Пирс Энтони – Моя любовь — зомби (страница 26)

— И я о том же. Если она приблизилась к одной из этих штуковин…

— Мы обязаны её найти.

— Да. — Брианна стала переходить от одного диска к другому, внимательно приглядываясь к каждому. Вскоре цель её поисков увенчалась успехом: лошадка запуталась в одном из кругов, как бабочка в паутине. Ноги, голова и хвост прочно приклеились к нитям. — Ромашка!

Но кобылка молчала. Она пыталась повернуть голову, однако усилия были тщетны. Ловец снов сковал и тело, и душу.

— Когда они поймали её, мы и потеряли свои мечты, — сообразил Джастин. — Мы должны её освободить.

— Это точно, — Брианна потянулась развязать узел, но её руки прошли насквозь, не встретив сопротивления. Для неё всё устройство ловца снов представляло собой иллюзию. Для Ромашки — наоборот.

— Кажется, мы столкнулись с третьим испытанием, — мрачно сказал Джастин. — Вернуть свои мечты.

— Ага. Но я не могу дотронуться ни до ловца снов, ни до Ромашки. Что делать будем?

— Первое испытание касалось, в основном, тебя, — задумался вслух Джастин. — Подозреваю, что это относится ко мне, так как я нематериален. Значит, и справиться с ним должен я.

— Ну, лучше тебе поторопиться, потому что Ромашке там явно неудобно, — Страдания кобылки причиняли Брианне почти физическую боль. Ей никогда не нравились издевательства над животными, особенно над лошадьми, а Ромашка была лучшей из всего лошадиного рода. Странным для понимания стал и тот факт, что стремления Брианны зависели от её желаний — а поскольку те тоже принадлежали к миру грёз, то поймать Ромашку оказалось достаточно для того, чтобы жизни Брианны и Джастина утратили смысл. Следовательно, помимо обычной порядочности, для спасения кобылки у них имелась личная причина. Освободив Ромашку, они освободят и желания — грёзы. Но даже если прямая связь между ними отсутствовала, спасти лошадку следовало всё равно.

— Думаю, для начала мне надо больше узнать о ловцах снов, — решил Джастин. — Говоришь, они сделаны обыкновенами?

— Коренными американцами; это не одно и то же. Не думаю, что они обыкновенные в том смысле, который ты вкладываешь в данное слово.

— Раньше подобная магия мне не встречалась. Они могли прибыть сюда из Обыкновении?

— Конечно, почему нет? Я же прибыла.

— И, обнаружив себя в незнакомой стране, он отправился за советом к доброму волшебнику, который потребовал год службы взамен. Для чего и смастерил большие ловцы снов, чтобы защитить замок от кобылок-страшилок — и кошмаров заодно.

— Меня объяснение устраивает.

— А в уходе эти штуки нуждаются?

Брианна подумала.

— Не знаю, но вряд ли. После того, как ловцы снов сделают, их вешают куда-нибудь, и они готовы к работе. Но мне и правда маловато о них известно. Всегда считала их игрушками для суеверных людей.

— Может, в Обыкновении они не действовали, поскольку без соответствующей поддержки обветшали и утратили свою силу?

— Возможно.

— Значит, эти могут обслуживаться каждый день или, по крайней мере, регулярно, для того, чтобы они продолжали работать в полную мощь.

— Конечно, почему нет. Но к чему ты ведёшь?

— Мы попробуем спасти Ромашку, когда создатель придёт проверить, всё ли с ловцами снов в порядке, и для проверки их на время деактивирует.

— Может быть, — не без сомнения согласилась Брианна. — Но как мы…

— Интересно, утратили ли мы в нынешнем состоянии способность мечтать?

— Я могу мечтать, — вскинула голову Брианна. — Просто не хочу.

— Если мы создадим собственные мечты, то можем попытаться воспользоваться ими для освобождения Ромашки.

— Как?

— Если мы будем мечтать о том, как быстро пролетают дни, обслуживающий ловцов человек может подумать, будто настало время в очередной раз их проверить. Когда он отключит тот, что захватил в плен Ромашку, мы её освободим. Но, конечно же, придётся спрятаться, чтобы он не увидел нас и не понял, что мы замыслили.

Брианна испытывала определённые сомнения насчёт предложенного плана, но альтернативы предложить не могла, так что просто кивнула. Отыскав нишу в стене, она втиснулась туда, скрываясь от чужих взглядов. Затем сосредоточилась и с помощью Джастина стала мечтать о том, как быстро этот день подойдёт к концу, за ним Ксанф окутает ночь, а потом настанет следующий день. Вскоре девушка настолько погрузилась в грёзы, что время, казалось, действительно побежало быстрее. Она постаралась представить затянутым во временную петлю весь замок.

— Он идёт, — шепнул Джастин.

И правда, к ловцам снов приближался человек с красноватой кожей и пером, заткнутым за повязанную вокруг головы ленту.

— Кто у нас тут? — риторически поинтересовался он при виде Ромашки. — Кобылка-страшилка? Позволь мне препроводить тебя в стойло. — Он протянул руку, коснулся нитей, и внезапно Ромашка очутилась на земле.

