Питер Гамильтон – Эволюционирующая Бездна (страница 145)
В каюте раздался сдавленный крик. Все посмотрели на дверь спальни, где Аарон сражался с собственным разумом.
– А нельзя ли его разбудить?
Оскар поставил самую сильную защиту, на какую только был способен, но все равно ощущал кошмарный поток, изливающийся из мозга спящего Аарона.
– Мы с Троблумом уже один раз попытались это сделать, – сказал Араминта-два. – И повторять попытку не собираемся. К счастью, моя третья рука сильнее, чем у него. – Он нервно усмехнулся. – Ведь именно Аарон настаивал, чтобы я совершенствовал и развивал свои способности.
– Мы теряем его, – сказал Иниго. – А если мы его лишимся…
– Нет, – возразила Корри-Лин. – Мы не уступим его, только не ей. Сначала надо добраться до Маккатрана. Он сильный, я хорошо знаю.
– Да, но это?
Томансио показал на дверь спальной каюты.
– Осталось меньше двух часов, – сказала Корри-Лин. – И мы пройдем по улицам Маккатрана. Его подсознание это понимает.
– В его подсознании и таится проблема, – грустно пробормотал Оскар. – А где Троблум?
– Там, где проводит большую часть всего времени, – с насмешкой ответил Араминта-два. – В своей спальне.
– У него тоже проблемы?
Вопрос вырвался у него прежде, чем Оскар осознал, о чем спрашивает. В каюте распространилось ощущение насмешки с легкой примесью смущения.
– Ладно, – бросил Оскар, стараясь удержать свои мысли подальше от двери спальной каюты. – Но как?
– Не хотелось бы строить предположения, но объемный проектор тоже там.
– Ого, веселая выдалась поездка.
– Точно, – согласился Араминта-два. – На борту «Света Заступницы» немного спокойнее.
– Флотилия паломников попала в Бездну?
– Да. Около недели назад. У меня возникли разногласия с Этаном, но теперь все улажено.
Оскару стало интересно, но инстинкт удержал его от дальнейших расспросов.
– А Иланта?
– О, конечно. Она тоже здесь. Она убила Небесного Властителя и завладела его способностями.
– О Господи. И где она теперь?
– Другой Небесный Властитель сказал, что она направилась к Ядру.
Оскар почти пожалел, что так рано вышел из небытия.
– Давайте будить остальных, – предложил он.
Аарон вышел в общую каюту, когда из медицинской камеры выбралась Бекия. Оскар бросил на него один только взгляд и порывисто вздохнул. Аарон был в ужасном состоянии. Его лицо выглядело таким разбитым и обожженным, словно он только что пережил крушение капсулы. Глаза опухли и налились кровью.
– Рад тебя видеть, – солгал Оскар.
Аарон ответил мрачным взглядом.
– Где Троблум?
Не дожидаясь ответа, он ударил кулаком в дверь спальной каюты. Оскар заметил, что ногти у него почернели и из-под них сочится кровь.
Троблум вышел в кают-компанию, излучая негодование. Потом обвел всех собравшихся угрюмым взглядом и опустил голову, словно нашкодивший подросток.
– Сажай корабль, – приказал Аарон. – Давай, у нас нет времени на твои личные переживания. Сосредоточься на деле. Учти, что при посадке Джастина столкнулась с некоторыми трудностями.
– Я готов, – хмуро ответил Троблум.
Из пола каюты выдвинулись кресла безопасности.
– Кстати о переживаниях. – спокойно произнес Томансио. – Ты хоть понимаешь, какие чувства выплескивал в Бездну?
– А что такое? – резко спросил Аарон.
– Ну, давай надеяться, что твоя подружка не будет скопирована, как случилось с Казимиром. Очень не хотелось бы встретиться с ней на поверхности.
Оскар сжал подлокотники кресла. В экзо-зрении вспыхнули первые желтые предупредительные иконки, извещающие о сбоях в нескольких системах. Теперь он точно предпочел бы оставаться в небытии, пока не закончится весь этот кошмар.
В аномийском городе наступил вечер и стало прохладно. Он натянул черный кашемировый свитер и отправился к системе внедрения, разложенной на площади, наподобие гигантской паутины. Влажные нити в золотисто-розовом свете солнца блестели чернотой. Анализ функций поля показывал отдельные изъяны в длинных цепочках молекул, сплетенных с активными волокнами проникающих элементов. Но качество оказалось высоким, несмотря на то что для изготовления подобных устройств репликатор был совершенно не приспособлен.
