Пирс Энтони – Сквернавец (страница 15)
— Давай, расскажи её, — кивнул Сквернавец. — Мы внимательно слуш…
Но его голос оборвался на полуслове, уронив «аем» на землю, поскольку одна из пуговичек на полной груди, не выдержав глубокого вдоха Анны, расстегнулась. Бекке не хотелось признавать, что она завидует подобной способности влиять на мужчин, поэтому она промолчала. Сквернавец же стоял дурак дураком, уронив челюсть.
— Я прибыла из Обыкновении, — начала та. — Я всегда была немного рассеянной; мои мысли то и дело обрывались. А потом забрела в эти земли… как они называются, кстати?
— Ксанф, — ответила Бекка.
— Занф, — согласилась Анна. — В общем, я забрела сюда, сама не зная, как. Кажется, просто заблудилась, не могла найти выход и решила идти по первой же попавшейся тропинке. Так я шла и шла, думая о том, что буду идти, пока куда-нибудь не приду, или, может быть, вечно, или нет, и…
— Ясненько, — перебила её Бекка. Рассеянность девушки была налицо, требовалась помощь со стороны. — Так что там с пузырём?
— Пузырь? — Анна взглянула вверх и увидела, как тает очередной. — А, ну, да. Похоже, мои мысли продолжают разбегаться так же резво, как делали это в Обыкновении. Иногда я не могла вспомнить, о чём думала в последний раз, пока не происходило что-нибудь, что наталкивало меня на эту мысль снова. А иногда я искала и не находила их неделями, и это так раздражало, и…
— Пузырь, — снова напомнила Бекка.
— Ой, да. Когда я очутилась в этой волшебной стране — как её там? — Ксанаду… мои потерянные мысли стали взмывать к небу в таких вот облачках, как в каком-нибудь комиксе или в немом мультфильме, и это постоянно меня отвлекало. Понятия не имею, какую пользу из них можно извлечь. Ну, и я пошла, куда глаза глядят, в надежде оказаться хоть где-нибудь… вот только сама не знаю толком, что ищу, — Она подняла руку к волосам, чтобы пригладить очередную выбившуюся из причёски прядь, и нечаянно заслонила точку, куда пялился Сквернавец.
— Ищешь… — эхом отозвался он. Затем встрепенулся. — Значит, ты не принцесса.
Анна рассмеялась.
— Принцесса? Вы подумали, что я принцесса? Это, и в самом деле, странно, потому что да, я принцесса!
Настала очередь Бекки ронять челюсть.
— Правда?
— Разумеется. Вот только очень рассеянная. Может, здесь, в Ксанфусе, этому и не придают значения, но дома, где меня все потеряли… кстати, вы не знаете, как я могла бы вернуться домой? Я потерялась и очень хочу как-нибудь найтись.
Анна опустила руку, открывая заманчивый вид, и взгляд Сквернавца оказался прикован к нему снова. Если бы его глазные яблоки могли передвигаться самостоятельно, они бы наверняка выпрыгнули из глазниц прямо в эту соблазнительную ложбинку и катались бы по вожделенным холмам вечно.
— Дай-ка, помогу тебе застегнуться, — сказала Бекка и вставила выскользнувшую пуговичку обратно в петельку.
Это заставило Сквернавца очнуться. Бекка испытывало немалое желание оставить его на месте — парализованным, — но задача перед ней стояла противоположная. Кроме того, беспрестанное колыхание в вырезе блузки её раздражало.
— Какие мысли ты теряешь? — спросил Сквернавец.
— О, любые, — пожала плечами Анна. — Друзья говорят, что я утрачиваю… утрачиваю… — Но она опять позабыла, что хотела сказать.
В облачном пузыре над её головой появилось изображение кухонной раковины, забитой чашками и тарелками.
— О грязной посуде? — наугад спросила Бекка.
— Да, точно! Что я утрачиваю здравый смысл настолько, что потеряла бы даже кухонную раковину, если бы могла. И пару раз, дома, мне это удалось, ведь я никогда не успеваю вовремя вымыть посуду. И… и…
На сей раз внутри пузыря появилось изображение стойки с посудой. Стойка накренилась, и чашки с тарелками устремились вниз, разбиваясь налету. Некоторые осколки даже вылетели за пределы пузыря и упали на землю.
— Ты действительно принцесса? — уточнил Сквернавец.
— Конечно же! Среди нормальных людей подобной рассеянности не встретишь. Я должна найти дорогу обратно во дворец, или как его там, чтобы мои усталые ножки отдохнули, а я утолила голод кусочком тортика.
— Поцелуй меня, — попросил Сквернавец. Словесное изящество было ему не свойственно.
— Ну, разумеется, — Анна повернулась к нему и запечатлела на его губах самый пламенный поцелуй, который только доводилось лицезреть Бекке. Поцелуй, к тому же, продолжался так долго, что эти двое даже успели позабыть, как дышать. Бекка испытывала и отвращение, и восхищение одновременно. Принцесса была поистине странной и какой-то агрессивной даже.
