Питер Гамильтон – Спасение (страница 97)

Все увидели, как он сдвинул в сторону стеклянную крышку, обнажив плотно упакованные поддоны внутри. Мужчина провел по ним рукой – закрытые глаза словно всматривались в данные системы. Кандара заподозрила, что так и есть: вероятно, скрытые в его пальцах периферийные датчики анализировали содержимое поддонов. Наклонившись, он выдвинул один, опутанный по бортику оптическим кабелем. Прицепив поверх этой электроники что-то похожее на ярлык со штрихкодом, мужчина задвинул поддон на место. Постоял еще минуту, вглядываясь в выплеснутые ему на линзы графики, и задвинул стеклянную крышку.

Кандара поджала губы.

– Физическое проникновение, – едва ли не с восхищением констатировала она. – Настоящая старая школа. У того, кто на такое решился, таки есть яйца.

– У нас у всех есть, – вставило Ойстед, ухмыльнувшись безнадежно застонавшему Тайле.

– От подобных операций Ониско не защищен, – сказала Джессика. – Хитрый ход.

– Они проанализировали ваши системы и нашли уязвимое место, – сказала Кандара. – Профессионалы. Не думаю, что они фанатики: этих интересуют только деньги.

– Ну вот, – перебила Джессика. Проектор над ее столом показывал лицо того же мужчины, только теперь он лениво улыбался. – Байлис Арнтсен, ботаник из Университета Феникса, на двухгодичной стажировке по обмену, специализируется на синтебиологии пустынной флоры. У нас в стадии строительства два цилиндра, рассчитанные на биосферу засушливого климата.

– Вернитесь к охраняемым файлам, – потребовало Крузе. – Выясните, что еще он натворил в наших сетях.

– Ген 8 Тьюринг в Бюро этим уже занимается, – сказало Тайле.

До материализации следующей записи им пришлось подождать десять минут: другой человек в другом сервисном складе. Опознан как Нагато Фасан, семнадцать месяцев назад иммигрировавший на Акиту как новообращенный энтузиаст утопийского мировоззрения. Следующей была женщина Найоми Мартенссон. Согласно досье, у нее имелась докторская по физике от Мюнхенского университета, и свои знания Найоми применяла для синтезаторов органосиликоновой жизни. Прикомандирована от Североафриканского института для работы с открытыми источниками.

Джессике хватило одного взгляда на ее худое лицо и мертвенно-бледные волосы.

– Стерва!

– Что? – не поняло Крузе.

– Это Меланома!

Кандара, не замечая похолодевшей на несколько градусов кожи, сосредоточила взгляд на неприметной фигурке Найоми Мартенссон.

– Уверена?

– Еще как! Я, когда работала на «Связь», год пыталась ее выследить. Изменила цвет волос и глаз тоже, но я ее узнала. Всем на этом и остановиться, – резко приказала Кандара. – Досье на Найоми Мартенссон у Тьюрингов не запрашивать. Никаких выходов в файлы, ясно? Меланома наверняка ввела программы слежения на все относящиеся к ней сети.

Она обвела кабинет глазами, словно думала поймать кого-то на предательском звонке.

– И что теперь? – осторожно осведомилось Ойстад.

Кандара повернулась к Крузе.

– Прежде всего закрыть все портальные двери на Ониско.

– Все?

– Да. Не только пешеходные хабы на Акиту и в поселения – грузовые порталы тоже. Все. Мы должны запереть ее здесь.

– Я… спрошу.

– Нет. Этого мало. Свяжитесь с кем-нибудь – с Яру, или с Эмильей, или с обоими, если надо будет: любыми средствами добейтесь полномочий, не поднимая шума. Безо всяких комиссий и общепринятых процедур.

Крузе решительно кивнуло.

– Хорошо, сделаю.

Кандара повернулась к Тайле и Ойстад.

– Когда Ониско заблокируют, и не ранее того, надо будет установить их местонахождение.

– Тьюринг Бюро проведет визуальный поиск, – сказало Ойстад. – Мы мигом на них выйдем.

Кандара мрачно изучала плавающее над столом Тайле изображение.

– Как только закроются порталы, они поймут, что провалились и мы их ищем.

– Я сумею их быстро найти, – настаивало Ойстад. – Их альтэго наверняка подключены к сети. Проведу поиск по интерфейсу, там регистрируются контрольные прозвоны.

– И мы тоже можем прибегнуть к методам старой школы, – добавила Джессика. – Просто связаться с их коллегами, с теми, с кем им положено сотрудничать. И спросить, кто сейчас в одной комнате с ними.

– Хорошо, – сказала Кандара. – Действуйте широким фронтом. Запускайте все методы поиска разом.

