Пьер Корнель – Пьесы (страница 143)

Исчез и тот, кто был надеждой их и верой. Коль во дворец войдут и принца не найдут, Расстройство чувств своих вы явите им тут, Вы обвините Рим и скажете, что мщенье Ждет всякого, кто был замешан в похищенье; Затем погоню вы пошлете, дав понять, Что в скором времени принц будет здесь опять, А тысячи преград, что сами ж создадите, К намеченной черте направят ход событий. Народ сейчас бурлит, но в страхе за, него Он завтра предпринять не сможет ничего: Он бесполезными сочтет свои усилья. Будь во дворце их принц, его б освободили, И мы бежали бы отсюда, а потом Провозгласит народ его своим царем. Вы сами видите, что ждет нас. Только боги, Могли вас просветить в разгар такой тревоги! Фламиний! Подан мне разумнейший совет. Бесспорно! Он вернет вам жизнь, свободу, свет. Заложницей у вас — армянская царица. Но времени терять нам все же не годится. Иду немедленно и не страшась преград. Араспа взять с собой и только трех солдат Вам надо, государь: они не все надежны И могут изменить; так будем осторожны. Аттал, а вы куда? К народу, чтоб отвлечь Его внимание: я заведу с ним речь О горестях его и помогу вам тоже. Но помните, Аттал: вы мне всего дороже. Я только ради вас рискую головой. А я пойду на смерть — лишь были б вы живой. Прощайте! К нам идет армянская царица.

ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

Виновнице всех бед от кары уклониться Возможно ль? Нет, нельзя. От кары не уйдет, Коль самолюбие в ее душе живет. Осталось вам самой назначить наказанье. Достаточно того, что ей царицы званье Не помогло свершить задуманного зла. За то, что дерзко так она себя вела, Корону царскую с нее сорвать велите. Великодушнее на дело посмотрите. Кто прав и победил, тот зло забыть готов: Лишь хочет видеть он смущение врагов. И сами верите вы в это непреклонно? По милости небес к насилью я не склонна. Всех подданых царя к восстанию призвать, Снабдить оружием смутьянов, этих рать, Под окнами дворца собрать их в изобилье И говорить о том, что чуждо вам насилье? Не понимаем мы друг друга: вы сейчас Речь обо мне вели, а речь идет о вас. Страшиться нечего мне за себя и свиту, И я пришла сюда, чтобы взять вас под защиту, От унижения спасти ваш царский род, Когда ворвется к вам разгневанный народ. Супруга вашего и сына позовите, Их званье царское нуждается в защите: Не свято уж оно для ярости людской. Что повод вам дало к чванливости такой? Вы, из-за коей здесь покрылось небо тьмою, Вы, для кого дворец отныне стал тюрьмою,