Видимо, Сквернавец пришёл к похожему выводу. Он отстранился.
— Мы слишком спешим, — выдохнул он.
— Нет, ты кажешься замечательным молодым человеком, — возразила Анна Архия. — Давай вызовем аиста несколько раз подряд, — и опять потянулась к нему губами.
— Давай сначала всё обсудим, — попятился тот. Бекка почти посочувствовала своему скверному приятелю. Сейчас рассеянность Анны под натиском её интереса к потенциальному жениху слегка отступила.
— В этом нет нужды, прелестное создание, — Положив ладони на свою блузку, Анна распахнула её одним резким движением. Облако над её головой показало, как падает к ногам девушки оставшаяся одежда.
Внезапно Анна замерла. Сквернавец тоже. Пузырь дрогнул и отсоединился от принцессиной головы.
Поражённая Бекка созерцала картину молча. Что происходит? Это было так странно, что она ничего не могла понять. Но внутри пузыря уже появилось новое изображение, и девушка сосредоточилась на нём.
Сквернавец плыл сквозь пространство и время, где всё выглядело туманным и ненастоящим. Призрачный пейзаж на фоне показывал, что он остаётся в пределах Ксанфа. Он путешествовал назад во времени, намереваясь что-то отменить! Бекка наблюдала за тем, как именно осуществляется отмена событий прошлого. Впервые. Сквернавец что-то искал, и, пока продолжались его поиски, ничто не осмеливалось случиться.
Наконец, он нашёл, что искал: место и время, где Анна Архия случайно забрела в Ксанф. Это оказалась тропа с развилкой; одно из ответвлений вело на полуостров, которым правила магия. Сквернавец пересадил на тропинку пару тернистых кустов, чтобы больше ей никто не смог воспользоваться. Затем он направился обратно в настоящее.
Анна Архия растаяла в воздухе вместе со своим пузырём. Исчезла. Бекка осознала, что принцесса никогда не появлялась в Ксанфе.
— Ты видела? — спросил Сквернавец.
— Да. Ты отменил её появление в Ксанфе.
— Я обязан был это сделать. Она была странной.
С этим Бекка не могла не согласиться, и всё же заспорила.
— Я думала, её грудь тебе приглянулась.
— Да. Но чем больше мы говорили, тем менее адекватной она становилась. Она не принцесса.
— Она так странно повела себя по отношению к тебе.
— Да уж. Я не мог её понять, так что пришлось от неё избавиться. Рад, что с этим покончено.
— Но ты же мог… мог вызвать с ней аиста, если бы подождал ещё чуть-чуть.
— Я хотел. Но не рискнул быть вовлечённым в то, чего не понимаю до конца. Это опасно. Пришлось остановить её, прежде чем я бы совсем утратил контроль над ситуацией.
Ему не нравилась мысль о потере контроля над ситуацией. Это можно было понять. Разболтанность Анны Архии его насторожила. Может, Сквернавец и лишился совести, но дисциплинированность осталась при нём.
— Значит, в этот раз твоё чутьё ошиблось.
Он кивнул.
— Впервые на моей памяти, но это так. Я заподозрил, что её подослали, как и тебя, но она действительно сбилась с пути в Обыкновении. — Он пожал плечами. — Ну, пошли дальше.
Они направились в обратную сторону по той же тропе. Затем Бекка ощутила ужасный холод. Что-то вселилось в неё — нечто невероятно кошмарное. Но девушка не могла ни проникнуть в его суть, ни сражаться с неизвестным. Чувство было такое, будто она вдыхает загрязнённый воздух. Дыши и страдай или задыхайся.
«Ты привыкнешь, дитя.»
Что это было? Голос словно бы прозвучал внутри её головы. Но как это возможно? Галлюцинациями Бекка не страдала.
Её тело продолжало шагать рядом со Сквернавцем, будто ничего не случилось. Она не знала, что именно происходит, но ужасно хотела, чтобы он это отменил. Бекку охватила паника.
«Я морская ведьма, дитя, и завладела твоим прекрасным юным телом.»
Морская ведьма! Но этого не может быть. Она же заключена в пруд Мозгового Коралла.
«Мне удалось сбежать. Теперь поделись со мной всеми своими воспоминаниями.»
Бекка отчаянно пыталась освободиться из кошмарных тисков колдуньи.
«Если ты будешь сражаться со мной, я причиню тебе боль.»
И всё же Бекка сражалась. Что может быть хуже, чем оказаться во власти морской ведьмы, которая отбирала у хорошеньких девчушек тела и превращала их в изнемождённых годами старух. Лучше умереть!
По телу прошла волна ужасной боли. Каждая мышца, каждая кость горели, как в аду. Бекка попыталась превратиться в дракона, но это её не спасло; боль не уходила.
Она обнаружила, что лежит на земле в своём естественном обличье.
— Что случилось? — раздражённо осведомился Сквернавец. — Ты что, не можешь одолеть пару миль без обморока?