Питер Бретт – Война с демонами. Мертвые демоны (страница 12)
– Верю не больше, чем сказочке про поленницу, – фыркнула Лиша. – Если уж человек бьет беременную, дело для него привычное. Дарси знает?
– Никто не знает, – помотала головой Брианна. – Я раньше не нуждалась в услугах травницы.
– Надо покончить с этим, пока тебе не понадобились услуги рачителя и могильщика.
– Чего ты от меня хочешь? – осерчала Брианна. – Чтобы я пожаловалась папаше? Он кликнет моих братьев и убьет Эвина. За это их выгонят из поселка в ночь. Каллен останется без мужской заботы, а что будет со мной?
– Тогда скажи Смитту, – предложила Лиша. – Пусть разбирается совет.
Брианна покачала головой:
– Папаша все равно узнает и поступит по-своему.
– И что же делать? – возмутилась Лиша. – Так и будешь терпеть, пока он не изувечит тебя или плод? Или Каллена?
– Лиша, это не повторится. – Брианна сжала ее руку. – Он обещал. Поклянись, что не проболтаешься.
– Брианна… – начала Лиша.
– Поклянись! – перебила ее та. – Вспомни свой обет!
Глаза Лиши сузились, но она угодила в ловушку и поняла это. В памяти всплыли ремень Элоны и боль, которая всегда казалась меньшей, чем позор при огласке.
– Клянусь, – процедила в итоге.
Покончив с перевязкой, она вручила Брианне пригоршню кореньев.
– Жуй, если будет болеть. Но только по одному в день. Иначе, – погладила она Брианну по животу, – малютка заставит тебя об этом пожалеть.
– А с ребенком ничего не случится? – спросила, чуть не плача, Брианна.
– В этот раз обошлось. Но если повторится – как знать?
– Не повторится, клянусь.
– Боюсь, не тебе это решать, – ответила Лиша.
Она застала Эвина во дворе. Его глаза скользнули по ее телу, но он оставался начеку. Лиша направилась к нему, повинуясь порыву и чуть сильнее качая округлыми бедрами.
– Брианна поправится, – сообщила она. – Падение с поленницы привело к перелому пары ребер, но они срастутся, если ей обеспечить покой.
– Ага… с поленницы, – медленно проговорил Эвин, обретая уверенность. – Так оно и было. Ужас как рассыпалась. Я говорил ей обратиться к травнице, но ты же знаешь Брианну.
– Еще как, – ослепительно улыбнулась Лиша.
Эвин ответил тем же.
– Ты здорово похорошела, Лиш, – выдохнул он.
Лиша огляделась. Убедившись, что они одни, подступила ближе, встала на цыпочки и почти коснулась губами его уха.
– Ступай за дом, – шепнула она. – Я кое-что покажу.
Эвин расплылся в улыбке, схватил ее за руку и поволок за собой.
Там, где никто не видел, он навалился на нее, неистово целуя и лапая за грудь. Иглы не замечал, пока та не впилась ему в шею.
– Что за!.. – вскричал он и отпрянул, схватившись за место укола.
Его зашатало.
– Яд действует быстро, – сообщила Лиша, оправляя блузку.
– Яд?..
Эвин не договорил. Ноги подкосились, и он рухнул в грязь, где начал корчиться, держась за живот.
– Чувствуешь? – осведомилась Лиша, становясь подле него на колени, когда судороги разыгрались всерьез. – Ужасные колики, боль? И ноги только подергиваются при желании пошевелиться? Не волнуйся, не переживай, – продолжила она, похлопав его по спине. – Скоро яд выйдет из мышц.
Она склонилась ниже, погладила его по голове и шепнула:
– И переберется в потроха.
Эвин утробно замычал в землю.
– Я пообещала Брианне молчать, – сказала Лиша. – Травницы дают обет не разглашать секреты, и я его не нарушу. Но это не значит, что я не могу поступить по-своему.
Схватив его за волосы, развернула лицом к себе.
– Смотри на меня! – приказала она.
Эвин сделал слабую попытку отстраниться, но Лиша держала крепко. Свободной рукой она запрокинула ему голову, чтобы смотрел в глаза.
– Подумай обо мне хорошенько завтра, когда будешь орать в нужнике, – посоветовала она. – Подумай о том, что в следующий раз, когда мне придется лечить из-за тебя Брианну или кого-нибудь из детей, сегодняшняя история покажется тебе пустяком. Я сделаю так, что твои кости завопят благим матом, а жалкий стручок сморщится, как изюм. Я переведу тебя на костыль еще до того, как ты встретишь тридцатое лето.
Эвин смотрел на нее в ужасе, округлив глаза. Изо рта потекла слюна, а по щеке скатилась слеза.
Она отпустила его и поднялась на ноги. Голова Эвина с чвакающим шлепком плюхнулась в грязь.
– Хорошенько подумай! – повторила она, повернулась и оказалась лицом к лицу с Брианной.
Она застыла, а Брианна сперва уставилась на корчащегося мужа, потом на нее. Их взгляды встретились и приковались друг к другу, казалось, на вечность. Наконец Брианна кивнула. Лиша кивнула в ответ, и Брианна вернулась в хижину.
– Брианна как минимум на седьмой неделе, – доложила Лиша. – Неделю назад призналась Эвину, а он в скором времени взял и избил ее. Ребенок не пострадал, но мне пришлось заниматься двумя сломанными ребрами и кучей синяков.
Бруна кивнула, как будто Лиша говорила о зауряднейших вещах вроде дождика.
– Насколько я понимаю, она попросила молчать, – сказала она.
– Откуда ты знаешь? – спросила Лиша.
Бруна вскинула бровь, но не потрудилась ответить.
– Как же ты поступила? – осведомилась старая карга.
– Кольнула иглой, смоченной змеиным ядом, и пообещала, что в следующий раз будет хуже.
Бруна с гоготом хлопнула себя по колену.
– Лучше и не придумаешь! – восхитилась она. – Уж больше он ее не тронет, а как увидит тебя – надует в штаны!
– Так и было задумано, – зарделась Лиша.
– Настанет день, когда мои дети окажутся в надежных руках, – признала Бруна.
– Надеюсь, не скоро.
– Во всяком случае, не сейчас, – согласилась Бруна с толикой грусти.
Гримуар меток
Вступление
Метки – магические символы, происхождение которых забыто. Они долго слыли суеверием, пока их силу не открыли заново, когда демоны-подземники, отсутствовавшие три тысячи лет, вернулись опустошать земную поверхность.
Сами по себе метки бессильны. Однако демоны пропитаны магией Недр, а метки откачивают ее часть, используя энергию в своих целях. Большинство меток – защитные, но существует и горстка тех, что оказывают иные эффекты. Теоретически можно создать метку для любого воздействия. Недавно человечество открыло наступательные метки, способные причинить серьезный вред демонам, которые неуязвимы для другого оружия и быстро восстанавливаются почти после любого ранения.
Защитные метки