Питер Страуб – Мистер Икс (страница 119)
– Ну, это все Джой, – сказала Мэй. – Ты же знаешь, она все сидит сиднем у своего окошка. Как-то раз вечером Джой звонит и говорит: «Мэй, я только что видела, как этот шалопай Кордуэйнер Хэтч как ни в чем не бывало прошел в дом нашей сестренки, а на руке у него повисла Стар». Тогда в первый и последний раз Стар приводила его к нам – знакомить со своей семьей. Я накинула свое лучшее пальто и шляпку и со всех ног бросилась через улицу. Только они ушли, я позвонила Джой и сказала: «Джой, а ведь этот молодой человек, похоже, свалился с нашего семейного древа, однако зовут его не Кордуэйнер Хэтч». А сестра мне в ответ: «Солнышко, ты глубоко заблуждаешься. Он наверняка живет под другим именем в связи с тем, что у него скандальная репутация».
– Откуда Джой могла знать, что это Кордуэйнер? – спросил я.
– Джой полных три месяца проработала у них в доме, – рассказала Нетти. – Ей тогда было восемнадцать. Понимаешь, то было время Депрессии, и хотя в тот период мы, в общем-то, не особо нуждались, поскольку продали землю за городом, но это было единственным способом получить работу. Карпентер Хэтч поместил объявление, что ищет девушку с хорошим характером, желающую заниматься работой по дому, и Джой прошла собеседование. Заявила, что хочет уйти из дому, можешь себе представить? Взглянуть на нее сейчас – не поверишь, что такое могло быть.
– И Карпентер Хэтч нанял ее? – спросил я. – Он не знал, кто она?
– Я так думаю, ему очень по душе была мысль о том, что девочка Данстэнов будет менять ему постельное белье и мыть туалет. Джой приступила к работе в конце октября. Кордуэйнер тогда учился в школе-интернате. Видишь ли, родители были вынуждены отправить его туда. – Нетти покивала, живописно имитируя полное сочувствие и сожаление. – В один прекрасный день, наводя порядок в ящиках комода миссис Хэтч, Джой наткнулась на фотографии, которые хозяйка хранила подальше от посторонних глаз. Она заметила сходство между мальчиком и нашим покойным отцом. Это произошло незадолго до того, как ее рассчитали.
– Хэтч уволил ее за то, что она что-то сказала? – И тут до меня дошло, что рассказала мне Нетти. – Нет, Джой не наводила порядок в ящиках миссис Хэтч, а перераспределяла их содержимое. Она была сорокой, как Куинни и Мэй.
– Хотя до нас ей было далеко, – проворчала Мэй. – В общем, как бы то ни было, миссис Хэтч ничего доказать не удалось, но подозрения пали на нее, и – прощай, работа.
– Джой рассказала вам, что видела, и вы запомнили это на всю жизнь. Когда вы вели те «полезные дискуссии» со Стюартом Хэтчем?
– Когда, Кларк? – спросила Нетти.
– Году в восемьдесят четвертом или восемьдесят пятом. В Овальном кабинете сидел тогда мистер Рейган. Как тогда говорили, то было утро Америки.
– Полагаю, вы истратили деньги, которые Карпентер Хэтч заплатил за дом и землю на Нью-Провиденс-роуд?
– Кларк кучу денег потратил на клюкву, – сказала Нетти.
Кларк проинформировал меня о том, что клюква – продукт, необычайно полезный во многих отношениях. Ее сок, приятный на вкус и полезный для здоровья, раньше добавляли в несколько видов коктейлей. А приготовленный из клюквы соус ставили на стол чуть ли не в каждой семье по всей стране, особенно в День благодарения. В его оде добродетельной клюкве звучала нотка печали.
– К сожалению, – дополнила Нетти, – клюква не сделала из нас миллионеров.
– Человека, с которым я занимался «клюквенным» бизнесом, можно было б назвать нарушителем общественного порядка, – продолжил Кларк. – Хотя по сути своей он был белым и пушистым.
– Итак, у вас состоялся разговор со Стюартом Хэтчем, – напомнил я.
– На тему возможной передачи ему недвижимости, – сказал Кларк.
– И одним из пунктов вашего соглашения был запрет разглашения всего, что вам известно об Эдварде Райнхарте.
– И это, поверь, очень расстраивает нас до сих пор, – покачала головой Нетти. – Появляешься ты, ошарашиваешь нас именем Райнхарта – это был настоящий шок! У нас не было ни шанса, сынок, и мы дали тебе лучший совет, на какой только были способны в нашем положении.
– Вы поразили меня до глубины души. Вы шантажировали Стюарта Хэтча, вытряхивая из него целое состояние.
– «Шантаж» не совсем верное слово, – сказала Нетти. – Мы заключили деловое соглашение. И все разошлись довольные, включая мистера Хэтча.
– И сколько вам удалось выжать из этого жулика?
На этот раз в улыбке Кларка не было ни намека на насмешку:
– Кругленькую сумму.
– Не сомневаюсь. – Несмотря ни на что, я почти восхищался этими тремя старыми хулиганами. – Вы живете на деньги Хэтчей годами, не так ли? Сначала вы продали им землю, потом продали им тайну. Я горжусь вами. Данстэны никогда не были образцами законопослушания, однако Хэтчи были куда хуже.
