Пирс Энтони – Зона раздора (страница 71)
Робота в своём естественном обличье осталась вместе с селянками, чтобы помогать рассеивать магическую пыль. Она трудилась, не жалея сил, и вскоре совсем слилась с местным обществом. Когда могла, големша оказывала селянкам услуги, и, учась у них, становилась всё более совестливой.
Пия открыла глаза.
— Я так и не могу понять, почему ближе к концу Грей буквально сошёл с ума. Он казался таким уравновешенным.
— Так и есть, — подтвердил Джастин. — Но песня Сирены — хотя вообще-то магия содержится в цимбалах, — одно из величайших чудес Ксанфа. Грей недооценил производимый ею эффект.
— Скорее всего, он до конца верил, что контролирует ситуацию, — добавил Тристан. — Подобно большинству мужчин.
— Факт! — согласилась Брианна. — Но Заговор Взрослых построен вокруг другой тайны: в действительности Ксанфом правят женщины.
— Песня действительно завораживала, — признал Эд. — Если я бы оказался на месте Грея, то поддался бы ей сразу же. Но это не всё. Когда хвост превратился в ноги, они тоже заслуживали отдельного внимания.
— Да ну? — раздражённо сдвинула брови Пия. — Мои не хуже. — И она приподняла подол, чтобы их продемонстрировать.
— И эта роскошная грудь, — продолжал Эд.
Пия поджала губы: — Грудь есть и у меня. — Она слегка оттянула вырез блузки вниз.
— И эта трогательная милая невинность.
На сей раз Пия обиженно промолчала.
На её защиту встала Брианна.
— Все девушки милые и невинные, пока мужчины их не совратят.
— Несомненно, — согласился Джастин. Пия мысленно улыбнулась: в этих отношениях невинность исходила от него.
— Если бы мы знали, что им предстоит встреча с Сиреной, мы бы лучше их подготовили, — заметил Тристан. — В изначальном плане её не было. Сирена явно повлияла на разум Грея, хотя и косвенным путём. Робота пыталась его переубедить, но с мужчинами, находящимися в подобном состоянии, спорить тяжело.
— Это как алкоголь, — сравнил Эд. — Пьяница в компании — тот, кто не считает себя выпившим больше нормы.
— Будем надеяться, что Роботе удастся исправить ситуацию, — вздохнул Тристан. Никто не возражал, и Пия, зажмурившись, включила перемотку.
Прошёл год. В деревне появилось пятеро путешественников, разыскивающих источник магии. Добрый волшебник Хамфри выглядел, как обычно. Его сын Кромби пребывал в облике грифона. Третьим путником оказался Честер, сильный кентавр. Четвёртым — Бинк, дедушка Айви. И вместе с ними — голем Гранди, тогда ещё не совсем живой.
Селянки встретили их с распростёртыми объятиями, используя для них руки, крылья и другие конечности. Нимфы, эльфийки и человеческие полногрудые девицы окружили Бинка. Феи, гномиды и другие миниатюрные женщины собрались вокруг Хамфри. Кобылки-кентаврицы нежно приветствовали Честера. Две грифонши добивались внимания Кромби. А Робота подошла к голему Гранди.
— Но разве он не женат на Рапунцель? — забеспокоилась Пия.
— В то время ещё не был, — откликнулся Джастин. — Рапунцель заперта в башне из слоновой кости на золотом побережье. Гранди суждено спасти её лишь через несколько лет. В тот период узы брака его не связывали.
— Не связывало что? — обманчиво мягко поинтересовалась Брианна.
— Это просто фигура речи, — поспешно ответил Джастин.
— Мне известно её значение. Ты считаешь брак узами?
— Вовсе нет. Я…
— Робота развлекается, как может, — отрапортовала Пия. — Целует Гранди, и тот целует её в ответ.
— Кажется, кроме них, големов в Ксанфе нет, — сказал Тристан. — Данное событие они могут и отпраздновать.
— Похоже, к празднованию они готовятся… своеобразным образом, — заметила Пия. — Ты прав: особое местечко у неё имеется, и смягчаться она тоже способна ещё как.
— Ой, фу, — сказала Брианна. — Не хочу про это слушать. Пойдём, Джастин.
Пия слегка кивнула, давай понять, что оценила уловку Брианны. Если девушка ещё и не преуспела в соблазнении мужчины своей мечты, до этого оставалось недолго. Благодаря им, заинтересовалась в физической близости с Эдом и сама Пия. Но сейчас было не лучшее время для нежностей. Следовало исполнить другой долг — за ответ Хамфри.
Пия с интересом наблюдала за действиями големов. Робота, успев изучить все женские приёмчики и хитрости до конца, шла напрямик, осыпая Гранди похвалами и показывая ему соблазнительную плоть. Созданные ею собственные формы были идеальны, и она страстно отзывалась на любое прикосновение голема. Однако Гранди использовал её в той же мере, что и она — его, поскольку души у него тогда тоже не имелось. Результатом стала сцена, вероятно, привлёкшая внимание всех аистов в округе.
