Питер Дэвид – Долгая ночь Примы Центавра (страница 41)
Так они шли по Гхехане, и тут кто-то выкрикнул родовое имя императора:
- Моллари!
Кто-то подхватил возглас, а затем еще, и еще, пока вся толпа не стала дружно скандировать:
- Моллари. Моллари. Моллари!…
Лондо наслаждался их поклонением, улыбался и жестами приветствовал подданных, и Сенна осознала, что в высказываниях Лондо была огромная доля правды. Людям действительно требовалось во что-то верить, что-то такое, что поднимало их над собой. И пока что этим «чем-то» был сам Лондо Моллари. Лондо - Император, Лондо - Восстановитель, Лондо - Любимец Народа, тот, кто принесет процветание Приме Центавра и возродит Республику, сделает ее предметом гордости для каждого центаврианина.
И все равно он был одинок.
И Сенна твердо решила, что ей нужно что-то в связи этим предпринять.
Интерлюдия
Землекоп - центаврианин очень жалел, что приходится трудиться здесь, а не где-нибудь в другом месте.
Он удалился от основного места раскопок, чувствуя усталость, жажду и непреодолимое желание отдохнуть, наконец, от той компании, с которой ему постоянно приходилось общаться, жить и работать. Все они выглядели отвратительно счастливыми от того, что удалось получить хоть какую-то работу, пусть даже столь неблагодарную, и трудились здесь, пребывая в некоем странном наваждении, будто служение нуждам и интересам великой Республики Центавра почему-то заключалось в осуществлении бессмысленных археологических раскопок на какой-то проклятой захолустной планете, с использованием допотопных орудий и без всякого представления о том, что же именно они могут здесь найти.
- Идиоты, - сказал он, уже не в первый раз. И в этот самый момент понял, что на что-то наткнулся. Он поднял свой испачканный отбойник и, прицелившись в землю прямо у своих ног, изо всех сил вогнал его прямо вниз. По всем представлениям, по всем инструкциям, в этом месте ничего не должно было быть. Он вложил всю свою ярость в этот натиск, сжигая свой отбойник, заставляя его работать на полных оборотах дольше, чем полагалось по эксплуатационным характеристикам.
Отбойник успел углубиться почти на десять футов, когда что-то вырвалось из глубины.
У землекопа не было шансов понять, что бы это такое могло быть. Только что он, в предвкушении великого открытия, изо всех сил налегал на свой отбойник, а в следующее мгновение некая темная энергия, вырвавшись, смяла его, и в последний момент он успел еще услышать страшный вопль, который мог быть его собственным, вот только прозвучал он не из его рта, а внутри его головы, и не был похож ни на что, слышанное им когда-либо ранее.
И больше он не слышал уже ничего, поскольку его тело разлетелось по окрестностям, и пролилось дождем желеобразных частичек, унесенных на пятьдесят футов от места катастрофы. Поскольку его частички разбросало по такой огромной территории, никто так никогда и не наткнулся на какой-нибудь фрагмент его останков, а если и наткнулся, то не смог сообразить, что же это могло быть.
Когда он вечером так и не появился в лагере, его имя пометили в списке, как без вести пропавшего, и смета раскопок была сокращена на размер его заработка. Тем временем, в восьмидесяти футах под землей, нечто пришло в состояние готовности, и ожидало теперь новых, менее грубых сигналов…
Глава 4
Вир вертелся в своей постели, поскольку гигантская женщина-вампир приближалась к нему…
Из ее глаз на Вира смотрело само зло, руки женщины были распростерты, и она шевелила своими пальцами, а на конце каждого пальца - спаси и сохрани, о Великий Создатель! - были присоски. И каждая присоска причмокивала своими «губками», алча его крови, готовая впиться в него и высосать из него саму жизнь. Откуда-то издалека до него доносился голос Лондо, кричавшего:
- Беги, Вир! Беги! Не дай ей прикоснуться к себе!
Но Вир почему-то словно прирос на этом самом месте, и ноги отказывались выполнять его команды. Он бы и рад был убежать, но попросту не мог этого сделать.
А женщина-вампир подбиралась все ближе, ближе к нему. Ее лысая башка светилась пульсирующим черным светом, и она хохотала, издавая при этом такие зловещие звуки, которые, наверно, когда-то в древние времена доносились из первобытного леса, посреди которого троглодиты, сидя на корточках вокруг костра, с ужасом всматривались в темноту. Когда губы вампирши расплылись в попытке изобразить улыбку на ее отвратительном ротовом отверстии, Виру стали видны ее клыки, с которых капала кровь, а присоски ее подбирались все ближе, ближе, и спасения не было…
Вот так обстояли дела в тот момент, когда Вир, наконец, смог завопить, и вопль его был столь оглушительным, что стряхнул с него сон, заставил Вира сесть, отдышаться и осмотреться, в попытке понять, что же такое стряслось с ним.
