Pinojong Anidon – Волны и океан (страница 7)

А самое забавное — все эти шесть описаний построены так, что они показывают поток, как будто бы я реально попробовал яблоко и говорю о нём.

Вот оно сладкое.

Затем я замечаю, что оно кислит.

Затем понимаю, что могло бы быть и лучше.

Затем понимаю, что первое впечатление об этом яблоке было лучше.

Затем понимаю, что лучше бы я съел грушу.

А потом признаю, что это обычное яблоко.

Но можно снова вернуться в каждую из этих точек, пока ешь яблоко, забыв про другие.

Можно снова признать, что оно сладкое, — и это делает его вкусным.

Признать, что оно кислит, — и это делает его хуже, чем оно могло быть.

Признать, что груша была бы сейчас лучше.

Признать, что это обычное яблоко.

И впечатление от яблока ты получаешь разное.

Если ты ешь яблоко, но думаешь о груше — ты вообще не получишь ничего от яблока.

Будешь думать о том, какое оно сладкое — получишь удовольствие.

Будешь думать, что оно могло бы быть лучше — разочарование.

Тренировка на яблоке

Я пробовал тренироваться.

Берёшь яблоко. Сознательно входишь в первую точку: «Оно сладкое». И живёшь в ней минуту. Просто сладость. Просто удовольствие. Никаких «но».

Потом переключаешься: «Оно кислит». И теперь ты замечаешь только кислинку. Она тоже есть. Она не хуже сладости — она просто другая.

Потом: «Могло бы быть лучше». И ты чувствуешь лёгкое разочарование. Как будто яблоко могло быть идеальным, но не стало.

Потом: «Это просто яблоко». И всё затихает. Ни восторга, ни претензий. Просто факт. Просто фрукт. Просто момент.

И вот что интересно: когда ты проходишь все эти точки сознательно, ты начинаешь замечать, что все они — правда. Не одна вместо другой. Все вместе. Как грани одного объёмного предмета, который ты держишь в руке и медленно поворачиваешь, рассматривая с разных сторон.

Может быть, с людьми можно так же?

Что мне думать о людях?

И вот что мне думать о людях вокруг? Как к ним относиться?

Я могу ценить человека, но видеть, что он мог бы быть лучше. Могу получать удовольствие от общения. Могу грустить от того, что это закончится. Могу начать анализировать. Могу улететь в свои мысли. Могу искать недостатки. Могу искать точки роста.

И где в этом истина? Как мне на него смотреть? Как мне думать о будущем или оценивать прошлое?

Я не знаю ответов. Совсем.

Поэтому я притворяюсь. Просто подражаю тому, что вижу вокруг.

А ведь я просто хотел написать про яблоко.

И где я теперь?

Маска, которая прирастает

Притворяться — это навык. Я развивал его годами.

В школе я научился: хочешь выжить — отражай. Улыбайся, когда улыбаются. Злись, когда злятся. Будь таким, каким тебя хотят видеть. И тогда тебя не тронут.

Это работало. Я приживался в любой компании. Общался с каждым согласно его картине мира. Мог восхищаться жестокостью обидчика — и одновременно сопереживать жертве.

Учился быть зеркалом.

Но у зеркала есть одна проблема. Оно не выбирает, что отражать.

Отражать хорошее — приятно. Человек видит в тебе свои лучшие черты и расцветает. Он думает: «Какой приятный собеседник. Как мы похожи». И ты ему нравишься. И он нравится тебе — потому что в этот момент ты действительно стал тем, что в нём есть лучшего.

Но отражать плохое — мучительно. Человек видит в тебе свою тень. Свою агрессию. Свою неуверенность. Свою ложь. И он ненавидит тебя за это. Хотя на самом деле он ненавидит то, что ты показал ему его самого.

А я не могу перестать отражать. Просто не могу.

И проблема не в том, что я надеваю маску. Проблема в том, что маска прирастает. Я забываю, что это не я. Я начинаю верить, что я и есть тот человек, которым меня видят.

А потом точка меняется — и я в ужасе от того, кем я был минуту назад.

Я не знаю, какое яблоко настоящее

Помните шесть описаний яблока? С людьми то же самое.

Я могу посмотреть на человека и одновременно:

— видеть его красоту,

— видеть его слабости,

— жалеть его,

— восхищаться им,

— хотеть быть с ним,

— хотеть убежать.

И всё это правда. Всё одновременно. Как шесть описаний яблока. Как шесть граней, каждая из которых настоящая.

Но я не могу жить во всех шести одновременно. Мне нужно выбрать что-то одно. Хотя бы на время. Хотя бы на этот разговор.

И я выбираю.

Вернее — кто-то из моих частей выбирает. Ребёнок видит одно, Родитель — другое, Завоеватель — третье. И пока они не договорятся, я не знаю, как относиться к человеку.

Это изматывает.

Но в этом же — странная свобода. Потому что если нет единственно верного взгляда, то я могу выбирать. Не что видеть — это я не контролирую. Но на чём фокусироваться.

Может быть, в этом и есть моя ответственность.

Не в том, чтобы найти единственную правду о человеке. А в том, чтобы выбрать, какую правду я буду выращивать своим вниманием.

Яблоко съедено

Яблоко съедено. Огрызок лежит на тарелке. Чай остыл.

Я сижу и смотрю в пустую чашку. И думаю: вот я только что написал несколько страниц о яблоке. Обычном яблоке. Которое я даже не ел — просто представил.

Но пока я писал, я прошёл через все шесть точек. Я был тем, кто наслаждается. Тем, кто разочарован. Тем, кто хочет грушу. Тем, кому всё равно.

И все они были мной.