Пьер Корнель – Театр. Том 2 (страница 229)
«Возьми ее, — тебе сказала б я открыто. —
Что б ни решил Помпей, промедлил слишком он».
Но раз наш брак отнюдь не страстью нам внушен,
А лишь политикой высокой, не посетуй,
Коль честно объясню, что ты женитьбой этой
Миллион приверженцев, быть может, обретешь,
Но без нее куда как больше их найдешь.
Коль вспыхнет страсть ко мне в Помпее с прежней силой
И он расстанется с Эмилией немилой,
При жизни Суллы в Рим ему заказан путь,
И выход у него один — к тебе примкнуть.
Став мужем мне, сплотишь под стягами своими
Ты все достойное, что уцелело в Риме;
Но если руку я Помпею вновь отдам,
В твой лагерь перейдет он, сверх того, и сам,
А вслед за ним его друзья и ветераны,
Опора главная свирепого тирана, —
Уж коль не все они, так бо´льшая их часть
От своего вождя едва ль дерзнет отпасть.
Когда ж Серторий Рим возьмет с Помиеем вместе,
Ты, Сулла, мне сполна заплатишь за бесчестье.
Заранее дрожи! Печален твой удел,
Коль отберу я то, что ты украсть сумел.
Помпея ты согнул, унизил, обесславил
Тем, что пойти в зятья к твоей жене заставил{161}.
Но если в нем еще жива ко мне любовь,
Честь и достоинство себе вернет он вновь,
И предпочтет твоим цепям мои оковы,
И взыщем мы с тебя наш общий долг сурово.
Но время у тебя, Серторий, красть грешно.
Ты знаешь все. Решай. Я повторю одно:
Коль скоро побужден ты к браку только страстью,
Я тотчас на него готова дать согласье.
Взвесь доводы мои, покуда есть досуг,
Но помни: нужен мне защитник и супруг,
Чтоб жить здесь, не боясь, что я одна из пленных,
Которых выдают, когда идет обмен их;
А раз ничтожеству не стану я женой,
Лишь ты или Помпей владеть достойны мной,
И мне…
Серторий.
Прими его и вынуди к признаньям.
Аристия.
Прощай! Благодарю, что внял моим желаньям,
И верь: не пощажу я для успеха сил.
(Уходит.)
Серторий.
А я велю, чтоб гость с почетом встречен был.
О боги! Вот теперь скажу, не обинуясь:
Как тягостно любить, расчету повинуясь,
И сколько должен мук политик испытать,
Чтоб, страсть к одной тая, другой супругом стать!
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Вириата, Фамира.
Вириата.
Пора с Серторием, Фамира, объясниться,
Иль буду я должна пред римлянкой склониться.
Ее, изгнанницу, ему настолько жаль,
Что обо мне теперь он думает едва ль.
Напрасно тщусь ему я красноречьем взгляда
Поведать то, о чем сказать словами б рада,
И женихов-царей гоню напрасно с глаз,
Чтоб не боялся он, что ждет его отказ, —
В ответ молчание, и не могу постичь я,
Застенчивость тому виной иль безразличье, 