И в результате он понял, что кто-то настойчиво звонит к нему в дверь. Вир попробовал сфокусировать свой затуманенный взгляд на часах возле кровати. Была полночь. Да кто же это мог пожаловать к нему в такой безумный час.
- Уйдите! - простонал Вир, плюхаясь назад на постель.
Но снаружи не последовало иного ответа, нежели как нового настойчивого звонка в дверь.
В голове у Вира зажегся предупредительный сигнал. А что, если это убийца, который надеется застать его заспанным, дезориентированным и потому особенно уязвимым. Но в этот момент Виру, в общем-то, было все равно. Предположение, что кто-то сейчас оторвет ему голову, в данный момент представлялось ему более предпочтительным, нежели возвращение в сон, где его нетерпеливо поджидала женщина-вампир, которой только и нужно было, чтобы Вир вновь отключил свое сознание и попытался отдохнуть.
- Свет, приглушенный, - раздраженно скомандовал Вир, и освещение в его апартаментах послушно зажглось вполсилы. Но даже этого тусклого света оказалось достаточно, чтобы причинить боль его глазам. Вир поднялся с постели, схватился за халат, сунул правую руку в левый рукав, покрутился на месте, тщетно пытаясь поймать убегавший второй рукав, наконец схватил его, осознал свою ошибку, стащил с себя халат и, наконец, все-таки сумел надеть его правильно. Назойливый трезвон продолжался в течение всего этого времени, и довел Вира до такого состояния, что он даже не позаботился надеть шлепанцы, но просто пошел босиком через комнату к двери, крича по пути:
- Иду я! Иду! Держитесь, уже скоро!
Он добрался до двери, освободил запорный механизм, спросил себя, не увидит ли он перед собой дуло вражеского оружия, когда дверь скользнет в сторону, и понял, что в данный момент ему действительно все равно.
Дверь распахнулась, и Вир не смог сдержать испуганного возгласа.
- Я пришла не вовремя? - спросила Мэриэл.
Вир не мог поверить своим глазам. Что она делает здесь?
Мэриэл явно ожидала какого-нибудь ответа с его стороны, и Вир постарался вновь обрести дар речи.
- Ух… нет. Нет, время… самое подходящее. Я как раз ничего не делал, потому что… ну… я спал. Но, знаете ли, для этого не нужно прилагать каких-либо усилий. В общем-то, это просто пустая трата времени. Вместо того, чтобы просто спать, можно было бы сделать столько всего хорошего. Знаете, я подумываю о том, чтобы найти способ вообще не спать. Можно жить гораздо более эффективно, понимаете ли, если не тратить время на сон. То есть, я имел в виду, что вот сейчас я трачу девять, а то и двенадцать часов на сон, но мне кажется, я вполне мог бы обходиться и гораздо меньшим временем. Например… часом. Один час на сон, это было бы здорово. Или… три. Как раз сегодня я и спал ровно три часа, - сказал Вир, и чтобы удостоверится, еще раз проверил часы. - Да, три часа, это хорошо. Три часа - это очень много времени. Сам не могу поверить, насколько хорошо я сейчас функционирую после…
- Посол… Вы позволите мне войти?
Вновь, как уже случалось неоднократно, Виру пришлось бороться с желанием оглянуться в поисках Посла.
- Да. Да, несомненно. Входите. Входите.
Мэриэл вошла, озираясь по сторонам, оценивая апартаменты Вира.
- Ну и ну. Мне нравится, как вы обустроили это место, Вир. Во времена Лондо оно несколько напоминало музей. Музей Лондо Моллари, поскольку повсюду были развешаны его портреты. Как давно это было, Вир?
«Не так уж и давно.»
- Да… столько прошло времени, леди Мэриэл, - вслух сказал Вир. - Четыре, пять, шесть лет. Время летит незаметно, когда вам есть, чем развлечься. Или когда у вас есть что… ну… в общем, то, что было у меня.
- Я очень хорошо помню, как последний раз была в этой комнате.
- В самом деле? И когда это было? - Вир очень надеялся, что чувство неудобства, вызванное волнением, скоро оставит его.
- Когда Лондо устроил небольшую оргию со мной и Даггер. С нами обеими одновременно. Могло бы выйти и со всеми тремя, если бы Тимов согласилась…
Это определенно выходило за пределы того уровня осведомленности, какой желал бы иметь Вир. Он поспешно отошел, борясь с искушением заткнуть уши руками, но такое действие вряд ли было бы достойно посла. По той же причине он отверг идею попробовать напевать «Ля-ля-ля» во всю мощь своих легких.
- Я… не ожидал увидеть вас здесь, миледи…
- Просто Мэриэл, пожалуйста. Нам с тобой незачем соблюдать формальности друг с другом, - тихо сказала Мэриэл. - В конце концов, ты же посол. А я всего лишь бывшая жена царствующего императора. Так что между нами нет различий.