– Нэдди. – Мэй положила нож и вилку на тарелку, казавшуюся только что вымытой и вытертой насухо. – Сейчас, когда мы можем говорить открыто, я хочу задать тебе вопрос. Мистер Райнхарт, как его тогда звали, погиб, отбывая срок заключения в тюрьме. Мне не совсем понятно, как тебе удалось узнать его настоящее имя.
– Что ж, теперь мой черед признаваться, – сказал я. – Мне пришлось позаимствовать фотографии, которые тетя Нетти держала в своем шкафу.
– Вот так так! – воскликнула Мэй. – А я-то все гадала, чего ради миссис Хэтч просила стянуть их из библиотеки. Хотя, к слову, задача была пустяковая. Люди частенько не замечают, как снимают одежду прямо с их плеч, особенно мистер Ковингтон.
– Вспомни-ка, Мэй, – – сказала Нетти. – Миссис Хэтч сказала нам, что Нэд говорил о твоих талантах и что глубоко в душе она чувствовала, будто те снимки помогут нам вернуть наши собственные бесценные фотографии.
– А что, вполне возможно, так оно и было, – согласилась Мэй. – И фотографий наших как не было, так и нет. Может, стоит еще разок наведаться в библиотеку.
– Обе папки с фотографиями у меня в машине, – успокоил я тетушек. – Через минуту я вам их верну. Если вы отправите их обратно к Хью Ковентри, они будут в полной сохранности.
– Замечательно, не правда ли? – воскликнула Нетти. – Миссис Хэтч просто
– Мне тоже, – проговорил я. Нетти повернулась к Мэй:
– Я познакомилась с сыночком миссис Хэтч, когда мы приходили навестить Стар в больницу. Он был такой забавный! Мальчуган перегнулся через ремень своей коляски и сообщил мне: «Я никогда не пускаюсь в рассуждения с бухты-барахты, миссис Рутлидж». Ушам своим не поверила!
– Такого мальчишку надо показывать по телевидению вместе с его мамашей, – выдал Кларк.
– Он сказал мне: «Я никогда не бросаюсь…» Нет, он сказал: «Я не сужу…» Нэд, как он сказал?
– «Я никогда не сужу с бухты-барахты», – подсказал я. – Пойду схожу за фотографиями, а потом загляну к Джой. Сегодня вечером уезжаю в Нью-Йорк.
– Так скоро? – удивилась Мэй. – Боже, у меня такое чувство, будто ты приехал пять минут назад.
Кларк подарил мне плутоватую улыбку и отодвинулся вместе со стулом от стола:
– Я провожу тебя.
132
Когда мы спускались по ступеням крыльца, Кларк одарил меня таким светским взглядом, на какой, пожалуй, был бы неспособен и Морис Шевалье[75]. Клочья тумана соткались в тонкую серую вуаль, от которой все казалось чуть более отдаленным, чем на самом деле. Когда я отдал Кларку папки, он вздернул подбородок, будто желая подчеркнуть, что сознает конфиденциальность ситуации, предполагающей возможное присутствие невидимых посторонних глаз и ушей:
– Мне показалось, у тебя с миссис Хэтч было что-то…
– Этого «что-то» была самая малость, – отшутился я. Отеческая гордость плеснула в его глазах, обрамленных красной оправой очков:
– Надеюсь, со временем ты станешь настоящим Данстэном.
– Надеюсь, вы не ошибаетесь. – Затем, припомнив невидимых посторонних свидетелей, я взглянул на ту сторону улицы. – Вы случаем не в курсе, Джой звонила в Маунт-Болдуин?
– Последние два дня о Джой ни слуху, ни духу. Раз уж мы с тобой вышли, давай зайдем к ней?
На стук в дверь Джой не отозвалась. Я постучал вновь. Лоб Кларка словно разрезала сотня параллельных морщинок:
– Она всегда оставляет ключ на всякий пожарный, так сказать, случай. Погоди-ка, сейчас вспомню.
Я приподнял угол коврика для ног и поднял ключ от входной двери.
– Только ты нагнулся, я тут же вспомнил. Давай его сюда.
Кларк открыл дверь и замахал рукой перед лицом:
– Непостижимо, как можно жить в такой вони. ДЖОЙ! ЭТО МЫ С НЭДДИ, МАЛЬЧИКОМ СТАР! КАК ПОЖИВАЕШЬ?
Я услышал высокий и чуть приглушенный, похожий на мычание, звук.
– СЛЫШИШЬ МЕНЯ?
Тишина, и лишь этот странный звук, который Кларк не мог слышать.
– Давай зайдем. – Мы перешагнули порог, и вонь окутала нас – ДЖОЙ! ТЫ В ТУАЛЕТЕ, ЧТО ЛИ?
– Посмотрим в гостиной, – предложил я, надеясь, что Джой не хватил инфаркт, когда она опускала Кларенса в ванну.
Звук стал громче. Когда мы вошли в гостиную, Кларенс вытаращил на нас глаза со смесью ужаса и облегчения во взгляде и резко рванулся грудью вперед, удерживаемый лямкой.
– Ммммм! Ммммм!
– Кларк, позвоните в Маунт-Болдуин, пусть немедленно присылают «скорую».