за горами, и я знал, что, скорее всего, потеряю его. В принципе, ничего страшного, но мне будет не хватать его безостановочной болтовни. Это всегда было хорошим контрастом к постоянному молчанию Эмили. И моему собственному, раз уж на то пошло.
Из кармана на животе толстовки он вытащил книжку в мягкой обложке – «Охотник» Ричарда Старка[38] – и передал ее мне со словами: «Просто офигительно!» Когда Брендон только приступил в работе в магазине, мне проходилось постоянно одергивать его, чтобы не ругался – из-за покупателей, – так что он немного исправился и стал, по крайней мере, прибегать к эвфемизмам. Книгу мой продавец взял почитать из магазина пару дней назад – это я сам ему предложил. Помимо работы полный рабочий день, занятий на курсах и (по его собственным словам) довольно активной вечерней жизни, он также ухитрялся прочитывать примерно по три книги в неделю. Я бросил взгляд на обложку, на которой вместо оригинального названия книги красовалась броская надпись «В упор!», дабы напомнить фильм с Ли Марвином[39], снятый в 1967 году.
– В таком виде и брал, Мэл, – сказал Брендон, имея в виду состояние книги. Правила для сотрудников магазина были просты: можно брать домой почитать любые книги, но лишь при условии, что им не будут нанесены дополнительные повреждения.
– Не, все нормально, – отозвался я.
– А то, – сказал Брендон и тут же заорал: – Эмили!
Как обычно, в три раздельных слога.
Она появилась из глубины зала, и Брендон обнял ее, как иногда поступал после своего более чем дневного отсутствия в магазине. Меня он обнимал только в мой день рождения, да еще пару-тройку раз, когда после закрытия магазина мы отправлялись пропустить пивка в «Семерки». Я не большой любитель обнимашек, пусть даже нынче это и входит в стандартные протокольные приветствия при встрече людей моего возраста. Терпеть не могу прижиматься к кому-то, особенно если объятия сопряжены с эдаким бравым похлопыванием по спине. Клэр, моя жена, когда я рассказал ей об этой своей реакции, стала тренироваться со мной. Некоторое время мы приветствовали друг друга у себя дома чисто мужскими медвежьими объятиями.
Брендон последовал за Эмили в глубину магазина, где взял перечень заказов и принялся раскладывать книги по стопкам на отправку. Главный плюс при наличии таких вот одних и тех же сотрудников столь долгое время в том, что мне практически не приходилось говорить им, что делать. По причине их верности я платил им гораздо больше, чем, как я подозреваю, могли бы предложить им в любой другой точке розничной торговли. За высокой прибылью я не гнался и не думаю, что Брайана Мюррея это тоже особо заботило. Он просто радовался тому, что может называть себя владельцем магазина детективной литературы – ну, или половины такого магазина.
Вполуха прислушиваясь, как Брендон пересказывает Эмили сюжет «Охотника», я принялся обновлять раздел «Новые поступления». Зашли еще четыре покупателя, все поодиночке: японский турист, за ним завсегдатай по имени Джо Стэйли, потом знакомого вида парень двадцати с чем-то лет, который, как я знал, будет долго рыться на полках с ужастиками и все равно ничего не купит, плюс женщина, явно зашедшая исключительно с целью погреться. Я глянул на экран мобильника, чтобы посмотреть погоду. Снегопад окончательно прекратился, но температуру на ближайшие дни обещали не выше одиннадцати-тринадцати[40]. Всему выпавшему снегу предстояло слежаться и превратиться в глыбы ноздреватого льда, черные от городского смога.