На получение полномочий для развода Ониско с остальной системой Дельты Павлина у Крузе ушло семь минут: Эмилья разрешила объявить карантин биологической тревоги. За это время Кандара успела вызвать свою ап-багажку и переодеться в офисном туалете. Броня у нее была цельной, облегающей, из пяти отдельных защитных слоев. Внутренний поддерживал постоянную температуру тела, затем шла самогерметизирующаяся мембрана для защиты от биологического оружия и ядов, позволявшая также действовать в вакууме или под водой. Еще один термический слой охранял как от высоких температур, так и от переохлаждения вблизи абсолютного нуля, а на нем лежал отражатель, отводивший энергетические лучи и электромагнитные импульсы. Четырехсантиметровый наружный слой обеспечивал кинетическую защиту: достаточно гибкий, чтобы не стеснять движений, он отвердевал под ударом пуль или осколков и сохранял устойчивость по отношению к мономолекулярному волокну. Безликий шлем, похожий на акулью морду, был снабжен активными и пассивными датчиками, взаимодействовал с Сапатой и подавал на контактные линзы обработанное изображение. Тонкий ранец из нескольких сегментов заключал в себе систему жизнеобеспечения, энергию для лучевого оружия и боеприпасы, а также полевую аптечку. К его основанию роем черных жучков лепились микродроны. В браслетах уместились гамма-лазер и мини-гранатомет, на левом предплечье крепилась маленькая винтовка с магнитной направляющей, а снаряды для нее поступали из ранца.

Весившая теперь восемьдесят кило Кандара протопала обратно в кабинет.

– Боже мой! – воскликнула Джессика. – Ты прямо жуткий падший ангел! А пылающий меч прихватила?

– Сегодня нет. Но мысль хороша, спасибо.

– Я сейчас подаю приказ на блокировку, – сказало Крузе.

– Погодите, пока я спущусь в хаб Гловета, – попросила Кандара. – Оттуда я дам сигнал. Когда установите, где они, закройте внутренние хабы Ониско, но оставьте мне путь к ближайшему.

– Я с вами, – вызвалось Крузе.

– Нет.

– Но ведь нам придется задействовать местную полицию. Они выстроят физическое оцепление района, где вам предстоит действовать. Они обязаны минимизировать ущерб и потери.

– Отлично. Ставьте оцепление, чтобы не подпускать близко простых граждан, но хорошенько внушите полицейским, что, если в этом районе покажутся Арнтсен, Фасан или Меланома, пусть не пытаются их остановить. Я сама их возьму.

– Согласен.

Кандара испустила вздох, оставшийся незамеченным за пределами ее шлема.

– Остальным надо внимательно следить за событиями. Мне понадобится постоянная оперативная сводка.

– Ты ее получишь, – пообещала Джессика. – Я умею отбирать сведения для таких процедур.

Покинув кабинет, Кандара спустилась на два уровня к хабу Гловета.

– Тактическая группа полиции в готовности, – объявило Крузе.

Кандара задумалась, не докладывают ли того же наблюдательные программы Меланомы.

– Джессика, как только установим локации, будь добра, отрежь доступ в сеть во всех зонах.

– Непременно.

Хаб опустел. Кандара остановилась на входе, проверила напоследок жизненные показания. Перевела дыхание. Поставила оружейные системы в активный режим.

– Ну, Крузе, приступайте.

Дисплей Сапаты показал ей, как падает питание портальных дверей, сводя связь с парами к нулевой пространственной запутанности. Три портала перед ней остались нетронутыми.

– Тайле?

– Прозвон включен.

– Есть! – крикнула Джессика.

Сапата выплеснула результаты в поле зрения. Арнтсен и Фасан оба находились в лаборатории научного корпуса Эоин на дальнем торце Ониско. Меланома была на Брембле, в силикон-обогатительном модуле.

Маршрут к Эоин высветился на контактных линзах. Кандара не медлила: пробежала через портальную дверь, резко свернула влево к следующему хабу, сквозь новый проход. Перед закрывающимися дверями топтались растерянные пешеходы. Открытой оставалась одна.

– Хорошо сработано, – вполголоса бросила Кандара, кинувшись в нее. Еще раз налево. Четыре быстрых шага, и она в центральном овальном зале Эоин, окаймленном широкой эстакадой, спиралью уходящей от черно-белого мраморного пола к восьми этажам лабораторий и конторских помещений.

– Сеть Эоин на паузе, – доложила Джессика. – Все портальные хабы закрыты.

– Ты сможешь запечатать двери лабораторий? – выдавила Кандара, взбегая по эстакаде. Арнтсен с Фасаном находились в пятой на втором этаже.