Приказываю я, ты ж исполняй приказ.
Перпенна и Цельс уходят.
Аристия, Вириата, Аркас, Фамира, Помпей.
Помпей.
Царица! Не гневись, что тоном столь надменным
Речь при тебе я вел с изменником презренным.
Чрезмерно долго дав им причиненным злом
Ему бахвалиться в присутствии твоем,
Решил я пред тобой вину свою загладить
И наглеца навек от хвастовства отвадить;
Но хоть нетрудного успеха и достиг,
Переоценивать себя я не привык.
Оплот твой пал, и ты теперь слабее вдвое,
Однако мир готов я заключить с тобою,
Покуда же клянусь твою не трогать рать
И римлян, что в нее вступили, не карать.
Коль принимаешь ты условия такие,
В награду возвратить прошу мне Аристию,
Которой, снова став хозяином себе,
Вернул я свой обет и руку при тебе.
О сердце я молчу — в нем лишь она царила.
Аристия.
Мое же в свой черед тебя боготворило,
И потому оно, твой новый дар ценя,
Забудет, что´ украсть дерзнули у меня.
Вириата.
Вождь! Я иду на мир, что мне тобой предложен.
Другой исход для нас теперь и невозможен:
Нет больше равного тебе среди вождей,
Как нет достойного меня среди царей.
Ни мужа, ни войны мне с этих пор не надо,
Но знать, что власть моя — за мной, была б я рада.
Мне дорог царский сан, однако не с руки
Игрушкой римлян быть, как здешние царьки.
Коль уготовил ты и мне судьбу такую,
Смерть добровольную позору предпочту я;
А коли править мне народом дашь моим,
Наследником тебя назначу или Рим.
Так помни, что владеть короной я согласна,
Лишь если мне царить позволят полновластно,
Но коль меня всех прав лишит с тобой союз,
Вводи сюда войска — я римлянам сдаюсь.
Помпей.
Высок твой дух, и столь мне это очевидно,
Что отказать тебе в почетном мире стыдно,
А Рим, ручаюсь, даст согласье на него,
Иль больше там Помпей не значит ничего.
Те же и Цельс.
Помпей.
Цельс! Все ли сделано?
Цельс.
Да, все. Уйдя отсюда,
Изменник выдан был толпе для самосуда
И, прежде чем успел сказать хоть слово он,
Растерзан на клочки.
Помпей.
Довольно. Рим спасен,
И прежние враги вновь станут мне друзьями:
Страшимся мы лишь тех, кого страшим мы сами.
(Вириате.)
Царица! Славный прах героя упокой,
Пред манами его исполнив долг святой{175}.
Да будет погребен великий муж и воин
Со всею пышностью, которой он достоин,
И гордый памятник сооружен над ним, 