Он собирался увести её в плен!

— Не смей! — крикнула Брианна, выпрыгивая из укрытия. — Это моя лошадь!

Человек оглянулся на неё. Его челюсть отпала. Тут только она вспомнила, что в процессе предыдущего испытания потеряла всю одежду. Неудивительно, что мужчина так глазел. Но прикрываться было слишком поздно.

— Пошли, Ромашка, — сказала она и повела кобылку к стене замка. Рука прошла через лошадь насквозь, но та всё равно последовала за девушкой.

Неожиданно мечты Брианны возвратились. Ей вновь захотелось уничтожить Заговор Взрослых. А ещё стать свободной, успешной и прекрасной на все сто процентов. Амбиции вернулись вместе с мечтами.

— У тебя получилось, — одобрительно заметил Джастин.

Она осознала, что подарила Ромашке свободу. Они сломали ловец снов, и оттуда вылетели все их мечты тоже. Теперь обручи остались позади. Дневной кобылке не пройти их в одиночестве, но ей больше и не придётся.

— Да, думаю, третье испытание мы прошли, — довольно кивнула Брианна.

— Благодаря степени твоей обнажённости, о чём я успел забыть.

— И я, — созналась девушка, пытаясь набросить румянец на свою тёмную кожу. — Знаешь, мне не нравится Заговор Взрослых, но и разгуливать голышом тоже как-то неловко. Люди будут глазеть так же, как тот индеец. Не ханжески ли будет одеться сейчас, когда мы уже прошли испытания?

— Ничуть. Полное название Заговора — Взрослая Тайна, чтобы Скрывать от Детей Массу Интересных Вещей. Заявив о своей свободе от неё, ты просто обретаешь право говорить или делать, что хочется. Можешь по желанию разгуливать одетой или голой. Учитывая погоду, — а сейчас уже похолодало, — имеет смысл одеться потеплее. — И снова Брианна обнаружила, что подобное отношение ей более чем нравится. Хотя причиной её желания являлся не холод, а вопросы моды.

У замковой стены росло шлёпковое деревце, с которого она сорвала пару шлёпанцев по размеру. Рядом оказался платан с созревшими платьями, и девушка со спокойной душой собрала урожай. Одежда сидела сидела отлично и прикрывала необходимые места.

На стене Брианна нашла блестящий камень и внимательно всмотрелась в отражение, которое утверждало, что спереди и сзади платье не только хорошо прилегает к коже, но и приподнимает конкретные мягкие места, заставляя их выглядеть на размер больше.

— Я же просто корова! — воскликнула она.

— Если тебя волнует мнение личности, чьё человеческое бытие осталось далеко в прошлом, — сказал Джастин, — ты выглядишь просто замечательно.

Девушка успокоилась. Если он говорит, что всё в порядке, — значит, так оно и есть, даже если при этом она выглядит старше своих лет.

— Сойдёт.

Брианна направилась ко входу. Навстречу ей уже спешила женщина. Прислушавшись к шагам снаружи, она повернулась к Брианне лицом, но взгляд оставался слегка не в фокусе.

— Здравствуйте, Брианна, Джастин и кобылка Ромашка, — поприветствовала их она. — Меня зовут Вира, я невестка доброго волшебника. Пойдёмте, я проведу вас в его кабинет.

— Спасибо, — отозвалась удивлённая девушка. — А откуда тебе известны наши имена?

— Добрый волшебник оповестил меня о вашем визите. Он полагает, что цена ответа вам тоже известна, — Вира взглянула на неё, но как-то странно; взгляд будто был прикован к точке за головой девушки.

Брианна как обычно не удержалась и позволила словам опередить мысли: — Ты слепая?

— Да. Но отлично знаю замок и доставлю вас к нужному месту в целости и сохранности.

— Ох, я не в том смысле, что ты не можешь… — Но в воздухе уже разлилась кошмарная неловкость, поэтому она сочла разумным просто прикусить язычок.

— Она не расстроилась, — шепнула Ромашка, принимая женский облик. — Это жена Хьюго, одна из немногих, которым Хамфри искренне симпатизирует, хотя и не распространяется об этом. Но она чувствует. — Затем, после паузы: — Мне пора. Добрый волшебник о вас позаботится.

— Конечно, спасибо, — сказала Брианна. — Ты и так постаралась для меня более, чем достаточно.

Ромашка исчезла.

Брианна прошагала за Вирой по лабиринту внутри замка, вверх по тесной извивающейся лестнице, в захламленную каморку с жутко древним гномом, уткнувшимся в огромный архаичный фолиант.

— Добрый волшебник, к тебе пожаловали Брианна из Чёрной Волны и дерево Джастина из Северной деревни, чтобы задать вопросы.

Гном оглянулся: — Излагайте.

— Дереву Джастина не помешало бы приятное приключение без необходимости превращаться во что-то другое, — сказала Брианна. Она помедлила на случай, если Джастин захочет внести поправки. Он не стал. — А я хочу избавиться от преследования зомби.