Пирс Энтони – Моя любовь — зомби (страница 61)

И впрямь, когда компания добралась до верхушки горы, из логова выбрался огромный волк и превратился в мужчину.

— Да ты же король Ксанфа — Дор, — удивился он. — Тот самый, который заставляет вещи говорить.

— Ещё как, хвост-в-колючках! — с гордостью сказал ближайший камень.

— Да, — кивнул король Дор. — Мы нечаянно глотнули воды из источника Леты и забыли, где наш дом. Если ты будешь так добр указать нам путь…

— С удовольствием — после того, как вы окажете мне услугу.

— Слушай, ты, мохнач… — начала было Брианна, но Джастин прервал её.

— Мы находимся в их владениях и лучше уважать законы этого острова, — сказал он.

— Разумеется, — любезно откликнулся король Дор. — Что мы можем для тебя сделать?

— Уговорить моего сына Джереми вспомнить о своих обязательствах и подготовиться к восхождению на королевский престол, чтобы я мог со спокойной душой отправиться в новые охотничьи угодья.

— Он не хочет быть королём после тебя? — поднял бровь король Дор.

— Он трусливый раздолбай и вообще ничего не хочет делать.

— Хорошо, мы с ним побеседуем, — согласился король Дор.

Король Волкотон провёл их к рощице из расцарапанных деревьев, чьи листья при их приближении свернулись и мелко задрожали. Кажется, эти деревья тоже назывались трусливыми раздолбаями.

— Он там.

Бринна почувствовала сильный неприятный запах цветов раздолбаев. Он навевал грусть. Она знала, что растения с таким названием дивных ароматов источать и не могли, но от вони трусливых раздолбаев хотелось зажать нос.

Войдя в рощицу, путники наткнулись на Джереми в его волчьем обличье достаточно быстро. Тот спал на куче трусливых ягод. Запах просто с ног сбивал.

— Привет, — окликнул его король Дор.

— Поди прочь, — проворчала волчья постель.

Принц Дольф тоже обернулся волком.

— Ву-уф! — сказал он.

Принц Джереми приоткрыл глаз. То, что он имел королевское происхождение, можно было определить по маленькой золотой короне на него голове.

— Ву-уф! — неприязненно ответил он.

В разговор вступил Бинк.

— Мы хотели бы с тобой поговорить.

Морда волка стала наполовину человеческой: — В том, что вы собираетесь предложить, нет смысла.

— Дай мне попробовать, — горячо сказала Брианна. Она опустилась на колени и запечатлела на волчьей морде страстный поцелуй.

Глаза Джереми округлились. Человеческие черты распространились на всё тело, превращая волка в большого неуклюжего увальня. Только корона с головы никуда не делась.

— Ого! — слово, которое вырвалось из его рта, обрамляло облако в форме сердца.

— Кажется, у тебя на губах всё ещё оставалось немного взрывной помады, — прокомментировал Джастин.

— Это пойдёт ему на пользу.

Джереми уставился на Брианну.

— Сколько тебе лет, девица из Чёрной Волны?

— Пятнадцать, конечно же. А тебе-то что?

Джереми вздохнул: — Слишком молодая.

— Слишком молодая для чего? — уточнила она, хотя подозрения на сей счёт уже зародились.

— Слишком молодая, чтобы стать идеальной парой для меня.

— Я ничьей идеальной парой быть не хочу; тем более, твоей. Уже прошла через всё это с одним королём. За кого ты меня вообще принимаешь?

Джереми перекинулся в волка и внимательно посмотрел на неё. Затем вновь стал человеком.

— Я принимаю тебя за беглянку из собственной деревни, обладающую талантом ночного зрения, а ещё у тебя дерево в голове.

— Он знает! — воскликнул потрясённый Джастин.

— Откуда тебе всё это известно? — спросила поражённая Брианна.

— В своём естественном обличье я могу читать сокрытое в чужом разуме, — отозвался Джереми. — К сожалению, человеческий образ этого не позволяет. Я бы хотел расширить возможности своего таланта. Ты не знаешь способов для этого?

— Нет! И я не хочу, чтобы ты читал мои мысли, так что оставайся, пожалуйста, человеком.

— Ты полна жизни и красоты. Я бы хотел, чтобы ты была той самой.

— Ну, я не та самая. Почему бы тебе не исполнить волю отца и не начать готовиться к правлению?

— Мне мешает проклятье.

— Какое проклятье? — Никто её не перебивал, и Брианна осознала, что дело передали ей.

— Сложно объяснить.

— Мы постараемся помочь.

— Сомневаюсь, что сможете. Ну, ладно, слушайте. Когда я был моложе, я сбежал с острова и помчался в Ксанф на поиски приключений. Чудовищ я не боялся, ведь я мог читать их мысли и избегать столкновений. Так что я вёл себя безрассудно и, оглядываясь назад, признаю, что временами был несносен.

— Посочувствуй ему теперь, когда ты его разговорила. Мы должны узнать его проблему.

— Все мы иногда бываем несносными, — вставила Брианна.

— Я об этом даже не задумывался. Пока безбашенность не довела меня до беды. Я ворвался в частный сад с росшими там мальченикой и девчикой, и растоптал все ягоды. Из своего жилища вышла старая ведьма, увидела причинённый ущерб и прокляла меня.

— Видимо, он наткнулся на донную прокляторшу. Они могут проделывать дыры в земле, валить деревья или сдувать людей в Пустоту.

— Наверное, тебе было очень больно, — посочувствовала Брианна.

— Проклятие заключалось не в физическом вреде. К тому же, ведьма оказалась высокопоставленной персоной с куда бОльшими способностями, чем обычные прокляторши.

У Брианны появилась идея.

— А ты можешь проецировать воспоминания в виде картинок, чтобы точно показать происшествие?

Джереми обернулся волком. Внезапно Брианна оказалась на раздавленных ягодах девчики и мальченики, со слипшимся от их сока мехом.

Появилась старая донная прокляторша.

— Отвратительное ты создание! — закричала она. — Уничтожил весь мой урожай! Да чтоб ты страдал так же, как страдаю я сейчас.

— Как это? — спросила Брианна-оборотень.

— Этим ягодам суждено было пойти на пользу парам, находящимся в букетно-конфетном периоде ухаживания, чтобы люди получше узнали своих партнёров. Поэтому ты тоже утратишь своё счастье. Для тебя существует лишь одна идеальная пара — чужестранка. Но ты никогда её не найдёшь. Ей придётся самой искать тебя, и ты узнаешь её только после того, как она признается тебе в любви. Но она не будет знать, что идеальный компаньон для неё — ты, поэтому не будет и искать тебя. А когда ей исполнится двадцать один, вы уже не встретитесь никогда и должны будете жить с неподходящими партнёрами, зная, что могли бы обрести идеальное счастье, но лишились его по собственной глупости. А теперь изыди, идиот; проклятье завершено.

Брианна, поджав хвост, бросилась наутёк. Она знала, что каждое слово проклятья сбудется.

— Какое ужасное проклятье! Неудивительно, что он в депрессии. Зачем становиться королём, зная, что никогда не встретишь свою любовь?