Он украдкой посмотрел на Тизака. Высокий старый аномиец, подогнув нижние конечности, сидел на противоположном конце площади, неподалеку от скромного лагеря Гора. Он до сих пор не знал об истинном назначении разложенной сети.
«Мне кажется, недоверчивость и подозрительность больше свойственны людям, чем аномийцам. И это стимул для нас. Но все же… они перешли на постфизический уровень. Хотя какая разница. Как будто они создали две ветви своей расы, амбициозную и наивную».
Эта теория ничуть не хуже любой другой. Он почему-то не мог представить, чтобы Тизак и его сородичи перешли на постфизический уровень.
«А если это и есть истинная биологическая эволюция? Достигнуть вершины и повернуть назад, к мирному угасанию, уже не имеющему значения после того, как достигнутая победа обеспечила выход за рамки Вселенной. Может, у пространства-времени и нет другой цели, как вынашивать эмбрионы разума».
Он попытался припомнить все обнаруженные исследовательскими экспедициями Флота расы, которые скатились вниз с вершин науки и развития, так и не перейдя к постфизическому статусу. Статистические данные ускользали от него, но вряд ли таких было много.
В прозрачном воздухе над городом что-то с шумом пронеслось, распространяя волну радости и облегчения. Тизак ничего не слышал, значит…
Гор удовлетворенно улыбнулся. Дав команду юз-дублю установить связь с Экспедитором, он сам удивился спокойствию своего плотского тела.
– Как дела?
«Поразительно, но я все еще жив. Здесь ничего не изменилось. Пакет программ внедрения загружен. Я жду только твоей команды, чтобы его активировать».
– Вперед.
«Что?»
– Запускай червоточину и начинай отбор мощности через сифон. Очень скоро нам понадобится эта энергия.
«Ох, черт. Ладно, я попробую».
– Спасибо. Спасибо за все.
Гор прикрыл глаза, открыл свой разум и обратился к небу.
Звуковая волна внезапно прокатилась по Маккатрану, заставив местных птиц взлететь в небо, испуганно хлопая крыльями. Встревоженные животные завыли по всему городу. Джастина подняла голову и с облегчением улыбнулась. Она
– Наконец!
Корабль скрылся за высокой стеной, окружающей небольшой садик позади особняка Сампалок. Джастина приказала двум ген-мартышкам продолжать рыхлить новую грядку для овощей. Смешные маленькие создания водили по земле примитивными орудиями точно так, как она показала. Формирование этих существ стало для нее источником едва ли не величайшего удовольствия за многие столетия, хотя у одной ген-мартышки получились разные по длине руки, а у второй были проблемы со слухом.
Джастина поспешила на центральную площадь и остановилась в определенном месте, которым пользовалась на протяжении последних семи недель.
«Опусти меня», – попросила она город.
Поверхность под ногами
Джастина достигла ярко освещенного тоннеля и опустила на нос темные очки, а потом попросила город перенести ее в Золотой Парк. Сила тяжести начала изменяться, и она предусмотрительно наклонилась вперед. Однажды она допустила ошибку и летела вперед ногами, но повторять ее не хотела. Другое дело – лететь головой вперед. Это оказалось еще более восхитительно, чем в снах Иниго. На первом же спиральном повороте она выбросила вперед сжатые кулаки и испустила восторженный вопль.
В Золотом Парке Джастина поднялась у одной из белых колонн, стоявших вдоль Внешнего канала. Там она ждала, а за спиной ярко сияли пересекающиеся купола Дворца-Сада. Вскоре корабль появился над портовым районом, и после долгих недель ожидания, за время которых Джастина почти убедила себя, что ждать, возможно, придется десятилетия, она дала волю переживаниям, присущим физическому телу. Теперь корабль летел намного медленнее, хотя от его крыльев в безоблачном небе Маккатрана все еще расходились белые кудрявые следы. «Стоп. Какие крылья?»
Над районом Йисидро корабль начал крутой спуск. Джастина поняла, что машина страдает от тех же сбоев, что и ее «Серебряная птица». Особенно сильные колебания заставили ее пару раз ахнуть. Затем выдвинулись длинные опоры, и корабль, упав еще на десять метров, затормозил над самой травой и окончательно остановился в сотне метров от «Серебряной птицы».