Затем вновь зазвучала песнь Сирены. Мужчины подняли головы, прислушиваясь.
— Сирена! — предупреждающе крикнула одна из фей.
Женщины дружно запели, пытаясь заглушить чарующий голос, чтобы не лишиться новых мужчин. Но они опоздали. Мужчины устремились к источнику колдовских звуков. Они прошли совсем рядом с древопутаной, которая даже не шевельнулась. Пока грифон Кромби, тогда ещё будучи женоненавистником, не врезался в ствол. Это привело к вполне предсказуемому результату.
— Они сражаются с древопутаной, — сказала Пия. — Волшебник Хамфри применил против неё свою магию. А деревенские женщины набрались храбрости и бегут на помощь с факелами. Среди них Робота. Ого, ничего себе потасовка!
— Трагедия, — печально вздохнул Джастин. — Бедное дерево.
Древопутана представляла собой основательную угрозу, однако против объединённых усилий мужчин, женщин и магии не выстояла. Дерево срубили и сожгли. Однако песнь Сирены раздалась снова, и мужчины возобновили к ней своё шествие, к великому разочарованию женщин.
— Что с ними произойдёт? — спросила заинтригованная Пия. — Я всё равно не увижу, потому что Робота осталась в деревне.
— Истории известно всё, — улыбнулся Джастин. — Они миновали барана-тарана и ананаску. Потом… — он запнулся.
— Что потом? — осведомился Эд.
Джастин неохотно продолжил: — Честер застрелил Сирену. Попал ей в самое сердце.
— Но ведь опасна была не она, а Горгона! — запротестовала Пия.
— У доброго волшебника нашёлся пузырёк целебного эликсира, — утешил её Тристан.
— Да, — кивнул Джастин. — Мужчины тоже поняли, что Сирена ничем им не угрожает после того, как уничтожили её волшебные цимбалы. Они вылечили её и провели на острове ночь. А затем отправились к Горгоне. Именно тогда добрый волшебник сделал её лицо невидимым, и они друг другу понравились.
— Он — великий волшебник, а она — красавица, — проговорил Тристан. — Интересное сочетание.
— Впоследствии они…
Но Пия перебила Джастина.
— Вижу, — сказала она, закрывая глаза и прокручивая время вперёд. — Они вернулись в деревню Магической Пыли.
Однако, несмотря на то, что селянки приветствовали возвращение победителей и уговаривали их остаться, мужчины снова покинули деревню. Взяв проводницу, они направились дальше — к Области Безумия. Робота осталась в селении. После дальнейших приключений, описанных Джастином, путники наконец столкнулись с демоном Иксанаэнным. И…
— Робота наконец ушла, — передала всем Пия. — Она держит путь к островам Сирены и Горгоны, хотя те лишились своих талантов.
— Она пользуется периодом Безволшебья, — сообразил Тристан. — Теперь, если она поступит правильно…
Робота достигла острова Горгоны, которая на тот момент пребывала в растерянности.
— Всё сейчас станет очень странным, — сказала големша Горгоне. — Магии не будет целый день. Потом она снова появится, и твой талант вернётся. Лицо снова станет видимым, и со временем ты начнёшь обращать в камень не только мужчин, но и женщин, и даже растения.
— Но я не хочу никого превращать в камни, — запротестовала Горгона, смахивая невидимую слезинку. — Когда добрый волшебник поведал мне о том, откуда взялись все эти статуи, я была просто потрясена.
— Тогда тебе стоит отправиться в Обыкновению, где твой талант никак не будет себя проявлять, — посоветовала Робота.
— В Обыкновению! — в ужасе воскликнула Горгона.
— Это единственный способ. Может, мы тебя туда даже проводим. Когда снова появится магия.
— Не знаю, — с сомнением покачала головой Горгона. — О Ксанфе мне известно всё, но…
— Что тебя здесь держит? Ты не можешь познакомиться с мужчиной, а женщины тебя ненавидят. В Обыкновении тебя ждут годы мира и покоя, пока ты будешь думать, что делать со своей жизнью дальше.
— Может, и так, — всё ещё пребывая в сомнениях, согласилась Горгона. — Но я уже знаю, что хочу делать со своей жизнью. Я хочу выйти замуж за волшебника Хамфри.
— Тогда отправляйся в Обыкновению, повзрослей, расширь свой кругозор и возвращайся сюда, когда созреешь для замужества.
— Так и поступлю, — внезапно решилась Горгона.
— Когда магия исчезнет окончательно, все эти статуи оживут, — сказала Робота. — А я почти умру. Я набита магической пылью под завязку, поэтому двигаться не перестану, но мне понадобится общество Грея Мэрфи. Так что я присоединюсь к нему прямо сейчас.
Она отыскала статую Грея и ловко взобралась на его плечо. Потом големша замерла в ожидании.